Чтение онлайн

Увидев крестьян, пытавшихся укрыться в тени деревьев, оборотень начал снижаться. Покрытая чешуёй туша гулко опустилась на землю, и два молодых, меньше тридцати лет парня, страшно побелели.

Часть пути они проехали на железной многоножке. Такую машину часто использовали для передвижения по трудным дорогам. Мерзкий механизм громко шумел и чадил как паровоз. Мальчишки понимали, что по скорости он не сможет сравняться с драконом, зато привлечёт его внимание. И бросились бежать на своих двух. Думали — это поможет им спастись.

На рукав одного из них прицепился клочок бечёвки, которая повсюду валялась у Алонсо — он штопал ею сети. Теперь от старика,

как и от дома, осталась только зола и деревянная фигурка в кармане. А бечёвка — вот она, пожалуйста. На рукаве убийцы.

Эрид заревел как голодный медведь. Постепенно рёв перешёл в утробный, тихий рык, и лица парней совсем посерели. Они поняли, что дело плохо, и больше не пыталась бежать. Наверное, слышали, как дракон мимоходом разрушил многоножку, эту гордость машиностроения, которую они наверняка тоже украли.

Один дрожал, второй был в тихой ярости. Он боялся и люто ненавидел крылатого монстра.

Что могло быть проще, чем убить их? Эрид не знал, в каком облике это следует сделать. Его наполняла вполне человеческая жажда мести, а пребывал он в звериной шкуре. Две стороны одной сущности охватывала холодная ярость. И обе требовали крови.

Того, который боялся сильнее, окутал фиолетовый дым. Эрид специально не стал посылать мощный заряд. Волосы парня встали дыбом, а сам он упал. Но тут же попытался подняться. Он предпринимал эти попытки с завидным упорством, и оборотень отметил про себя, что ему это совсем не по душе: выродки не должны быть упрямы и непослушны на пороге смерти, им следует скулить и ползать. Дракон сменил облик и протянул руку. Ничего не понимая, крестьянин машинально схватился за неё, позволяя вздёрнуть себя на ноги. Эрид усмехнулся.

Человечек напротив что-то проблеял. Эрид не слушал. В одну секунду он снова превратился в дракона, и небрежно махнул лапой. Крестьянина впечатало в сосну. Людское сердце заколотилось как бешенное, обозначая мишень для следующей атаки. Может быть, этот глупый деревенский выскочка был уже без сознания, когда копьеобразная конечность пронзила насквозь его грудь. Эрид рывком выдернул хвост из дерева, и посмотрел на то, что облепило чешую. Кусок коры, кровавые ошмётки. Дракону вдруг показалось, что это и есть то самое сердце, только что готовое выпрыгнуть наружу. С помощью Эрида так оно и сделало.

Тело сползло вниз и распласталось на корнях, вздыбившихся над землёй. Будто измождённый дорогой путник без сил упал и заснул крепким сном. Эта смерть была, пожалуй, слишком быстрой.

Второй крестьянин беззвучно наблюдал за гибелью товарища. Его лицо выглядело озлобленным и перепуганным, однако недостаточно. По всему его виду было ясно, кому в голову пришла мысль ограбить старика. Этот простолюдин более крепкий и решительный. Способный отнять чью-либо жизнь без причины и сомнений. Он не заслуживал такого милосердия, как лёгкая гибель.

В очередной раз Эрид сменил облик. Обоим его личинам надлежало участвовать в расправе. И эта — кровожаднее первой.

Крестьянин этого не знал. Ободрившись тем, что теперь перед ним человек, он приготовился давать отпор. По людским меркам оборотень был сложен атлетически, но не так, как его коренастый, выросший среди полей противник. Вот уж настоящий боец: в обычной ситуации он смог бы одолеть Эрида.

На его горе, Эрид был чудовищем.

Когда драконы только появились на земле, им поклонялись как богам. Чуть позже их разжаловали до ручных монстров королевской семьи. Непокорных, непредсказуемых, опасных, и немного не в себе. Жили они между землёй и небом, не имея ни богатств,

ни владений, но господствуя над целым миром. И никто не смел бросать им вызов.

Парень плохо знал легенды. Он бросился вперёд.

И промахнулся. С лёгкостью уклонившись от удара, Эрид посмотрел на него как на идиота, удивлённо вздёрнув бровь. А затем сделал молниеносное движение.

Сначала крестьянин не понял, что произошло. Его лишь слегка толкнули в грудь ладонью, вокруг которой что-то искрилось. Он уже две тысячи раз пожалел о том, что проломил череп старику. Действовали поспешно, и просто не придумали ничего другого, когда тот проснулся и увидел, как незнакомцы ищут золото в доме. До этого они с другом убивали лишь однажды — ножом, в пьяной драке. Тогда всё было проще.

А теперь друг мёртв.

Крестьянина окутала боль и мерзкий горелый запах.

Дракон терпеливо ждал, когда закончатся конвульсии. Стоило простолюдину перестать дёргаться, как его шею сдавили холодные пальцы.

Пытаясь выбраться из этой хватки, он во все глаза смотрел на чудовище, позволяя тому видеть ненависть, переполнявшую жертву. Будь у него возможность, крестьянин уничтожил бы дракона не менее мучительно, чем расправлялись с ним самим. Эрид читал это в его лице и продолжал перекрывать кислород. Впервые отнимая жизни людей, он вдруг обнаружил, что это проще, чем кажется — нужен только достойный мотив. Дракон наблюдал, спокойно и без сожалений, как задыхается человек. Так должно было случиться с тем, кто поверг его в пустоту одиночества, лишив единственного друга.

Простолюдин слабел и медленно терял сознание. Без разбора лупил кулаками, напоминавшими гири, но удары не причиняли вреда оборотню. Мужчина склонился и прожигал бесстрастным взглядом крестьянина. Его волосы почти касались лица хрипящего человека и были похожи на змей. Пахло дымом.

Всё происходило быстро, но при этом тянулось бесконечно. Эрид не знал, как долго сможет продержаться эта тварь, и как скоро ему покажется, что пора довершить начатое. Поэтому он просто держал и смотрел, вместо того чтобы одним движением свернуть бычью шею. Слишком просто. Слишком мягким наказанием это было для того, кто убил Алонсо — просто так, ни за что, даже не подумав пожалеть беззащитного старика.

Немая ярость снова захлестнула дракона. Впервые за столько лет Эрид, который некогда не смог погубить ягнёнка, почувствовал настоящую жажду крови. Он ослабил хватку. Бескровная расправа показалась ему скучной.

Что если парень в его руках не осознавал, за что его пытают? Может он даже не понимал, что старика в лачуге можно не убивать. Каждый подчиняется законам мира, в котором живёт. Возможно, в мире обездоленных простолюдинов Алонсо был лишним, был слабым звеном.

Уже не важно. Одним рывком Эрид притянул крестьянина ближе, и перегрыз ему горло.

С тех пор он не выходил на контакт с людьми. Забросил глупые развлечения и перестал пугать крестьян. Не появлялся инкогнито на праздниках, не освобождал девиц, которых невежественный народ привязывал к столбам в качестве дани. Старался вообще не попадаться никому на глаза.

Дракон по-прежнему пропадал в далёких провинциях, где размышлял о смысле своих снов. Готов был по привычке ввязаться в драку с любым другим чудовищем, оставив ему на память нервный тик при упоминании молний. Огонь Эриду почти не причинял вреда, так что сородичи предпочитали с ним не связываться. Ничто не подпитывало его агрессии, и постепенно она стушевалась