Потерянные дети
Шрифт:
Амальтей погладил гладкую поверхность, любуясь им. Браслет был прекрасен, сверкающий множеством камней, разной величины. Любоваться великолепной гномьей работой можно было долго, но странное, терзающее душу, чувство внутри не позволяло сделать этого, предупреждая об опасности. Отразившийся от одного из камней луч солнца ударил в глаз, вырвав мальчишку из странного оцепенения. Альтаир стоял совсем рядом, сложив руки на груди и с легкой полуулыбкой рассматривая юношу. Глубокие черные глаза бродили по его лицу, с точенными чертами, по тонким губам и острому, слегка вздернутому носу, по упавшим на лоб прядям темных волос.
– Малыш, где ты научился таким фокусам? Я заметил в тебе невероятный талант и потенциал. Не желаешь ли ты пойти в ученики ко мне? Если конечно у тебя
– Хотя я мог бы поговорить с твоим учителем, не хотелось бы терять такое... кхм... сокровище.
– Я очень не хочу вас разочаровывать, господин, но мой учитель не станет с вами разговаривать на такие темы, можете даже не пробовать.
– Амальтей поклонился и собрался было уйти, когда маг сжал его плечо и чуть сощурившись, произнес:
– Ты не знаешь, о чем говоришь, мальчишка. Я дам любые деньги за такой талант...
– Альмалея Айэши не продает своих поданных, а тем более родственников.
– сказал мальчишка, дерзко дернув плечом и вежливо улыбнувшись, - А сейчас прошу меня простить...
Никто не может точно знать, что происходит в голове другого и как переживет поражение тот, который всегда был на высоте. Никто не может поручиться за то, что он примет это поражение достойно и как подобает, уберется туда, откуда пришел. Но что, если все-таки этот человек не умеет проигрывать, и более того, привык всегда получать то, что приглянулось ему? Как далеко может зайти такой человек, лишь бы только утолить свои пороки?
Сунув браслет в карман, Амальтей махнул полой плаща и бросился сквозь толпу, пробивая себе дорогу сквозь плотную толпу людей, заполонивших площадь. Тут и там слышались грязные ругательства и угрозы, слащавые голоса зазывал и восторженные детские голоса, видимо где-то недалеко был еще один маг, показывающий фокусы. Затеряться в такой толпе было легче легкого, однако он почему-то чувствовал на себе тяжелый взгляд черных глаз.
Поворот...
Еще один... мальчишка знал этот город, как свои пять пальцев и смог уйти тут от любой погони. Так он считал.
Сильный удар по груди сбил Амальтея с ног и выбил из него дух, лишив возможности воспринимать происходящее. Темные круги перед глазами мешали что-либо рассмотреть.
– Попался, - чья-то сильная рука схватила его за шкирку и чуть приподняла над землей, как котенка, не дав растянуться на грязных камнях.
– а ты и правда ничего такой...
Амальтей, рыча и ругаясь, брыкнулся, стараясь пнуть неизвестного, когда ему на голову натянули пыльную тряпку, лишив зрения.
– Тише малой, и я попробую обещать тебе что доставлю в целости и невредимости...
Мальчишка лишь тихо пискнул, когда сильный удар по затылку лишил его чувств. И лишь только браслет, вывалившийся из кармана в грязь, был молчаливым свидетелем произошедшего.
Эллеен высился впереди мрачным нагромождением серых камней и глыб, среди которых тут и там, словно гнилые зубы, вырывались в черное небо покореженные войной башни. Злом тянуло от этого места. Холодом, могилой и злой. Мелкий колючий снег падал на разрушенный город, как если бы Боги стыдились его и старались спрятать от чужих глаз, так же, как прячут секреты в глубоких потаенных комнатках своей души. Холодный северный ветер обжигал, впивался сотнями игл в кожу, стараясь пробить тебя насквозь, шептал, кричал и стонал на ухо, пытаясь развернуть и убедить убраться. Однако, холод был не единственной угрозой этих мест. Всяких там снежных огров или орков можно было не брать в расчет. Драконов не видали в этих местах уже тысячи лет. Великие и могучие эльфы истребили большую их часть, а выживших же выгнали дальше на север, туда, где вечные льды бьются друг о друга, заполняя воздух могучим треском. Все это было
лишь меньшей опасностью, которая только возможна в этом мире. Другие силы правили этими мертвыми северными землями. И с этими силами предстояло встретиться лицом к лицу, чтобы победить их и приручить, или же погибнуть и навеки присоединиться к их молчаливому шествию. Кто из обычных людей способен противостоять ожившему гневу Богов? Кто способен встретиться лицом к лицу с их низменной сущностью, которая по велению слова обрела плоть и разум, и при этом выжить, не лишиться рассудка? Только тот, кто настолько же безумен, настолько же отвратителен в своих помыслах.Он шел со своим маленьким отрядом, пробираясь через бесконечные снега в бесконечной ночи. Вокруг были люди, которые поклялись ему в верности. Он пообещал им, что не будет гневаться, если они решат покинуть его в этом сложном и опасном пути. Но никто не оставил его. Все шли за своим Владыкой, даже та ведьма, которая не пойми, как оказалась в их отряде. За все время пути они потеряли уже пятерых. Это были сильные и опытные, несмотря на то, что молодые, маги. Настоящие мастера своего дела. При всем своем могуществе, они оказались слишком неприспособленны к суровому северу. Он видел, как они угасают, как тает во тьме пламя их души и ничего не мог поделать. Но они шли вперед до последнего, пока уже мороз не валил их, превращая в бледные статуи. Самое сложное было сжигать тела, так как для костра не было ничего, кроме жухлой травы и промерзшего торфа. но оставлять тела было непозволительно. Никто не знал, как скоро они вернуться с того света и пойдут за живыми, забыл о былой дружбе и преданности.
И вот наконец все увидели оконечную цель этого пути. Мрачные развалины некогда прекрасного и величественного города. Эллеен, бывший Звездой Севера, центром Северного Иллиона, теперь предстал перед путниками грудой серых развалин и провалов в мерзлой почве. Гнетущая атмосфера висела над этим местом, отравляя воздух и почву. Не было тут даже ветра, желающего предостеречь от опасности, казалось он смирился с твоим решением.
– Не гоже живым являться в земли мертвых. Не простят они нас за это.
Ведьма плелась рядом с Владыкой, мутными глазами всматриваясь в дымку, окутавшую город. Она то и дело начертала символы в воздухе, и шептала на каком-то странном, не ведомом языке, слова. Обычная деревенская ведьма, и усомнился бы Владыка в ее силах, если бы не заглянул в самую глубь. Он видел бушующее, яростное море в ее душе, перекатывающее огромные волны силы. Силы могучей как сама земная твердь и вечной, как сама Система. Он видел ее отчаяние и слышал ее немой крик. Он смотрел в нее и видел себя, свое отражение.
– Я заставлю мертвых отступить или же преклонить колени. Это не их мир, но я могу его бросить к их ногам, если они пойдут за мной.
Они стояли под воротами, одна из створок которых уже давно лежала наполовину погребенная в земле, вторая же еще тяжело висела на одной петле, словно выжидая момента, чтобы обрушиться поудачнее. Он помнил эти земли в момент их расцвета и заката. Он видел огненный шторм, который пронесся по земле, сметая людей и строения. До сих пор вокруг кричало все о той пережитой боли и страдании. И мерзко было признавать даже самому себе, этот крик доставлял ему безумное наслаждение, наполнял его силой.
"-Кириэ, Кириэ! Где ты?!
Залитая незаходящим солнцем улица пустела на глазах, люди бежали кто куда, бросая все вои дела и бросая вещи. Бежали как можно дальше. Названный Кириэ стоял один, смотря туда, куда боялись оглянуться остальные. Он восхищался тем, что видел. Огромное создание, явившееся волей разгневанных Богов, высилось над городом и даже Дом Светлейших казался по сравнению с ним игрушечным. Где-то там, у него под ногами Мудрейшие держали барьер, позволяя всем жителям убежать. Эта битва уже была проиграна, но можно было дать людям попробовать спастись. Можно было еще выиграть время, хотя бы одно мгновение, лишь бы только знать, что они спасутся. Светлейшую силой увезли раньше. Она не должна была пострадать в этой войне. Проклиная всех и вся, она вырывалась, ведь там, среди Мудрейших был ее сын, совсем еще молодой принц.