Жемчуг
Шрифт:
– Не важно, - выдохнул Синг, протягивая жемчужину Броунсворту.
– Отдайте её Райскрадту. Я...
– он чуть не сказал то, что думал. "Я не могу вернуть ему дочь".
– Пусть это будет маленьким подарком.
– Откуда она у тебя, Дегнаре?
– с интересом спросил Броунсворт, принимая жемчужину.
– Не важно, - он не может вернуть ему дочь. Но... Хоть что-то он может?
Хоть как-то успокоить свою совесть?
– Я её верну, - лорд кивнул.
– Но как быть с тобой?
– Никак, - Синг опустил голову.
– Я и так получил слишком много
– Тебе нужна жемчужина из Голдуола, верно?
– лорд усмехнулся. А затем с треском оторвал что-то от рукава.
– На, - он впихнул в руку ошарашенного Синга пуговицу с жемчужиной на ней.
– Такая подойдёт?
– Вполне...
– тихо проговорил Синг, осторожно принимая жемчужину.
– Ты серьёзно?
– Совершенно, - Броунсворт по-доброму хлопнул его по плечу.
– Полагаю, когда ты вернёшься, я смогу отыграть её стоимость у тебя в карты.
– Если я вернусь, - слабо улыбнулся Синг, завороженно глядя на жемчужину.
Броунсворт усмехнулся.
– О нет. Не если. Когда. Когда.
Синг задумчиво показывал Коллегии отогнутый средний палец.
– Это такой обряд, господин Дегнаре?
– заинтересованно спросил господин Гуадагни, владелец корабля.
– Нисколько, - совершенно спокойно пояснил Синг, не опуская палец.
– Всего лишь жест благодарности за всё, что со мной произошло.
Гуадагни неловко сморщился и поднял взгляд на синее, чистое небо, будто бы выглядывая там правильную тему для разговора.
– Споро идём, да?
– несмело попытался завести разговор он, перегибаясь через борт и глядя на то, как бурлит вода. Как бы его брюхо не перевесило, и он не упал туда...
– Видите вот там пристань?
– он указал пухлой рукой куда-то вперёд, в скопление кораблей и яркие пятна людей.
– Названа в честь моего покойного дедушки - мир его духу!
– и он суеверно прикрыл глаза.
– О. Надо же, - безразлично проговорил Синг, продолжая демонстрировать скале Столпа и самой Коллегии палец.
– Кто бы подумал.
– Со мной не пропадёте в городе, - заверил торговец.
Синг был бы и не против пропасть. Несколько недель путешествия по морю с этим мудаком - и ему уже хочется ночью прокрасться ему в каюту и вскрыть ему глотку. Надоедливое, бахвалящееся существо, которому Синг интересен лишь из-за...
Синг вздохнул и опустил руку, которая уже изрядно затекла.
Да. Из-за его роли в победе над эпидемией в Голдуоле. А вся его заслуга - пара удачных догадок и...
Синг резко оборвал себя, недовольно дёрнув щекой. Этот внутренний спор повторялся слишком часто. Всё. Теперь он дома. Всё позади.
Он закрыл глаза, погрузившись в звуки и мерное покачивание палубы.
Он слышал крики матросов с "Ветренницы" и соседних кораблей. Слышал, как где-то в городе протяжно звенит колокол. Слышал плеск волн, слышал шум толпы на пристанях.
И даже запахи те же. Морская соль, которая в Мёнхене пахла почему-то иначе, чем везде. Свежая рыба. Пряности.
И, почему-то, персиковое варенье. Почему оно?
Синг ощутил во рту вкус поджаренного
хлеба и персикового варенья. Да. Пожалуй, так он и отпразднует своё возвращение.Он был дома.
Как только корабль подошёл к пристани достаточно близко и в воздух взвились петли швартовочных канатов, Синг перепрыгнул на причал, вызвав громкий вскрик господина Гуадагни и нескольких торговок креветками, что ошивались рядом.
– Удачи, господин Гуадагни!
– крикнул он через плечо.
Прежде, чем торговец что-то ему ответил, он уже ввинчивался в толпу.
Когда Синг читал романы, вернувшегося домой героя всегда встречали. И его дом будто бы не менялся.
Однако Сингу казалось, что он приплыл в совсем другой Мёнхен. А встреча...
Он лишь криво усмехнулся, когда кто-то в толпе у лотка с пирожками мощно двинул его в плечо, едва не опрокинув.
Да. Достойная его встреча.
Пробираясь сквозь поток людей, он вглядывался в них. Даже не в них - в какие-либо знакомые черты, знакомые лица.
Их не было. Весёлые, озабоченные - но никак не знакомые или дорогие.
Синг фыркнул своим же мыслям.
Какие глупости у него в голове. Это ведь... Ну. Не роман.
В романе - в Настоящем Романе - он бы чувствовал что-то, кроме раздражающей щекотки в груди по поводу всего происходящего и уже произошедшего.
Умело лавируя в толпе, Синг вышел на Завтрашнюю улицу. Когда его нога провалилась в очередную неровность мостовой, он хмыкнул и, чуть прихрамывая от боли, продолжил путь.
Когда кто-то пытался подать жалобу в квартальный муниципалитет по поводу мостовой, ему отвечали "завтра же с утра проинспектируем и примем решение".
Завтра, похоже, до сих пор не настало.
Приятно найти что-то постоянное.
Синг спешно прошёл мимо "Склянок", через витрину которых на него сверкали алхимические инструменты, которые ему не по...
Ах, да. Он внезапной мысли он сбился с шага.
Теперь ему по карману вся грёбаная лавка.
Только вот ему это не надо. И сам факт этого совершенно не радует.
Так же равнодушно он прошёл мимо "Книжные Раритеты По Доступным Ценам", от витрины и хранилища которых раньше не мог оторваться.
А город вокруг бурлил и кричал, как обычно. Стайки пьяных или готовых к пьянству студиозов кружили тут и там, горожане тащились по своим делам, приезжие торговцы или рабочие пытались найти нужные дома. Откуда-то со стороны Мыльной улицы прозвенел колокол - наверняка храма святого Натана, подумал Синг.
Всё так знакомо. Но... Синг чувствовал, будто что-то не так. Ему было неуютно здесь. Он не мог расслабиться с тех пор, как в его каюту - прервав его очередной приступ морской болезни - втащился капитан и сообщил, что Мёнхен виден на горизонте.
Ничего в Мёнхене, похоже, не менялось.
"Значит, - вздохнул Синг, срезая через грязный переулок, - изменился я."
Ну, ничего. Он разберётся с этим. Главное сейчас - семья. А потом - Лесте.
И где-то в этом промежутке узнать, не тут ли эти дурни. Варг и Пёрышко.