Потерянные дети
Шрифт:
Когда казалось, что все кончено, и все могут вздохнуть с облегчением. Когда, по идее, на месте Энцелада должна была остаться только горсть пепла, а Система должна была начать свое восстановление и мир засиял бы по-новому, все оборвалось. Первые несколько вспышек уничтожили ближайших, и самых слабых, неспособных даже на малейшее проявление божественной силы. Они не успели бы даже крикнуть, слишком быстро произошло все. Где-то в вышине, где встречаются солнце и звезды, раздался тихий стон. Система оплакивала первые жертвы, которые позволила сама.
– Неужели вы и вправду думали,
– следующая вспышка врезалась в колонну, в шаге от Лаомеды.
– Слишком долго вы жили в этом месте, не задавая себе вопроса, а что будет, если мы ошибемся. И вы ошиблись! А я- ответ на вопрос, который вы так и не посмели себе задать. Слишком долго я держал свои страхи при себе, слишком долго я боялся поднять голову, чтобы посмотреть на ваши лица, чтобы увидеть ваши страхи, вашу усталость. Но теперь я не боюсь!
– Боги отпрянули от него, когда два языка пламени сплели за его спиной огромные крылья. Они прикрывали лица руками, прятались за колонны и боялись его, в то время, когда он вздымал все выше над их головами, держа в своих руках их жизни.
– Теперь вам придется поднимать свои головы, чтобы увидеть мое лицо, полное справедливой ярости. Я принес вам прощение. Я отпускаю вас. И если вы пройдете очищение огнем, я не причиню вам более вреда.
С его рук сорвались искры, которые превращались в огонь, росли и становились все сильнее, до тех пор, пока все внизу не было превращено в багрово- оранжевое море, поглотившее все. Жар не трогал его, языки пламени не обжигали его тела, а крики умирающих не терзали его душу. Они уже не смогут пожалеть, что бессмертны. Великий Пожар способен забрать жизни, так же, как и дал их. Он способен наказать недостойных, забрать самое ценное, что только есть у них, лишить их всех надежд, желаний и переживаний. Лишить их силы и возможности наслаждаться новым днем, каждой новой минутой и секундой. Способен избавить их от ужасной пытки временем, которой подвергался каждый из них. Способен их лишить самого страшного разочарования.
Он лишал их жизни.
Энцелад не испытывал радости, не получал наслаждения от криков и стонов умирающих. Он не жалел их. Все произошло так, как и должно было, все имело свое логическое завершение и ничто не могло бы изменить его мнения об этом...
Пламя уже стихло, когда он наконец позволил себе осмотреться. Не было даже пепла, не было ничего, что могло бы напомнить о случившимся, лишь только опустевшие места и тихий шепот в тенях.
– Неужели ты думал, что сможешь победить и меня тоже, братец. Почему ты такой глупый? Почему ты позволил себе считать, что огонь сможет уничтожить и меня, ту, которая дает всем начало, которая правит восходами и рассветами.
Ненавистный голос все не затихал, звуча отрывками фраз вокруг. Голос, который Энцелад ненавидел даже больше, чем свою жизнь. Голос, который причинил так много боли.
– Запомни, смерть никогда не победит жизнь. Так же, как и жизнь не сможет победить смерть. Пока жив один, второй умереть не может. Тебе придется мириться
с моим существованием. Придется считаться со мной и бояться меня. Ты никогда не сможешь уйти от меня, ведь я буду идти за тобой по пятам, я буду твоей тенью. И на твое разрушение, я буду отвечать своим творением. На твою ярость, своей нежностью, а на страх - спокойствием. Все будут смотреть тебе в глаза и видеть меня, все будут поклоняться лишь только мне, зная, что на этом путь их не окончиться. Ты можешь уничтожить все, но я создам все снова, ты можешь извратить все мои творения, но я смогу поселить любовь и в их души, вернув им первозданную красоту. Ты никогда не сможешь победить меня, пока в моих венах течет кровь, ты никогда не сможешь обладать всей системой, пока во мне есть хотя бы небольшая капля силы, пока Система...Лаомеда захлебнулась болью, когда длинное, тонкое лезвие пробило ее грудь, пригвоздив к колонне. Энцелад обошел колонну и заглянул в ее глаза, полные непонимания и страха. Страха уйти в бесконечность, раствориться в ней.
– Знаешь, моя дорогая сестричка, что отличает меня от тебя? Я никогда не любил много болтать, понимая, что некоторых болтовня может раздражать. Да, я знаю, что тебе сейчас больно и страшно, но я хочу, чтобы ты знала. Тебе не о чем беспокоиться, твоя сила найдет достойного человека. Не переживай. Жизнь не на долго покидает этот мир.
– убийца провел ладонью около глаз Богини, собирая беловатый туман.
– Только эта сила и имеет для меня значение, только жизнь должна иметь возможность перерождения. Тебе я ее кстати тоже дарую. Это твое, так сказать эксклюзивное наказание. Так подло было меня лишить самого ценного и дорогого, того, что отличало меня от вас, что я решил отплатить тебе тем же, и оставить тебя там же, где вы оставили меня. Отныне ты не живая и не мертвая. Ты будешь бродить на грани миров, там, где тени переплетаются между собой, шепчутся и тают. Только к тебе не приблизится никто. Никогда с тобой не заговорят, никогда на тебя не посмотрят. И никогда не прозвучат молитвы с твоим именем. Ни в одном храме.
Клинок легко покинул ее плоть. Энцелад осторожно подхватил ее на руки и поднес к краю. Облака, окрашенные в золото, разбивались об острые выступы, будто волны вечно бушующего моря.
– Ну! Пришло время прощаться. Я надеюсь тебе все понравилось. И надеюсь тебе понравится твое нынешнее положение, потому что от него ты не сможешь ничем откупиться.
– Энцелад поцеловал сестру в лоб, заглянул в широко распахнутые глаза и улыбнулся, - Тебе нравится этот вид? Ох, не отвечай, тебе следует поберечь свои силы. Прощай.
Тело, словно тряпичная кукла летело со склона горы, разбиваясь об острые выступы. Когда оно скрылось за облаками, Энцелад отвернулся. Слишком невыносимо было смотреть на эту картину. Слишком пусто теперь стало внутри. Раньше его душу занимала жажда мести, теперь же, когда все было кончено, когда пантеон был уничтожен, а виновные наказаны, в душе оставалась пустота, которую могло заполнить только одно. Но вот что, это было бы самым тяжелым вопросом, если бы он его задал.
Но он не задавал. Боясь узнать ответ.