Чтение онлайн

На острова Аду доставили на парусном летающем судне, на следующий день после похорон. Аврора решила, что племяннице вовсе не обязательно задерживаться в замке даже на время белоснежного траура. Последним ярким воспоминанием о жизни в королевской резиденции стала группа людей в кипельно-белых одеждах. Они стояли, задрав головы, и смотрели ей вслед. Единственной, кто помахал на прощание рукой, была Дара. Интересно, что станется теперь с фрейлиной из обедневшего рода? Ада боялась, что новая правительница избавится от неё, сошлёт куда-нибудь в провинцию, с глаз долой. Аврора уже зарекомендовала себя как человек, который хочет видеть при дворе только полезные лица. Какая тошнотворная

тяга к порядку.

Мадлен не пригласили и вовсе. Во время последней аудиенции у тёти девушка просила об этом, но ей сказали не выдумывать и идти готовиться к отлёту. Мать ничем не могла помочь. Она прочно заняла своё положение советника в Королевской академии, но потеряла всякое — как политическое, так и родственное — влияние.

Взять вещей позволили немного. Разряженный телефон, который вряд ли уже когда-нибудь пригодится, карандаши и блокнот с рисунками, а также смену белья. Провозить что-либо ещё на острова запретили: либо этим Аду обеспечат маги, либо оно там неуместно. Походный сундук тщательно осмотрели, и кое-что безжалостно выкинули. Затем проследили за тем, чтобы баронесса выбрала платье с максимально невместительными карманами. Девушке стало обидно за полюбившиеся книги. А ещё — за нелегальный блок сигарет.

В первые минуты на палубе кружилась голова. «Отчалили» едва ли не с крыши, — с плоского, примыкающего к ней участка скалы. Там располагалась посадочная площадка и ангары с воздушным транспортом для нужд монаршей семьи. Паровое судёнышко взмыло вверх, белоснежные люди стремительно отдалялись. Несколько пар золотых глаз и волосы, убранные в простые, аккуратные причёски. На площадке стояли мать, Алеста, парочка фрейлин и пилоты, постоянно находящиеся на посту у ангаров. Почему-то здесь же оказалась дочь Авроры, маленькая наследная принцесса, и Ада догадывалась, что девочке ещё влетит за то, что она сюда сунулась. Равно как и её тётке, недосмотревшей за ребёнком.

Всё утро Ада искала глазами статных людей в чёрной одежде — единственных, кто не пожелал надеть белый траур. Некоторых она в самом деле встретила по дороге на крышу, но лица были не те. Нужная персона так и не показалась, даже когда винты судна заработали, а киль сошёл с рельс.

Корабль поднимал её всё выше. На душе было гадко, сильно клонило в сон.

Виды открывались превосходные, это несколько скрашивало общее впечатление. В родной параллели Ада так и не успела полетать на самолёте, а в этом мире единственное, что ей довелось испробовать — сферическая «рыба», набирающая более чем скромную высоту и скорость. На летающей лодке было однозначно веселее, стоило только привыкнуть к лёгкой качке и сильному ветру в лицо. Девушку пытались не подпускать слишком близко к борту, но безуспешно. В конце концов экипаж плюнул на это занятие и предоставил баронессу её собственной осторожности: все знали, что новая королева не благоволит племяннице, а значит возиться тут нечего. Ада вцепилась в ограждение из нержавеющих труб, и во все глаза осматривала город с высоты птичьего полёта. Столица казалась совсем нереальной.

Небо было пасмурным. Как ей объяснили, это продлится все дни траура по Сиене: если правительница умирает, то даже облака над её империей закрывают путь солнцу. Паровое королевство — это живой организмом, Аде постоянно это твердили, но она так до конца и не поверила. А ведь была крошечная, практически равная нулю вероятность, что и по ней когда-нибудь эти земли могли погрузиться в серую печаль: если бы её права на трон признали законными. Звучит безумно, да и не нужно девушке вовсе.

Но тем не менее: такая вероятность была.

Канаты трещали, винты работали. Машина рассекала воздух,

иногда покачивалась, чтобы аттракцион не переставал казаться опасным. Ада села прямо на палубе, игнорируя скамью, и свесила руку между прутьями, ловя попутный ветер. Ей было грустно, но приятно, а на косые взгляды команды она просто не обращала внимания. Девушка почти задремала, когда до её слуха донеслись тревожные голоса. Она нехотя распахнула глаза. Экипаж пристально всматривался куда-то вдаль, в сторону уже исчезнувшего с поля зрения дворца. Ада проследила за их взглядом. Сердце радостно и предательски подпрыгнуло в груди: крылатый силуэт вырастал на глазах, и птице не принадлежал. Это был дракон.

Аде не раз доводилось слышать о том, что пилоты враждуют с летающими змеями. Первых нервировало присутствие в небе огромных, непредсказуемых существ, вторые это самое небо попросту ревновали. Экипаж личного королевского флота, в отличии от других воздушных моряков, более терпелив и подготовлен в этом плане. Однако даже первоклассные пилоты заметно нервничали, наблюдая, как чёрная туша приближается к ним с такой скоростью, словно собиралась протаранить корабль. Некоторые с недоумением смотрели на Аду, будто бы она могла тут что-то прояснить.

Дракон за несколько минут не только догнал судно, но и поднялся над ним, вызвав у людей вздох облегчения: если бы чудовище не сделало этого, то задело бы своими крыльями металлический корпус, а может, порвало паруса. Насколько девушка знала, именно за подобные шутки пилоты терпеть не могли оборотней. Сначала люди не поняли, почему дракон попросту не облетел корабль стороной, но когда монстр исчез, и на палубу с грохотом приземлился одетый в чёрное мужчина, вопросы отпали сами собой.

На несколько секунд Эрид так и застыл, на корточках, одной рукой опираясь в шершавый металл. Потом резко распрямился и посмотрел на перекошенные лица пилотов. Надо отдать им должное, никто даже не охнул, глядя на это вторжение.

— Прошу простить и не обращать на меня внимание. Мне нужно перекинуться парой слов с вашей пассажиркой.

Ему поклонились, как того требовал этикет. Старший дракон был важной шишкой, и избегать церемоний люди не решались. Вряд ли возможно не обращать внимания на человека, который прямо с неба рухнул на корабль, предварительно долетев до него на собственных крыльях, но экипаж не лыком был шит. Пока пилоты делали вид, что целиком и полностью сосредоточенны на управлении судном, Эрид бодрым шагом подошёл к баронессе и протянул ей руку. Ада проигнорировала этот жест, и осталась сидеть на голом полу.

— Мне и тут хорошо.

Дракон не растерялся и попросту уселся рядом. На ветру длинные пышные волосы приняли живописный и хаотичный вид. Ада отметила, что у него они доходили до плеч, как у покойной Сиены, и погрустнела пуще прежнего.

— Веришь ли, наша уважаемая королева не сочла нужным сказать мне, что сегодня ты улетаешь. Зато отправила на встречу в академию, вместо Агаты. Это сразу показалось мне странным. Хотя, конечно, то, что я покинул приём посреди увлекательной речи ректора, расценят как не менее странный поступок. Знаешь, белый тебе не идёт.

— Только за этим прилетел? — бросила Ада. На счёт белого девушка знала и сама. К лицу ей были тёмные цвета и чёрно-белые полоски.

— Попрощаться хотел, оленёнок. Неужели думала, что я позволю просто так тебя увезти?

Она молчала долго. Ведь говорить совсем не хотелось: к чему? Потом всё же сдалась.

— Меня уже увезли.

— Что ж, найти след вашего убогого корабля мне не составило труда и…

— Увезли, не спрашивая моего мнения! Выставили! Можно сказать, выбросили как лишний хлам.