Солнечная ртуть
Шрифт:
Был это старость группы.
Немецкий индастриал ворвался в привычные дворцовые звуки на самой громкой и тяжёлой ноте. Все смолкли и повернулись к источнику этого — судя по выражению лиц — кошмара.
Ада попробовала сбросить, но безуспешно: разбитый экран уже не раз её подводил. Она занервничала, не догадавшись даже вытащить батарею. Когда дело дошло до припева, некоторые дамы однозначно собрались падать в обморок. За всем этим наблюдали и Астор, от мала до велика. Младший из детей едва не плакал, мужественно сохраняя королевские достоинство. Сама правительница задумчиво смотрела на внучку, которая сражалась с сенсорной поверхностью.
Выхода не было: пришлось взять трубку.
— Ну где ты есть? Зачётку в деканат сдать надо, ты принесёшь её сегодня?
Громкость была средней, и те, кто стоял неподалёку, могли слышать глас другого мира.
— Да нет, слушай, сегодня вообще никак.
Ада повернулась боком к толпе. Она говорила торопливо и тихо.
— Как знаешь, но потом сама возись, ставь печати. Чё ты, где вообще, уехала? Что там за шум?
— Слушай, я тут, э… на корпоративе. Мне не очень удобно.
Из трубки раздалось цветистое ругательство. Ада понадеялась, что здесь не знают таких слов — всё же разговор шёл на её родном языке.
— Принял, понял. Ну, до связи. И про зачётку не забудь!
Раздались гудки. Ада медленно развернулась к залу и обнаружила небольшие перемены. Многие подтянулись к возвышению, на котором она находилась. Похоже, не хотели пропустить такое представление. Парламентёр, изматывающий Старшего дракона своей болтовнёй, был так удивлён, что потерял нить разговора и выпустил свою жертву их вида. Заметив, что Ада смотрит на них во все глаза, всё ещё сжимая в руке телефон, люди принялись делать вид, что они целиком и полностью поглощены своими занятиями. Оборотень незаметно поманил её пальцем.
Девушка с готовностью спустилась с пьедестала. Она пыталась потушить пожар на щеках, но всюду натыкалась на чужие, колкие взгляды, что отнюдь не помогало. Некоторым придворным было весело, шутка с иномирным изобретением им понравилась. Другие очевидно осуждали такую нерадивость. Но Эрид был совершенно доволен, и усмехался в своих лучших традициях. Казалось, что смеются даже длинные чёрные волосы.
— Я не могу подняться туда иначе как по приглашению Астор. А встретить старость в ожидании, когда ты догадаешься до этого сама, мне не захотелось.
— Чего ты такой радостный? Я выставила себя идиоткой! — зашипела Ада.
К ним подкатил автоматон с подносом. Дракон взял бокал и сунул его в руки девушке. Её негодование уменьшилось.
— Ты тоже слишком-то не радуйся, это обычный лимонад. А на счет идиотизма — в твоих силах относиться к своим оплошностям как к чему-то забавному. Пусть это будет изюминкой, или сознательным плевком в лицо общественности. Здесь такое любят. Как, собственно, и в твоём предыдущем мире. Ты удивишься, как быстро все переймут такое отношение.
В этом был смысл. Гербовый — Гробовой — Грёбаный зал пульсировал разговорами, смешками, восклицаниями. Барельефы впитывали сплетни, жалобы, планы по устроению мира. Одним словом, зал жил, как и весь замок. Ада посматривала на бабушку, чтобы не пропустить ничего важного, и не отходила от дракона — чтобы просто чувствовать себя уверенной и защищённой. Ей не нравилось, что только рядом с ним ей это удавалось в полной мере, Ада не привыкла так сильно от кого-то зависеть в эмоциональном плане. Но всё происходило против её воли.
К ним тот дело подходили люди. Одних девушка знала, других видела впервые. Некоторые выражали ей свои поздравления, а многие сходу заводили
с Эридом разговор об островах, территориях, границах. Ада мало что понимала, но слушала внимательно, отвечала на адресованные ей вопросы. В основном это была ерунда вроде погоды. Девушка заметила, что при оборотне с ней обращаются с большим уважением.Постепенно вокруг них образовался кружок по интересам, даже Варга появилась неизвестно откуда, и как всегда роскошно-вызывающая. Ада начала тосковать: долгие светские беседы были ей не по зубам, да и есть хотелось. А механические официанты с лимонадом и несытными устрицами ничем не могли ей помочь.
В их сторону уверенно и вразвалочку приближались двое немолодых мужчин. Один был во фраке — Ада сразу узнала Парового лорда, — а второй, в лиловом одеянии и шапочке, очень напоминал кардинала. Они подошли и вежливо поздоровались. Лорд тут же принялся вещать об экспериментальной партии теплоизлучателей. Их планировалось внедрить на рыболовных станциях где-то далеко на севере, что позволит увеличить темпы работ. Экономические выкладки мужчина перемежал с рассказом о причудах своей жены, и получалось очень забавно. Ада даже почувствовала себя в своей тарелке, хихикая вместе с остальными. Кардинал тоже не отставал и потешал публику байками о конклаве. В одном с Паровым лордом они точно спелись: во всём нужен прогресс и новые формы, будь то машины, церковные тексты или попросту жёны. В конце концов оба с интересом уставилась на Аду.
— А поведайте нам, баронесса, какие необычные изобретения сделали учёные вашего мира в последнее время? Мы знаем, параллельная цивилизация многого добилась, вплоть до визитов на другие планеты. Было бы интересно узнать что-нибудь новенькое.
Ада непроизвольно дёрнула бровями, получился небрежный, вопросительный и красивый жест. Но вот идей не было совсем. Про космос они, видите ли, знают, фотографии видели. Даже электричество умудрялись добывать, не смотря на то, что в это мире всем заправляла паровая индустрия. Можно было бы рассказать о преимуществах интернета, только вот это слишком уж просто, да и новым назвать это изобретение ну никак не получалось. Самым беспроигрышным вариантом был жираф — пускай животное и относилось к природе, а не науке, Ада помнила, какое впечатление оно произвело на Эрида. Едва девушка открыла рот, чтобы перевести разговор в органическое русло, как её язык выдал что-то совершенно иное.
Это было вдохновение, чистое, мимолётное.
— А у нас есть машина для самоубийств.
Предвкушение.
— Пп… простите?
Все, кто находился рядом и следил за разговором, уставились на неё. Лица были шокированными, особенно у кардинала. Ада решила воспользоваться советом дракона и вместо того, чтобы смущаться, наслаждалась ситуацией. Он это заметил. Золотые глаза довольно прищурились, на губах появилась улыбка. Она была двоякой: всем вокруг адресовала насмешку, но девушке с короткой стрижкой — восхищение.
Ада в двух словах объяснила принцип работы этого чуда техники. Миллионы лет эволюции понадобились для того, чтобы человек из другого мира стоял сейчас в центре Йэра и морально нокаутировал собеседников рассказом о машине самоубийств. Молодая Астор чувствовала себя дерзким воробушком, который чирикал среди кошек с таким азартом, что они не смели нападать. Возможно выглядела она так же, но девушка не была уверена: прежде чем отправиться на церемонию Ада посмотрелась в зеркало, и увиденное там оказалось слишком хорошо.