Чтение онлайн

Варге нравилось делать больно, бередя те раны, которые она считала слабостью. Люди для драконши были игрушкой, помехой, удовольствием, чем угодно — только не объектом сильной, искренней привязанности.

— Как тебе угодно. Просто знай, что если обидишь её — я не знаю, что с тобой сделаю.

Варга загадочно улыбнулась. Агата с дочерью тем временем приближались к воротам замка. Девушка выглядела слегка напуганной, но с интересом рассматривала руны.

— Хорошо, не стану задевать её, если только сама не напросится. Во всяком случае, постараюсь. Но видишь ли, я не против, чтобы ты со мной что-нибудь

сделал. Давненько мы не виделись, и многое успело забыться. Пора бы освежить память.

Эрид удивлённо посмотрел на Варгу. В последние годы она не то что к нему, а вообще к мужчинам не проявляла особого интереса.

— Ты серьёзно? Мы же вроде как друзья. В прошлом, когда между нами было, как выражаются люди, нечто большее, доходило до драк. К тому же перед моим отбытием ходили дивные слухи о тебе и той баронессе. Рыжей такой, с кудряшками.

Женщина отмахнулась. Она заметила какую-то заусеницу под ногтём и попробовала отгрызть её, из-за чего пауза чуть затянулась. Ада тоже так делала.

— Выражаясь, — раз уж ты первым начал, — языком людей, у нас с баронессой всё сложно. Так что мне хочется немного отдохнуть и вспомнить старые добрые времена в хорошей компании. Ты переночуешь во дворце?

— Пока что не думал об этом.

Варга в самом деле была хороша. Чёрный, облегающий костюм вдвойне подчёркивал это.

— Но ты ведь сможешь меня найти где угодно, не так ли? — Эрид внимательно смотрел на драконшу.

— Смогу, — подтвердила она. — Если ты захочешь.

Агата уже миновала ворота замка, не обращая внимания на вылупивших глаза стражников. Ада плелась позади. Потерянная, неуверенная и дурно одетая, но в то же время такая упрямая. Милый оленёнок споткнулся на пороге королевского дворца и бесстрашно шагнул внутрь.

— Договорились, — рассеянно ответил Эрид. — Буду тебя ждать.

***

У автоматических, покрытых бронзовой вязью ворот росли деревья. Вообще, тут было предостаточно зелени, только вся она какая-то хилая.

— Здесь много груш.

Мама улыбнулась.

— Если верить архивам, когда-то на их месте росли лимоны и мандарины. Аромат стоял дивный.

— Зачем тогда их заменили грушами?

— Появились первые оборотни, а у них аллергия на цитрусы.

Как-то Ада предлагала дракону апельсин. Реакция была странной.

— Тогда понятно, почему твой ящур выбросил все апельсины из моего холодильника.

Она долго на него за это злилась. Потом как-то забылось.

— Однажды я заставила его съесть один. Ничего, жив остался. Правда ведь, Эрид?

Он сверкнул на Агату глазищами и прошипел что-то вроде «не зли меня, ведь теперь я могу причинить тебе вред».

— Не можешь, — только и отрезала принцесса. — Я больше не имею права тебе приказывать, верно. Но на этом твои радости заканчиваются.

Врата раскрылись, пропуская их в замок. Внутри царил гам и шум, добрую половину народа составляли стражники. Слуги серыми тенями шныряли по углам, а по галереям вышагивали более важные персоны. Мало кто носил драгоценные камни, но матовое золото и серебро украшало шеи и запястья.

Панорамные окна освещали обилие камня и металла во дворце.

Помня, какой приём оказали её матери привратники и Варга, Агата ожидала, что и здесь бывшей принцессе не стоит рассчитывать на особое отношение.

Она ошиблась. Перед Эридом люди почтительно расступались, хоть и без особого энтузиазма, но замечая Агату, открывали рты, переглядывались и спешили поклониться. А она ничего замечала, как так и надо.

Какой-то неприятный старик с массивной цепью на плечах заступил им дорогу.

— Ваше высочество, вы вернулись!

— Уже не ваше, а точнее не высочество. Но да, я вернулась. Мы желаем видеть королеву.

Старик всё косил глаза на Аду, но задавать вопросы не стал. На дракона он предпочитал и вовсе не глядеть.

— Она уже ожидает вас в Тронном зале.

— В Тронном? Ну и ну, какая честь.

От девушки не укрылся язвительный тон, которым ответил старикашка.

— Дело в том, ваше… хм. Там, видите ли, только что закончился приём иностранных послов.

Мама нетерпеливо махнула рукой.

— Полно, канцлер. Мне отрадно находиться в любой зале родного замка. А прибытие послов означает, что вечером нас ждёт пир, и это тоже не может не радовать.

Пока они так мило разговаривали, Ада прошла чуть вперёд и встала рядом с Эридом. При упоминании должности канцлера она оживилась.

— Это тот алкаш, да?

Что-то тихо заклокотало в груди дракона, и это означало сдерживаемый смех. Затем он посерьёзнел.

— Да. Он ненавидит меня, недолюбливает твою мать и вряд ли сделает исключение для тебя. Как и многие другие, имей это ввиду. И, кстати, старайся выдавать свою меткую характеристику местной знати чуть тише.

Студентка блуждала глазами по мраморным стенам и шахматном полу, то и дело ловя на себе заинтересованные взгляды. Ей надоел покровительственный тон оборотня, хотя говорил он, конечно же, дело.

— Я и не жду, что меня встретят с распростёртыми объятиями.

— Весьма похвально. Ведь у тебя нет ни опыта, ни должной подготовки для жизни здесь. Агата за долгие годы не растеряла сноровки и не показала виду, как её задели слова старого барана. И даже предупредила намёк о том, что пир сегодня устроят не в её честь, а ради иноземцев. Мы выбрали подходящее время, чтобы вернуться: в празднествах многое можно спрятать. Со временем ты всему научишься. Если, конечно, это потребуется.

— Если твоя королева не прикажет отрубить мне башку, ты про это? — прошипела Ада. Она не подготовлена, а кто, спрашивается, виноват? Риторический вопрос. Главная виновница твёрдым шагом двигалась вперёд, отшив-таки канцлера куда подальше. Вечернее платье воистину стало казаться королевским. На дочь и дракона женщина и не взглянула. Им оставалось только пойти следом.

Эрид серьёзно посмотрел на девушку, которая, чувствуя на себе сотни любопытных и жадных глаз, готова была научиться отращивать иглы.

— Я надеюсь, этого не произойдет. Мне дорога твоя жизнь. Даже ей — он кивнул вслед серебристому шлейфу — ты по-своему дорога.

От избытка внимания и последних откровений, Ада приросла к полу. Чёрные кеды на белом квадрате кричали о своей неуместности. Она застыла, бездумно глядя на этот контраст, над которым маячили рваные на коленках джинсы. Мужчине пришлось ухватить её за локоть и сдвинуть с места, чтобы заставить выйти из оцепенения. Конечно, все видели эту заминку. Все видели каждую клеточку Ады, и в каждой — изъян.