Ковбой без обязательств
Шрифт:
— Никогда!
— Последний шанс, Руби Луиза. Иначе все окажется на этом милом носике.
Руби показала мне язык. Я улыбалась так широко, что болели щеки. Я провела пальцем по ее пуговке-носу, размазав маслянистую картошку по веснушкам.
— Блэр! — завизжала она от смеха.
Звук был таким чистым и живым, что я могла только смеяться вместе с ней. Она потянулась к миске, чтобы отомстить, но Лу ловким движением отодвинула ее.
— О нет, — покачала головой Лу. — В моей кухне вы беспорядок не устроите.
Ее глаза искрились, пока она вытирала стол полотенцем, не останавливаясь ни на
— Беги умываться, пока дядя Кой не зашел и не решил тебя попробовать на вкус.
Руби хихикнула, спрыгнула с табурета и побежала из кухни. У самого коридора она остановилась.
— Я сейчас вернусь, Блэр.
Она посмотрела на меня так, будто ей нужно было подтверждение, что я не уйду. Я дала его.
— Я здесь, — улыбнулась я. — Думаю о том, насколько я лучше мешаю.
Ее ответная улыбка заставила меня крепче вцепиться в край столешницы. Она снова побежала, шаги загрохотали по дому.
— Знаешь, — сказала Лу, бросив на меня взгляд, доставая булочки из духовки. — Я никогда не видела, чтобы Руби так тянулась к кому-то, как к тебе.
Она оперлась бедром о столешницу, скрестив руки на фартуке.
— Приятно слышать, как она так смеется.
Что-то в ее тоне заставило меня насторожиться. Я повернулась к ней полностью.
— Она кажется очень хорошей девочкой.
Я стерла с пальца остатки картошки, чувствуя себя слишком открытой под тяжестью ее взгляда.
— Так и есть, — ответила Лу, собирая столовые приборы и раскладывая их аккуратными стопками. — Она самая ласковая, но последние пару лет дались ей непросто.
Ее руки двигались быстро, выстраивая вилки и ножи, а голос, наоборот, стал медленнее и мягче.
— Даже несмотря на то, что мы все вокруг нее носимся.
Я не знала, что сказать и что именно она имеет в виду, но посмотрела через плечо туда, куда убежала Руби.
— Видно, как сильно ее любят, — наконец произнесла я и снова взглянула на Лу.
— Любят, — повторила она, сжав губы. — Но этого не всегда хватает, чтобы заполнить пустоту.
— Какую пустоту? — спросила я, хотя понимала, что не должна.
Лу не ответила сразу. Она взяла маленькую миску и начала аккуратно, размеренно смазывать верхушки булочек маслом. Тишина растянулась, и я уже пожалела, что задала вопрос.
— Прости. — Я покачала головой. — Мне не следовало…
— Ее мама ушла, — тихо сказала она, бросив взгляд в коридор. — С тех пор как Руби исполнилось три, они с Кольтом были вдвоем.
Слова упали между нами, как якорь. Я могла только смотреть на нее, не в силах осмыслить услышанное.
Ее мама ушла.
Слова Лу ударили больно. Боль расползлась и осела в груди. Руби ни разу не упоминала мать, а я не спрашивала. Мы смеялись, она тянулась ко мне, и мне даже в голову не пришло, что ее мамы рядом нет. Последние сутки я готовилась ненавидеть эту женщину, ревновать к жизни, которую она якобы построила с Кольтом и Руби. А ее здесь даже не было. Я завидовала жизни, которую она так и не осталась создавать.
Стыд накрыл меня, но следом пришло то, чего я не ожидала. Желание защитить.
Она ушла от Руби так же, как когда-то ушел мой отец.
Как и я уходила от людей, которые меня любили.
— Я… Я не знала, — выдохнула я.
Лу посмотрела на меня с тихой печалью.
—
Кольт тебе не сказал?Я поморщилась и рискнула бросить взгляд на заднее крыльцо. Они все еще были там. Джун сидела среди них и заставляла смеяться, но Кольт смотрел на меня сквозь стекло. Лицо его было непроницаемым. Наши взгляды встретились, он поднес бутылку к губам, а я отвернулась, чувствуя, как скручивает живот.
— Мы с Кольтом почти не разговаривали.
Лу оперлась ладонью о столешницу, будто собираясь с силами.
— Было нелегко, — сказала она так тихо, что я подошла ближе. — Кольт делает все, что может, но уже много лет тащит на себе всю семью. У Оуэна проблемы с сердцем, а потом… — она замялась. — Мы все думали, что она, может быть, вернется. Но она… — губы Лу сжались в тонкую линию. — Она позвонила всего один раз с тех пор, как ушла. Они не собирались жениться, и, по всей видимости, она просто не была готова стать матерью.
Лу вздохнула.
— Руби почти ее не помнит, но это не значит, что она ничего не чувствует.
С крыльца донесся раскатистый смех Хантера. Но здесь, на кухне, мы с Лу смотрели друг на друга. Ее руки дрожали, когда она потянулась за стопкой тарелок. Я быстро обошла остров и забрала их у нее.
— Я… — я закрыла глаза, горло сжала злость. — Как она могла уйти от нее?
Лу медленно выдохнула. Так, будто держала этот воздух в себе годами.
— Некоторые люди просто не созданы для того, чтобы оставаться, — сказала она, глядя мне в глаза. — А иногда лучшее, что ты можешь сделать, — это любить человека, даже когда он уходит.
Она вытерла руки о фартук резче, чем нужно, и посмотрела в сторону крыльца.
— Нам всем пришлось сплотиться, чтобы справляться, пока на Кольта легло столько ответственности из-за ранчо. Но мы следим за тем, чтобы Руби никогда не сомневалась, что она любима.
Вина скрутила меня не только из-за Руби, но и из-за Лу, Джун, из-за всех, кого я оставила. Я даже не смогла поднять телефон и позвонить Лу после всего, что она для меня сделала. Я была трусихой. Я так долго бежала, что не задумывалась, сколько всего оставила за спиной. Мне было слишком легко убедить себя, что уход касался только Кольта и меня. Но я убежала и от них тоже.
Взгляд Лу скользнул по моему лицу, и мне показалось, что она читает мысли, пока они проносятся в голове.
— Прости, — вырвалось у меня. — Мне следовало позвонить или написать, или… — я сглотнула. — Ты этого не заслужила.
Ее лицо смягчилось. Она взяла мою руку в свою. Ладонь была теплой, хватка — крепкой.
— Ох, девочка моя. Я не это имела в виду. Тебе не за что извиняться. По крайней мере передо мной.
Она сжала мою руку, и мне стоило огромных усилий не рассыпаться.
— Нам всем приходится делать то, что нужно, чтобы выжить в этом мире.
Я опустила взгляд на ее руку, на золотое кольцо, и боль в груди стала давящей. Она пульсировала в легких, будто я тонула в собственном воздухе.
— Я по тебе скучала, — сказала я дрожащим голосом. — Я так скучала по всем, но я… — следующие слова застряли. Я вдруг почувствовала себя маленькой и глупой. — Мы с Кольтом…
Лу отпустила мою руку только затем, чтобы притянуть меня к себе. Она обняла меня за плечи и мягко покачала.