Чтение онлайн

Мужчины увлечённо меняли темы одну за другой. От обсуждения кровавых потасовок они переходили к обсуждению женщин, а затем и политики. Взгляды стражников на эти вещи, насколько мог судить Эрид, исходя из своих знаний их языка, не отличались оригинальностью. Единственно интересной была новость о том, что кто-то из скельтров раздобыл у фьёлов щепотку наркотической муки. Вероятно, в данный момент он находился на присяге вместе с другими гостями, и не мог в красках описать своих впечатлений, о чём сокрушались любознательные стражи. Им уже наскучило стоять у опочивальни кагана. Необычное заключалось в том, что скельтры впитывали ненависть к фьёлам с молоком матери, а чтобы добровольно перенять их привычки — это что-то из ряда вон. Кем бы ни был тот варвар, он рисковал репутацией.

Эрид был терпелив, но по возможности предпочитал сокращать ожидание. Так как и он, и скельтры испытывали раздражение от сложившейся ситуации, —

в независимости от того, что для обеих сторон ситуация представлялась по-разному, — он решил действовать. Как бы поступили на его месте другие драконы? Они упивались своим огненным могуществом и, где могли, всем его демонстрировали. Эрид огляделся. Его молнии, которыми он так же справедливо гордился, сейчас бесполезны. А вот огонь мог бы здорово отвлечь внимание стражи. Если бы вкусы придворных архитекторов были немного мягче, и они больше использовали в отделке дерево, то один разряд мог бы привести к небольшому пожару. Но как на зло, кроме камня и металла ничего поблизости не было, не считая увесистой портьеры с вышитым гербом, которая прикрывала брешь в облицовке. Может, оно и к лучшему: фиолетовый огонь наведёт на определённые догадки. У мужчины мелькнула дурацкая мысль и он бесшумно направился в сторону геральдической занавески. В замке давно пользовались электричеством, но ради поддержания атмосферы размещали на стенах настоящие факелы, тёплым светом озаряющие камни всех пород. Эти старомодные приспособления должны нравиться погрязшим в средневековье скельтрам. Факелы можно встретить в любом месте дворца. Но только не здесь. По воле неизвестного конструктора приняв форму диковинных зверей, лампы в этом коридоре сияли статичным электрическим светом.

Кляня на все лады ситуацию, Эрид отправился на поиски огня. В скором времени они увенчались успехом — стоило только спуститься вниз по винтовой лестнице, предназначенной для прислуги. Там он напугал своим появлением нескольких служанок и лакея. Девушки взвизгнули и шарахнулись в сторону, а лакей разинул рот, издав неоднозначное «ээ?». Ускорив, от греха подальше, шаг, Эрид успел услышать, как за его спиной раздался настоящий взрыв шепотков — недоумённых, взволнованных и отчасти восхищённых. У него чесался язык отпустить пару комментариев, а затем добить каким-нибудь фокусом, но следовало сдержать эти порывы. Глупые, надо сказать, а ведь оборотню казалось, что он уже отвык от озорства. Люди редко отличались адекватной реакцией при появлении драконов, а уж простолюдины тем более. Покойный старик Алонсо не в счёт. Он был исключением. Единственным в своём роде.

Миновав тёмные закоулки, по которым перемещалась почти так же бесшумно, как и он, прислуга, Эрид оказался в очередном коридоре. Стоило только дракону принцессы сделать шаг в нужном направлении, как он почувствовал себя на прицеле чьего-то пристального взгляда. Медленно, с досадой и надменностью человека, который думал, что врасплох его застать невозможно, Эрид обернулся. Вплотную к стене стоял механический заяц с циферблатом вместо брюха и жутким, неживым взглядом смотрел прямо в душу. Большой, высотой с семилетнего ребёнка. Гравировка на его передних, больше подходящих бобру резцах, тонкой вязью покрывала металл. Будь это животное из крови и плоти, из него бы получился превосходный хищник. Стрелка на часах передвинулась, и заяц нервно стукнул железной лапой по паркету. Мысленно Эрид похвалил себя за выбранный маршрут: в последнее время длинноухих тварей старались размещать в малолюдных местах, так как они нередко сбоили. Заяц ещё раз царапнул внушительными когтями по полу и поскакал, звеня железными суставами, своей дорогой. Проводив его взглядом, Эрид вовремя заметил три фигуры, которые как раз показались из-за угла. Ему в очередной раз пришлось сливаться с тенью, пока фьёлы — а это были именно они — не пройдут мимо. Странно, что они, принадлежа к свите высшего порядка, не присутствовали на присяге, которая должна была продолжаться ещё не меньше часа. Среди прочих физиономий дракон узнал ведуна. Тот в довольно резких выражениях, что было нетипично для добреньких островитян, распекал своих спутников за медленные темпы строительства. Язык фьёлов Эрид знал несколько лучше, чем язык скельтров, но он усомнился в том, насколько правильно ему удалось перевести. Ведь «строительство флота по распоряжению королевы» никак не вязалось с миролюбивой политикой, которую проводила Сиена, да и фьёлы никогда не отличались в подобных мероприятиях. Они и города-то свои не столько строили, сколько просто обустраивали гроты. Впрочем, это мало волновало дракона. Как только опасность миновала, факел был похищен со стены.

Подпалить портьеру оказалось плёвым делом. С минуту Эрид наблюдал, как пламя пожирает шёлковые нити и целеустремлённо уничтожает вышитый герб. Дым постепенно распространялся всё дальше, и вот стража уже начала удивлённо принюхиваться, спрашивать друг у друга,

что случилось и приходить в нервное возбуждение. Для них пожар был неприятностью, но вместе с тем и возможностью отвлечься от безделья.

Вскоре к горластой охране присоединились вопли кого-то из слуг. Огонь не мог перекинуться на весь замок: всюду вокруг портьеры находился камень и металл, так что большого урона не стоило ожидать. Во всяком случае, Эрид искренне в это верил. Пока скельтры временно покинули свой пост и переместились в другой конец коридора, он проскользнул к двери — бесшумно, как наёмник. И усмехнулся.

Чужеземцы не поскупились на охрану, но поленились запереть покои своего кагана на ключ.

Под аккомпанемент криков и ругательств, дракон оказался по ту сторону двери. Любой грабитель желал бы такого везения и ловкости. Все прошло идеально просто, ни одна живая душа пока не обнаружила подвох, да и вряд и узнает, кто и зачем пожаловал в гости к скельтру.

Эрид переступил порог и нос к носу столкнулся с ещё одним стражем.

Совсем ещё зелёный, солдат растерянно разинул рот при виде названного гостя. Дракон не дал ему сказать и слова, заговорив сам, будто всё это так и задумывалось.

— Что же это ты не на пожаре?

Юнец призадумался. Ему бы следовало вовсю бить тревогу и пытаться обезвредить незнакомца, хоть тот и был на голову выше. Странно, что скельтры, поставившие снаружи могучих бойцов, внутри разместили этого тощего заморыша, который и оружие-то держал с трудом.

В отличие от него Эрид не медлил. Он просто шарахнул молнией паренька, и, пока тот валялся без сознания на полу, спокойно занялся кражей. Главное, казалось дракону, рассчитать разряд. Тогда ты никого не покалечишь.

Посох стоял в одном ряду с алебардами, которые скельтры притащили зачем-то во дворец. Он выглядел простым и бестолковым, как деревянная ложка среди ножей. Но в нём таилась огромная сила Неизвестные и могучие колдуны добыли её из недр земли и заточили в тесном хрустальном сосуде, служившим набалдашником. Или это были учёные? В последнее время в королевстве мало кто разбирался, кто есть кто.

С собой Эрид прихватил небольшую склянку из-под вонючих приторных духов. Её где-то раздобыла принцесса. Должно быть, у кого-то из служанок — сама Агата ну никак не могла выбрать старушечий парфюм, да ей бы и не дали так опозорить великую династию. Скорее всего, девчонка утащила, духи, пока их хозяйка выполняла один из многочисленных приказов Агаты. Удивительно, но это было вполне в духе наследницы: ей не хотелось короны, а хотелось авантюр и разрушений. Обмануть, украсть, сбежать — эти шалости потихоньку переходили в разряд любимых развлечений.

Эрид осмотрел посох. Набалдашник крепился к дереву при помощи обычной резьбы, а верхнее стёклышко, служившее крышкой, можно было просто-напросто выкрутить.

Тут нажать, там повернуть — и вот флакон из-под безвкусных духов заполнился эссенцией, которая переливалась лазурью и бирюзой. Вещество, смертельное для человеческого организма. Но, открывая порталы между мирами, оно было бальзамом для душ — неугомонных, непостоянных и безумных.

С виду набалдашник остался почти таким же, каким был до прихода Эрида. Только при тщательном рассмотрении можно обнаружить, что эссенции, наполняющей его, стало меньше. Дракон аккуратно вернул всё на места. Несмотря на то, что предприятие целиком было сопряжено с риском, единственное, что пугало Эрида — вероятность того, что придётся разбивать хрусталь и портить посох.

Пора было возвращаться. Присяга, и все сопутствующие ей бессмысленные церемонии скоро подойдут к концу. Солдат у двери чуть застонал. Он приходил в себя, а его доспехи, дополненные кожей и мехом, отдавали гарью.

По сути, именно он сейчас являлся наибольшей проблемой: страж видел лицо оборотня. Даже если он и не знал, кто перед ним, двух-трёх слов описания достаточно, чтобы другие всё поняли.

Гомон за стеной нарастал. На удивление нерасторопно происходило тушение пожар. Эриду, впрочем, это было лишь на руку. Он опустился на корточки возле солдата. Молодой скельтр вяло подавал признаки жизни, взгляд его медленно фокусировался. Когда страж обнаружил себя лежащим на полу, со странной болью в груди и под пристальным взором неизвестного, который ни при каком раскладе не должен был здесь оказаться, он попытался что-то сказать. Эрида это никак не устраивало.

— Тихо-тихо, — прошептал он, хватая мальчишку за шею — не сильно, только чтобы отбить у юнца желание вести переговоры.

Тот тяжело ворочался и не понимал, почему не может хотя бы чуть-чуть оттолкнуть от себя незнакомца. Мужчина, которого он видел, не был великаном, и даже не держал при себе оружия. Дракон же тем временем отметил, что доспехи скельтра слишком увесистые и сковывают движения и без того хилого мальчугана.

Страж видел его лицо. Любой адекватный преступник убил бы свидетеля на месте. Оборотень медлил и прислушивался к звукам за дверью.