Солнечная ртуть
Шрифт:
Варга почесала подбородок, на ходу меняя облик. Кожа могучих крыльев просвечивала на тусклом свете.
— Ты права, не поверит. Тогда я просто тоже пошлю его к чёрту. Что скажешь, похоже на тебя?
«Ну да. В моём духе».
— Замечательно. Бывай, принцесска, не грусти.
«Я баронесса и… Пока, Варга».
Два взмаха, и оборотень оторвался от земли. Маги смотрели, как отдаляется длиннохвостый силуэт и с облегчением улыбались уголками губ. Они лелеяли надежду, что наступит день, и ни одного монстра не останется на их земле.
И время потекло сплошной пеленой. Ада летала, питалась водорослями, читала книги, которые ей приносили маги. Когтистые лапы с переменным успехом, но справлялись с
Однако старейшины не зря считались мудрецами. Они снова выжали из манускриптов забытый, никогда прежде не используемый ритуал. Аду возмутило, что на это потребовалось столько времени: обряд был практически таким же, как и в прошлый раз. Только мысленные формулы другие. Драконша выразила недовольство, запустив каменюку в одно из строений, и на этом пришлось успокоиться: маги пригрозили, что в противном случае и не подумают ей помогать.
Всё произошло, как и тогда: полночь, утёс, круг людей, обозначающий розу ветров. Короткий крик чудовища. Не то жалкий, не то устрашающий. Как погибающий металл.
Новые, непонятные слова, которые пришлось заучить. Мысленные формулы, которые образовывали энергетическую магию, их повторяли маги и драконша. Однако на этот раз они с нею были разделены: что-то изменилось в Аде после прошлого ритуала, она уже не могла встроиться в ментальную сеть. И это послужило причиной тому, что произошло с ней через несколько мгновений.
Крик. Теперь он принадлежал человеку.
Вытерев лбы, маги перевели дух и приблизились, чтобы лучше рассмотреть, что у них получилось. А получилось и у них не совсем то, на что все рассчитывали.
На каменном плато лежала обнажённая черноволосая девушка. Поза эмбриона нарушалась вытянутой левой рукой, на которой, как могло показаться в свете луны, было пятно сажи. Ада находилась в сознании, но не шевелилась и даже не моргала. Только тяжело и неровно дышала. Жёлтые глаза смотрели в одну точку и казались неживыми. Маги подошли ближе, прихватив с собой заранее припасённую тогу. Как и их одежды, она казалась неуместной из-за добродушного оранжевого цвета. Слишком мрачно для него на утёсе. Да и в целом как-то нехорошо.
Аду осторожно подняли и помогли одеться. Во время этой процедуры стало понятно, что на её руках отнюдь не сажа. Преодолев удивление, старейшины с серьёзным видом тестировали состояние девушки: хватательные рефлексы, реакцию зрачков на свет и прочее. На вопросы Ада не отвечала, однако кивала или качала головой, когда хотела что-то сказать. Маги приписали это шоку, решив, что в скором времени пройдёт.
Они ошиблись.
Ни на следующий день, ни через неделю, ни когда-либо
ещё Ада не заговорила. После того, как баронессу превратили в дракона, она стала сильной ровно настолько, чтобы фером перестал убивать её, а смертельные трансы прекратились. А с тех пор как девушке вернули человеческий облик, она потеряла возможность летать — единственное, что позволяло не сойти с ума в теле монстра, — а заодно и возможность говорить.На самом деле, она никогда не была полноценным чудовищем. Только Огненная гора могла производить на свет настоящих драконов.
В ту ночь Ада снова стала человеком. Таким же, каким была до первой трансформации. Разве что похудевшей, немой и диковатой. Но, не считая этого, она была такой же, как прежде. Такой же, если не принимать во внимание маленькую мутацию.
Глава 100 Эпилог
На зеркальной поверхности чая солнце печатало блики. Они весело плескались и подмигивали. Трое людей сидели на террасе у кованого ограждения и смотрели на панораму, звякая ложечками о края чашек. Полноправно называться человеком не мог, на самом деле, никто из них.
Вид с террасы открывался потрясающий. Город внизу, зелёные склоны и горы вдали, закатное небо. Металлические трубы паровых машин и золотые лучи, в которых нежился гранитный замок.
— На редкость приятный вечер, — манерно сказала женщина с правильными чертами лица. Очень красивая, невзирая на сеточку морщин, обступившую веки.
— Можно подумать, другие вечера чем-то отличаются, — в тон ей ответил мужчина. На вид невероятно привлекательный, но уже с седой прядью надо лбом.
Вторая женщина моложе, но давно не юна. Весьма элегантна. Густые, тёмные и вьющиеся волосы доходили до плеч. Она не сказала ничего по той простой причине, что была немой.
А на руках у неё росла чешуя.
***
Ада не вернулась в Йэр, как ей и приказали. Она отправилась скитаться на своём дирижабле. Да, Аврора выполнила обещание, и её племянница не нуждалась материально. Королева полностью обеспечивала баронессу, которая перенесла несколько физических трансформаций. «Этот мутант» — называла её Аврора, и небрежно подписывала векселя. Пусть тратит, на что душе угодно. Лишь бы только не видеть полукровку в замке.
Потому что хоть маги и сумели вернуть Аде человеческий облик, но с некоторыми нюансами.
Сама она привыкла на удивление быстро, решив, что в любом случае это лучше, чем навеки остаться чудовищем. Болтливой дочь Агаты никогда не была, а чешуя на внешней стороне запястий смотрелась достаточно стильно.
***
— Во всяком случае, у баронессы нет возможности часто навещать столицу. Сегодня она здесь, и благодаря этому вечер можно назвать необычным. Да и закат уж больно красив.
Мать часто употребляла титул, говоря о дочери. А Ада использовала имя. Обе они избегали всяких родственных терминов в отношении друг друга.
"Да, я здесь не каждый вечер. Но, по крайней мере, каждый год".
Аврора позволила племяннице появляться в Йэре ровно раз в год и только на сутки. Это прогресс: было время, когда королева вообще не желала видеть её в сердце своих владений. Но всё-таки уступила многочисленным ходатайствам Эрида, Мадлен и, как ни странно, старшей сестры. Агата прекрасно обходились без дочери, но заняла твёрдую позицию: внучке Сиены не посмеют перекрыть навеки доступ в королевский замок. Это было бы унизительно для самой Агаты, да и несправедливо по отношению к девочке. Ей, всё-таки, и без того пришлось не сладко. Так, Старший дракон гнул свою линию, сестра капала на мозги, а баронесса-бастард немым укором напоминала о себе. Все требовали вернуть опальную девушку-мутанта, и королева махнула рукой. Опасности Ада не представляла. Её величество сможет потерпеть один паршивый день в году.