Жемчуг
Шрифт:
Синг прожил всю жизнь в Мёнхене - городе, который не умолкал ни на мгновение. Городе, где в центре в любое время суток можно было найти веселящихся студиозов или адептов.
Но запустение, которое он тут видел, вызывало у него страх. Самый настоящий страх.
– Сколько... Сколько людей уже погибло?
– тихо спросил он, вглядываясь в тёмные провалы окон.
– Откуда же я знаю?
– весело ответила Мэй. Синг не знал, что его бесит больше - её постоянная весёлость или навязчивость. Точнее, пока ещё не решил.
– Тут оставалось много
– И... Неужели все?..
– Синг сглотнул. Если в каждом доме жило хотя бы по два человека, то... Ох.
– Нет, конечно же. Просто... Ну, ты понимаешь.
– Нет, не понимаю.
– Это всё длится уже довольно долго. Люди научились не доверять друг другу и прятаться.
– Тогда они прячутся очень хорошо, - фыркнул Синг, пытаясь отогнать волнение. Получилось так себе.
– Конечно же хорошо. Уже на вторую неделю появились мародёры и грабители. Хочешь или нет, научишься прятаться.
– Тогда почему ты ведёшь меня именно к этим больным? Я же спрашивал, есть ли люди вообще.
– Ты же лекарь. Лекарей не интересуют здоровые люди.
Синг открыл рот, чтобы возразить. И тут же закрыл его. А что тут возразить?
Дом больных отличался от остальных лишь парой черт. Закрытая и целая дверь, заколоченные досками окна. И выцветшая, некогда красная тряпка, прибитая над входом.
– Ты уверен, что хочешь туда идти?
– спросила девушка, со страхом глядя на дом.
– Уверен, что не хочу, - вздохнул Синг, раскрывая сумку.
– Но должен.
– Кому?
– с живым интересом спросила Мэй, и Синг раздражённо дёрнул щекой.
– Ты опять делаешь это. Лезешь не в своё дело.
– Но мне интересно!
– Жаль, потому что неудовлетворённый интерес - это довольно грустно, - наконец, он достал маску из сумки.
Сколько раз он мечтал надеть её. И вот он, момент. Только вот он совершенно не рад.
– Это что, клюв?
– девушка подошла поближе.
– Я никогда таких раньше не видела!
– Можно подумать, ты много чего видела, - буркнул Синг.
– Спасибо, что провела. Можешь возвращаться.
– Спасибо, что разрешил, - Мэй улыбнулась.
– Но я подожду тебя здесь.
– Зачем? Тебе нечем заняться?
– Ну... Да. Пока ты будешь занят, поищу чего-нибудь полезного вокруг.
– Помародёрствуешь.
– Пожил бы ты тут столько же, сколько и я - не был бы таким высокомерным.
– Высокомерным? Я просто называю вещи своими именами.
– Ну и называй, - фыркнула девушка. А затем улыбнулась.
– Рано или поздно привыкнешь и поймёшь.
Синг пожал плечами. Как будто ему есть дело до собирания брошенных вещей.
На стук в дверь никто не открывал. Синг, неловко оглянувшись на пустую улицу, постучал вновь.
Вновь нет ответа.
Та часть Синга, которая привела его в Голдуол и швырялась огненным порошком в людей, уверенно говорила - стоит стучать ещё раз. И ещё. До тех пор, пока не откроют.
А другая часть испуганно жалась в угол. Та часть, которая ныла на протяжении всего путешествия, которой
не хватило смелости отказаться вообще от пьяной идеи о путешествии.– Всё равно выбор уже сделан, - пробормотал Синг и вновь постучал в дверь - ещё сильнее.
Однако никто всё ещё не открывал.
Синг страдальчески вздохнул. С одной стороны, он хотел помочь больным. Насколько это возможно.
А с другой - если он этого хочет, то почему медлит и боится?
– К чёрту, - зло буркнул он, присаживаясь на колени перед дверью.
Отмычкой он владеть умел. Ну а что? В каком квартале он рос? Сколько раз Варг допоздна задерживался в городе, забрав по забывчивости сразу два ключа? И вообще!
Когда замок щёлкнул, Синг взволнованно вздохнул. Наверное, это не прибавит доверия больных к нему. Но ему плевать на их доверие.
Всё равно путь уже выбран. Надо было думать раньше, прежде чем творить глупости и соваться сюда, сбежав от друзей.
В доме было темно и тихо. И подозрительно чисто.
– Эй?
– осторожно позвал Синг, вглядываясь в темноту.
Никакого ответа. Впрочем, на что он надеялся?
В мечтах Синга всё было не так. Беглый осмотр позволял ему безошибочно определить болезнь и её лечение, скальпель в руке мелькал быстрее молнии, больной, счастливый и довольный, слёзно благодарил его, а изумлённая его хладнокровием Лесте целовала его, и...
В общем, ничего такого не было.
Три тела он нашёл в комнате на втором этаже. Мужчина сидел за столом, правая рука покоилась на бутылке. Два других тела были накрыты полотном и лежали на кроватях.
– Опоздал, - прошептал Синг дрожащими губами.
– Опоздал...
Внутри быстро росло неприятное чувство. Если бы сейчас кто-то спросил Синга, кто самый отвратительный человек на свете - он уверенно указал бы на себя.
А в причинах указал бы отвратительное, пьянящее чувство облегчения.
Даже сквозь запах кожи и трав, которые были наложены в "клюв" маски, Синг чувствовал сладковатый запах гниения. Должно быть, здесь стоял ужасный смрад.
"Смрад", - зло подумал Синг, приближаясь к мужчине.
– "Смрад, мать твою! Ты же называешь всё своими словами, да?! Смрад! Грёбаный поэт!"
Мужчина, несомненно, был мёртв. Синг медленно наклонился к нему.
Мёртв где-то день. Или два.
Синг выдохнул в маску, устало закрыв глаза.
– Проклятье, - убито прошептал он. Из-за его промедления погиб человек. Из-за его страха и тупости.
Страх. Чего бояться? Он уже лечил людей, в Мёнхене. Тайком, стараясь урвать лишние деньги. Заразиться? Но он выпил все возможные лекарства и использует все меры предосторожности. Тогда... Какого чёрта?
Синг не знал, какого.
Но знал одно. Дальше так дело не пойдёт.
А он хотел, чтобы дело шло.
Какое-то время он смотрел на труп мужчины. А затем тяжело вздохнул.
– Я хочу, - уверенно проговори он, доставая из сумки скальпель.
– Хочу.
Хмурый мужчина смотрел на Синга.