Чтение онлайн

– Я найду их!
– твердо сказала Сирин, не давая слезам прорваться наружу.

– Мы найдем!
– уркнул Мурзик, и поспешил к своей плошке.

Быстро скинув сапоги и сунув ноги в мягкие шлепанцы, Сирин сняла грязный плащ и поспешила на кухню. Как только большой блестящий чайник закипел на плите, Сирин ошпарила кипятком курицу и положила ее в миску сфинкса.

Уговаривать Мурзика не пришлось, он с урчанием приступил к ужину. Вслед за курочкой умял полбуханки хлеба и вылакал изрядную порцию молока. Облизав миску, он успокоился, лег, положив тяжелую голову на лапы, и заглядывая хозяйке в лицо.

Сирин, в длинной клетчатой рубахе, сидела за кухонным столом, ела пирожки и, не торопясь,

пила чай. Чтобы плохие мысли не лезли в голову, она принялась разглядывать вид за окном. Все тонуло в густых сумерках, но за годы жизни Сирин наизусть знала каждый уголок. Окно кухни выходило на крышу соседнего дома. Столь несуразная планировка возникла после Третей Локальной войны, когда центр столицы начали преображать и благоустраивать. Среди старых и низких домов выросли здания с фасадами, украшенными лепниной и диковинными витыми колоннами, такая красота была обращена в сторону улицы Знания, выходящей прямо на площадь Согласия. Зато другая сторона дома почти вплотную примыкала к стене старого склада. Тут было не до красот. Из окна кухни можно было перепрыгнуть на соседнюю крышу. В детстве Сирин очень хотелось прыгнуть и устроиться там загорать, но мама строго-настрого запретила ей это, напугав дочку, что либо она не допрыгнет, либо крыша провалится, уж больно ветхая и древняя. Годы шли, но с крышей ничего не случилось, только несколько одуванчиков выросли в щелях. Каждую весну они расцветали, радуя глаз. Теперь они тоже там зеленели, только этого было не разглядеть в темноте.

Покончив с третьим пирожком, Сирин вздохнула - голод прошел, и нахлынули воспоминания. Чтобы не раскисать, она залпом допила чай и пошла в ванну. Горячая вода и мыло вместе с грязью смыли невзгоды дня, а капля дорогого ароматического масла, нанесенного на влажные волосы, сделала жизнь намного приятнее. Как эльфам удавалось создать столь нежный и стойкий аромат, оставалось только гадать. Несомненно, тут замешана магия! Но и цену за свое колдовство эльфийские парфюмеры просили не малую. Сирин бережно поставила крошечный хрустальный флакончик на полочку, подальше от края.

Из ванной она вышла в махровом халате, с полотенцем на голове, порозовевшая, посвежевшая и пахнущая цветами. В спальне, у стенки, на своей лежанке дремал Мурзик. Задние лапы и хвост свисали на пол, хвост нервно подрагивал, Мурзику снилось, что он вступил в бой и побеждает врагов. Сирин заметила, что лежанка стала ему мала, а ведь совсем недавно в ее центре лежал бежевый пушистый клубочек, размером чуть больше кошки.

– Ты вырос.
– Тихо сказала она.
– Как бежит время! Вставай, я тебя искупаю.

Сфинкс не двинулся с места, только плотнее закрыл глаза и поджал уши. Сирин была настойчива, зверь нехотя встал и поплелся в ванну. Зашумел душ, струи воды вырвались на свободу. Сирин вспомнила...

Тогда тоже шумела вода. Шел нескончаемый дождь. Два дня участники экспедиции сидели по своим номерам в маленькой двухэтажной гостинице, рядом с которой чернели вышки левитационных платформ. Убогие домики, гостиница и вышки - больше в округе не было ничего, кроме воды. Сирин с надеждой посматривала в окно, ожидая, что небо разъяснится.

Артур Тор - замечательный руководитель и историк, но утешать и врать он не умел. Опершись могучим плечом о косяк двери, он ласково приговаривал:

– Ну, не расстраивайся ты так! Метеомаги обещали - буря скоро стихнет, волны улягутся, и мы, наконец, увидим окраинные земли.

Сирин сидела, забившись в самый уголок кровати, плотно обхватив колени руками, и молчала. А что говорить? Тор не виноват! Он и так сделал больше, чем мог. Пробил место переводчика в экспедиции, организованной для историков, археологов, метеорологов и еще бог знает кого. Названия некоторых наук и специальностей

Сирин даже выговорить не могла.

Артур Тор был из древнего рода троллей, с отцом Сирин он познакомился еще в юности, в университете, и с тех пор они были друзьями. Можно сказать, что Сирин чуть-чуть спекулировала этой дружбой, когда убедила взять ее в экспедицию.

– Мне необходимо попасть в окраинные земле!
– умоляла она.
– Только так я смогу разыскать папу и маму.

– Почему?
– недоумевал Тор.

– Понимаете, они изучали окрестности Лунда, а потом исчезли в древнем портале. Я знаю, там есть портал, один из тех, что сохранился до наших дней. Больше они никуда не могли деться! Их искали по всей округе, но не нашли. Мне надо найти ключ, способный открыть портал, войти в него и вернуть родителей.

Тор вздохнул и покачал седой головой:

– Деточка, я уважал твоего отца! Ради него я сделал бы многое, но, поверь, порталов больше нет. Ты начиталась сказок.

– Нет, я знаю, они существуют! В покинутых землях хранится ключ, он открывает порталы.

Сирин упрямо сжала губы и подняла подбородок. После исчезновения родителей она действительно много читала, но вовсе не сказки. Она прочла о порталах все, что нашла в Центральном Книгохранилище. Там ей в руки попался один старинный, плохо сохранившейся документ, он назывался очень странно - "Соглашение сторон". В нем говорилось:

"В соответствии с договором, заключенному между Верховными магами пяти континентов, ключ, открывающий все порталы, и карта расположения порталов будут торжественно помещены на хранение в собор..."

Название собора почти стерлось, но Сирин все же смогла разобрать буквы древнего языка. Поначалу она решила, что неверно перевела название, но, вчитавшись, поняла, что дело не в переводе, а в том, что в древности мир был иным. Собор носил имя матери Бога. Стало быть, древние считали, что у Высшей силы, царящей в мироздании, так же, как у простых существ, есть мать и отец. В другом источнике она прочитала о реликвии, хранившейся в соборе в доисторические времена, реликвия удивила Сирин еще больше. Речь шла о гвозде, которым убили величайшего светлого мага прежних времен. Его смерть - невероятно грустная и поучительная история. Она напомнила Сирин давний рассказ отца о другом несправедливо убитом маге. Подробности начали всплывать в памяти, и она, поняла, что если восстановит рассказ, то поймет, где нужно искать карту и ключ.

Тогда ей было лет десять, не больше, и звали ее еще Кайда, а не Сирин. Ей не спалось, она вышла из спальни, босиком прокралась по коридору и заглянула в кабинет отца. Алио оторвался от книг, улыбнулся, подхватил босоногую дочку на руки, и усадил в ее любимое кожаное кресло. Он был сильный и добрый, ее отец. Кресло все так же стоит в его кабинете, и Сирин верит, что он вернется и сядет в него. А тогда она устроилась в кресле, поджала худые ноги и спросила:

– Папа, что ты читаешь? Расскажи!

Алио взглянул на подросшую дочку, что-то оценивая. Наверное, он решил, что она уже подросла, потому что сказал:

– Хорошо, расскажу. Когда-нибудь это может тебе пригодиться. Только учти, это секрет! Ты умеешь хранить секреты?

Кайда задумалась, а потом серьезно кивнула. Именно это раздумье придало отцу уверенности, и он рассказал:

– Когда-то, в древности, на Земле было пять континентов. Между ними действовала непрерывная связь через порталы. Ключи хранились на каждом из континентов, а еще один ключ, вместе с картой порталов, положили в книгохранилище всемирно известного собора и накрыли охранной сферой. Этот ключ не принадлежал никому, он был запасным и мог открыть любой портал. Чтобы сохранить его в неприкосновенности, пятеро магов из разных континентов наложили заклятие, известное только им.