Кенди
Шрифт:
– Бегу!
– А книги? Не забудь учебники!
– мисс Мэри Джейн тронула забытую тележку.
– А кто займется этим? Вот всегда так...
* * *
– "Мои дорогие Анни, Стир, Арчи, Патти, как вы там все? Я сейчас учусь в Школе для медсестер Мэри Джейн. И потом я тоже стану медсестрой. Я долго не знала, чего я хочу, и вот, наконец, я здесь," - писала Кенди письмо друзьям вечером после занятий.
– Кенди, ты не могла бы чем-нибудь занавесить лампу?
– попросила Флэнни, готовая ко сну.
– Очень много света.
– Извини меня, - Кенди набросила платок на лампу и продолжила письмо. "Стир, Арчи, Анни,
– Сейчас выключу, - она погасила лампу и легла в кровать.
– Терри, мистер Альберт, я вам ничего не писала, но я теперь выбрала свою дорогу. Наступит день, когда я смогу сказать, что стала хорошей медсестрой.
Кенди хотелось подумать еще о многом, но она так устала за день, что сразу же заснула, и сон ее был счастливым и спокойным.
65.
Улыбка вместо лекарства.
Кенди поняла, что ухаживать за больными - совсем не простое дело, как ей казалось раньше. Кенди увидела, что когда директриса Мэри Джейн занимается своими больными, она становится совсем другим человеком, не такой суровой и сердитой, как обычно.
Был обычный день. У практиканток были занятия, они занимались в классе.
– На сегодня занятия окончены, - объявила мисс Мэри Джейн.
– А теперь вы все отправитесь в палаты на практику, ясно?
– вялое "Да" ее не удовлетворило.
– Что вы как неживые? У вас что, сил нет ответить?
На этот раз "Да" было пободрее.
* * *
Медсестра распределяла обязанности между практикантками.
– Значит, так. Флэнни, займись больным, который лежит в Особой палате.
– Счастливая, тебе поручили ухаживать за больным из Особой палаты, восхищались другие ученицы.
– Ничего удивительного, она же лучшая студентка. Да, она не то, что мы.
– Тише, пожалуйста, - напомнила медсестра.
– Простите, сестра, у меня вопрос, - сказала Флэнни, - а что же мне делать с больными, которыми я занималась раньше? Кто займется ими?
– Мисс Уайт, Вы займетесь, - решила медсестра, и это решение повергло учениц в некоторое изумление.
– Мисс Уайт еще совсем новичок; мне кажется, она не сможет со всем справиться, - возразила Флэнни.
– Флэнни, не беспокойся, я сделаю все, что надо, - Кенди была полна энтузиазма. Но не ее однокашницы.
– Кенди, тебе одной не справиться, это очень трудно, - они очень старались охладить ее пыл.
– У тебя получалось, потому что ты работала вместе с Флэнни.
– Не беспокойтесь, я все буду делать так, как меня учила Флэнни, честное слово.
– Мисс Уайт, это и будет Вашей практикой, - окончательно решила медсестра, - так что будьте повнимательней.
– Да, я постараюсь, - Кенди была готова принять такую ответственность. Однако, ученицы, включая Флэнни, не были довольны подобным раскладом.
* * *
– Я буду заниматься этими больными, будто я уже настоящая медсестра, эта мысль приятно согревала душу Кенди, которая не замечала, что практикантки следили за ней с недовольными гримасами.
– По-моему, она слишком самонадеянна, - высказалась полная розовощекая Джуди. Натали, девушка с горбинкой на носу, была полностью согласна со своей подругой.
– Откуда она взялась, эта Кенди? Если у нее все получится с больными, это очень повредит репутации Флэнни.
Флэнни,
не желающая слушать подобные разговоры, гордо удалилась.– По-моему, Флэнни рассердилась, - заметила Натали.
– Я совсем не хочу, чтобы новенькая всех обскакала, - нахмурилась Джуди.
* * *
– Сейчас мы измерим температуру, - Кенди вошла в палату.
– А, это наша Неумейка!
– встретили ее пациенты.
– Извините, но мое имя вовсе не мисс Неумейка, а мисс Кендис Уайт Эндри... Что это я сказала? Ведь я больше не Эндри...
– опомнилась Кенди. Интересно, как там старый дядюшка Уильям?..
– Что с Вами, мисс Кендис Уайт Эндри?
– с усмешкой спросил один из пациентов.
– Простите, я ошиблась. Меня зовут просто Кендис Уайт.
– Вы даже не помните своего имени. Что Вы за смешное создание? засмеялись больные.
– Зовите меня просто Кенди, и все.
– Вам очень подходит это имя, не так ли?
– не переставали они поддразнивать практикантку.
– Они, наверное, слышали, как меня называла мадам директриса, - Кенди, стоявшая посреди палаты, давно потеряла свою жизнерадостную улыбку.
– Эй, Неумейка!
– важно проговорил пациент, изображая директрису. Чего надула губы? Улыбнись!
– Они такие наблюдательные: сразу все замечают и понимают.
– Ладно, не кисни. Лучше правда улыбнись, - ободрил ее и другой пациент.
– Неумейкам очень идут улыбки.
– Действительно, Энтони, Стир и Арчи всегда говорили мне, что я гораздо симпатичнее, когда улыбаюсь, - и улыбка не замедлила появиться на веснушчатом лице.
– Ну вот, совсем другое дело. Вот всегда будь такой, мисс Неумейка.
– Это ужасно, когда другие зовут тебя Неумейкой. Это просто ужасно, несмотря на такие мысли, Кенди обернулась к больным с улыбкой.
– Ну что ж, пусть будет Неумейка. Я хочу попросить вас помочь мне. Можно?
– Да, конечно, - охотно согласились пациенты.
– Мы поможем тебе, мисс Неумейка.
– Тогда сейчас вы поможете мне измерить температуру, - она достала лоток с градусниками.
– Эй вы, все откройте рот!
– скомандовал один пациент остальным.
– И пошире!
– Спасибо, - Кенди аккуратно вставляла термометры в раскрытые рты. По прошествии положенного времени она собрала термометры и записала температуру каждого больного.
– Все в порядке. Спасибо всем за помощь.
– Ты никого не забыла? Проверь, - предупредил пациент.
– Нет, - Кенди посмотрела в свой планшет, - все в порядке. А теперь отдыхайте. Извините меня.
– Желаем успехов, Кенди.
– Как?..
– веснушчатая ученица обернулась, не веря, что не ослышалась. Но выйдя за дверь, она довольно подумала.
– Как я счастлива. Они назвали меня "Кенди", - напевая, она потанцевала дальше...
– Эй, Неумейка!
– разумеется, вездесущая мисс Мэри Джейн.
– Видно, Пони не объяснила тебе, что коридор больницы - не улица, - она подошла к Кенди поближе.
– Прошу тебя всегда помнить о том, где ты находишься, мисс Неумейка, - за отчитыванием практикантки наблюдали выглядывающие из-за двери больные, хихикая в кулачок.
– В чем дело?! Если вы такие здоровые, может, вас выписать из больницы?!
– заслышав такие угрозы, те тут же скрылись за дверью, а директриса вернулась к отчитыванию студентки.
– Дорогая Неумейка, что ты здесь стоишь? Не приняться ли тебе за работу?