Чтение онлайн

— Я хочу, чтобы ты… — Она не договорила.

Это должно было погасить огонь внутри меня. Но ее пальцы лишь сильнее вцепились в ткань, притягивая меня ближе, пока я не ощущал только ее жар сквозь одежду.

— Чего ты хочешь, Блэр? — прошептал я, и из нее вырвался едва слышный всхлип.

Она чуть приподняла подбородок, ровно настолько, чтобы ее верхняя губа скользнула по моей нижней. По позвоночнику ударил разряд, стек вниз и тяжело осел в животе. Она тихо всхлипнула, и мои пальцы непроизвольно сжались у нее на горле.

— Я хочу…

Она не двинулась. Ни

назад, ни вперед. Мы зависли в этом полудюйме пространства между нами, словно никто из нас не решался проверить, что будет, если мы перейдем черту. Тело ныло от желания сократить расстояние, снова попробовать ее губы и прижать к стене так, чтобы она почувствовала мою твердость у себя на животе.

Но теперь дело было не только во мне и Блэр.

У меня была Руби. И я не позволю, чтобы она стала побочным ущербом из-за моих необдуманных решений.

— Что я говорил раньше? — хрипло спросил я, пальцы все еще собственнически лежали на ее коже. — Что мы можем быть… вежливыми?

Она тихо рассмеялась, и смех отдался вибрацией в моей ладони. Зрачки были такими расширенными, что в них хотелось утонуть.

— Это ты называешь вежливостью?

Ее бедра почти неосознанно качнулись навстречу моим, и я застонал, глядя, как кончик ее языка скользит по нижней губе. Мне отчаянно хотелось наклониться и зажать ее между зубами. Я не мог думать ни о чем, кроме вкуса, ощущений и запаха Блэр. Меня кружило от потребности так сильно, что я был в секундах от того, чтобы сорваться.

— Папа, вы идете? — голос Руби раздался из коридора, и Блэр дернулась, словно ее ударили.

Она вывернулась из моей руки так быстро, что я чуть не потерял равновесие. Румянец на щеках дошел до самых ушей. Она обхватила себя руками, дрожащие пальцы впились в кожу, взгляд уставился куда-то за мое плечо. То, как она закрылась, будто готовилась к удару, всколыхнуло во мне что-то собственническое.

Когда-то она была теплым, диким, ярким солнцем в моих руках. А я швырнул ее волкам, в мир, который требовал, чтобы она стала кем-то другим.

— Мы уже идем, — крикнул я Руби, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало напряжение, а потом шагнул к Блэр так, что ей пришлось поднять на меня глаза. — Ты в порядке?

Она кивнула, впиваясь зубами в нижнюю губу, пока кожа не побелела. Руки дернулись у меня по бокам, желая притянуть ее обратно, но голос Руби эхом прозвучал в голове.

А Блэр… черт, то, как она избегала моего взгляда, как едва заметно дрожали плечи. Она выглядела так, будто готова сбежать.

Она отпустила губу и натянуто улыбнулась.

— Конечно, я в порядке, — сказала она. — А почему я должна быть не в порядке?

— Блэр. — Я сделал самый маленький шаг к ней, но она отступила.

— Мы взрослые, Кольт. — Ее взгляд скользнул по мне с отработанным безразличием. Словно знакомая мне Блэр исчезла за маской, которую я не узнавал. — Ты сам это сказал раньше. Это было… — Она махнула рукой туда, где еще мгновение назад ее тело было прижато к моему. — Минутное помутнение рассудка.

Она расправила плечи, голос стал жестче.

— Мой бывший жених весь последний год нашей помолвки трахал свою ассистентку,

так что мои стандарты, очевидно, оставляют желать лучшего.

Упоминание ее бывшего ударило в грудь, разжигая ярость, которая смела все разумные мысли. Но под ней разливалось море вины, грозя утянуть меня целиком. Это сделал я. Я толкнул ее прямо в объятия мужчины, похожего на ее отца.

Если бы я оставил ее здесь, если бы она осталась моей, я бы не видел сейчас этой острой, режущей кромки в ее взгляде. Но она выковала броню, чтобы выжить в мире, в который я ее бросил.

— Клянусь честью скаута, — больше не повторится. — Она улыбнулась, поднимая руки в шутливом жесте клятвы, но голос был пустым. И это ударило больнее, чем если бы она просто влепила мне пощечину.

Я застыл. Желание притянуть ее обратно сменилось тошнотворной пустотой, и я физически почувствовал расстояние, которое она только что между нами создала.

— Да, — кивнул я. — Ты донесла мысль.

Я шагнул в сторону, освобождая ей путь. Она замешкалась на долю секунды, лицо дрогнуло, и на миг проступила моя Блэр.

— Кольт…

— Руби ждет. — Я отвернулся, прикусывая щеку изнутри, пока не почувствовал вкус металла. И в тот же миг стена между нами снова встала на место.

Мы были всего лишь двумя чужими людьми, которым предстояло провести несколько недель под одной крышей. А между нами пылали годы общей истории, как оголенный провод. И, черт возьми, каждая секунда рядом с ней будет разрывать меня изнутри.

Колокольчик звякнул, когда я протиснулась внутрь. Воздух был густым от ванили и жженого сахара, но даже он не смог заглушить тишину, внезапно накрывшую зал. Я прижала к себе ящик с клубникой, его шершавые края впились в кожу, и заставила себя идти вперед под тяжестью чужих взглядов.

Я давно не жила в маленьком городке Уиллоу Гроув, но в одном я была уверена.

Люди здесь всегда суют нос не в свое дело.

Пекарня Мэгги, Darlin’ Delights, была набита до отказа знакомыми лицами за каждым столиком. Я раздавала вежливые улыбки, пробираясь к витрине с пирогами, но они исчезли, как только я увидела Челси Лиланд. Бывшая королева бочковой езды, на класс старше меня, и та самая девушка, которая превратила мой второй курс в ад.

Именно она позаботилась о том, чтобы вся школа узнала мой «грязный секрет»: будто я не могла выбрать между братьями Кэллоуэй. Слова «трахается с братьями» тянулись за мной по коридорам до конца года.

Но Челси ошибалась. Мое сердце принадлежало одному брату, а не двум. И ее бесило, что парень, которого я любила, был тем самым, которого хотела она. Золотым мальчиком, чья улыбка заставляла каждую девушку в Уиллоу-Гроув спотыкаться на ровном месте.

Я была не единственной, кто любил Кольта. Просто он делал это слишком легко.