Кенди
Шрифт:
– А мистер МакГрегор об этом знает?
– Не думаю. Для меня это не имеет значения.
– Вы были друзьями?
– Нет. Просто наши дома стоят рядом. И хотя он всегда говорит про себя, что он очень упрямый и странный, я все равно люблю его и вот прихожу сюда.
– Мистер Брайтон, я буду очень-очень стараться ухаживать за мистером МакГрегором, - пообещала Кенди.
– Кенди, я очень рад слышать, что ты за ним ухаживаешь, - мистер Брайтон положил ей руки на плечи.
* * *
– Кенди, ты не должна огорчаться, но даже я не могу отменить решения доктора Франка, - говорила мисс Мэри
– Мне так хочется ухаживать за мистером МакГрегором, - настаивала Кенди.
– Но ты можешь заняться другими больными.
– Кендис, - подбежала Флэнни, - ты можешь вместо меня работать в палате мистера МакГрегора.
– Доктор Франк разрешил мне?
– обрадовалась Кенди.
– Нет, это не он. Так захотел мистер МакГрегор.
– Это невероятно...
– директриса потерла подбородок.
– Я иду!
– Кенди помчалась к своему пациенту, оставив мисс Мэри Джейн в недоумении.
Некоторое время спустя юная студентка постучала в Особую палату.
– Мистер МакГрегор, извините меня за вчерашнее.
– Ты знаешь мистера Брайтона?
– негромко спросил он.
– Так значит, Вы видели меня вместе с ним из этого окна?
– Отвечай на мой вопрос.
– Да. Мистер Брайтон - отец Анни, моей лучшей подруги, - объяснила Кенди.
– Какая же ты глупая. Если ты знаешь мистера Брайтона, просто кивни, если нет - покачай головой, - голос старика был негромкий, но настойчивый.
– Да, сэр, - кивнула Кенди. Мистер МакГрегор откинулся на подушку. Кенди хотела подойти к нему.
– Не двигайся!
– приказал он.
– Я только хотела поправить одеяло...
– Ничего не надо. Просто стой там и не шевелись, - говорил он, лежа на подушке.
– Да но... это прям как в школе, когда тебя наказывают.
– Просто стой там, - повторял мистер МакГрегор, сдерживая эмоции.
– Не двигайся. Если ты сдвигаешься с места, солнечный свет бьет мне прямо в глаза, я ничего не вижу.
– Так я что, стою здесь вместо занавески?
– Если закрыть шторы, я не вижу пейзажа и заката солнца.
– Мистер МакГрегор, а Вы любите закат?
– улыбнулась Кенди.
– Я сказал, что не люблю медсестер, которые слишком много болтают.
Но Кенди совсем не рассердилась, что ее поставили стоять вместо шторы. И все потому, что глаза мистера МакГрегора, который был таким одиноким, очень напоминали ей глаза Терри, которого она однажды туманным утром встретила на пароходе, плывущим в Лондон.
67.
В поисках дорогого существа.
Пациент, которого Кенди приняла за своего старого дядюшку Уильяма, оказался совсем другим человеком - мистером МакГрегором, который был очень упрям и не любил людей. Но Кенди все-таки решила ухаживать за этим упрямым и эгоистичным стариком, как будто он был ее старым дядюшкой Уильямом.
Кенди сидела на скамейке в больничном саду. Она глубоко вздохнула
– Как бы мне хотелось подыскать ключик к сердцу мистера МакГрегора, к его закрытому для всех сердцу?..
– задумавшись, она вспомнила пожилых людей, с которыми ее сводила судьба.
– Мистер Картрайт, сестра Грей, мисс Мэри Джейн, директриса Школы для медсестер, я уже встречала упрямых людей, но мистер МакГрегор - он еще более упрямый, - она встала и потянулась.
–
– Какие красивые!
– но там же была и табличка "Цветы не рвать". Хитрая студентка осмотрелась.
– Сделаю вид, что я не видела табличку с надписью.
– Смотри, мама, - какой-то маленький мальчик смотрел в окно, - а медсестра рвет цветы на клумбе.
– Правда?
– женщина лишь увидела, как юная медсестра поправила шапочку и пошла.
– Но у нее в руках ничего нет.
– Но я же видел, она рвала цветы!
– Ты не ошибся?
– Она их что ли съела?..
– гадал малыш.
* * *
Войдя в Особую палату, Кенди с улыбкой сняла шапочку, под которой и были спрятаны цветы.
– Кажется, он еще спит, - она заглянула в палату мистера Уильяма.
– Он такой спокойный и добрый, когда спит. А когда просыпается - он просто невозможный. Как хорошо они пахнут, - она поставила вазу с цветами на столик.
– По-моему, в этой комнате не хватает света...
– Что это за цветы!
– прогремел голос мистера МакГрегора, да так, что ваза разбилась.
– Мистер МакГрегор...
– оглянулась Кенди.
– Вы всегда так неожиданно просыпаетесь...
– Терпеть не могу цветы. Вынеси их отсюда быстро!
– приказал он.
– Я не понимаю почему, - пробормотала Кенди, - цветы всем нравятся...
– Что это ты там мямлишь себе под нос?
– Простите... Я просто хотела сказать "добрый день", - Кенди улыбалась.
– Мистер МакГрегор, я теперь работаю вместо Флэнни, и буду за Вами ухаживать. Пожалуйста, зовите меня Кенди.
– Кенди? Это имя слишком сладкое для тебя, - заявил пациент.
– Да, я согласна с Вами, - Кенди продолжала улыбаться, хотя на самом деле она ой как разозлилась!
– Перестань мне улыбаться и сделай что-нибудь с цветами!
– Да, сэр, - Кенди принялась собирать осколки и цветы.
– Что это за больница?
– возмущался мистер МакГрегор.
– Одна была холодная как лед...
– ...Холодная как лед? Это он о Флэнни, - хихикнула про себя Кенди.
– ...Теперь какая-то озорная девчонка с веснушками!
– Озорная девчонка с веснушками?!.. Так, спокойно, спокойно, Кенди, я все равно не рассержусь...
– Кенди усиленно прятала свою растущую злость за улыбкой.
– Что тут смешного, озорница с веснушками?
– мистер МакГрегор лег.
– Он и представить себе не может, чего стоит мне не сердиться на него, - Кенди только потому показала ему язык, что он лежал, отвернувшись. Потом она вышла.
– Ладно, хорошо, мы вынесем цветы из палаты...
– Мисс, я хочу пить!
– послышался хриплый голос из-за двери.
– Да, сэр!
– и Кенди принесла поднос.
– Вот, пожалуйста.
– Что это?
– Чай, сэр.
– Я хочу есть.
– Но Вы сказали, что хотите пить.
– Это было пять минут тому назад!
– Спокойно, Кенди, спокойно... Извините, сэр, - Кенди натянула улыбку.
– Никогда не смейся, когда приносишь извинения!
– Простите! Одну минуточку!
– и она умчалась.
– Глупая девчонка!
– Вот, пожалуйста, печенье, ешьте, - Кенди примчалась с печеньем на подносе.