Континент
Шрифт:
Пилот пожал плечами:
– Как пожелаете.
Ему говорили, что с собакой лучше не спорить. Однажды этот выродок чуть не загрыз охранника, который потребовал у него пропуск, тем самым якобы мешая исполнить приказ. За похвалу Сетха Койра готов был сдохнуть, об этом в "Драконе" знал каждый.
Стараясь держать платформу как можно ровнее, пилот максимально снизился, до поверхности пляжа оставалось метра четыре, не меньше. Он уже хотел предложить пассажиру подождать, пока платформа отлетит чуть в сторону, туда, где песок вздымался небольшой дюной, но не успел. Койра одним махом перепрыгнул через борт платформы и полетел вниз. Пилот невольно ахнул, но пассажир уже удачно приземлился на четвереньки. По-собачьи отряхнувшись всем телом, скидывая песок,
Пилот вздохнул с облегчением:
– Хвала Силе! Приказ выполнен.
Радовался он не за Койру, а за себя - наконец-то избавился от собаки. Мало того, что Койра грубый и вздорный, так еще изо рта у него пахло так, что рядом сидеть было невозможно. Видно правду говорят, будто он жрет всякую дрянь, словно бешеный пес.
Платформа набрала высоту, треугольная тень мелькнула на песке и исчезла. Снизу она и впрямь напоминала утюг, не зря ее так прозвали в войсках совета.
Зарн и Ронд дружно отпрыгнули в стороны, когда, чуть не им на головы, с борта платформы спрыгнул человек в сером деловом костюме. Он приземлился, проворно сгруппировавшись, и сразу, еще не успев разогнуться, с шумом втянул носом воздух. Гоблин и атлант удивленно переглянулись. Их командир Таух остался невозмутим. Он, не торопясь, достал "Око следа", размотал шнурок и, как учил жрец, приложил медальон к отпечатку женской ноги на песке. Медальон тут же ожил, черная гадюка разомкнула тугие кольца и подняла голову. Она взяла след. Наблюдая за тем, как красный рубин внутри круга разгорается все ярче, Таух улыбнулся:
– Жрец был прав, медальон приведет нас к мерзавке, которая владеет ключом. Где бы она ни была, ей не скрыться! Койра, говорят, ты умеешь преследовать жертву не хуже гончей. Давай, покажи, на что способен!
Невзрачный человек в деловом костюме потупил взор. С легкой брезгливостью Таух надел ему на шею медальон.
– Не снимай, пока не отыщешь ключ. Понял? И смотри, не упусти добычу!
Передав магический амулет, Таух поморщился и вытер руки о френч. Он не заметил, как Койра поменял позу. Едва "Око Следа" перекочевало к нему, как собака оскалился и сомкнул стальные пальцы на плече Тауха. Атлант дернулся, но плечо словно сжали стальные тиски.
– Что ты себе позволяешь?
– выкрикнул он.
Койра приблизил к атланту лицо и произнес ровным голосом:
– Я тебе не ищейка и не слуга. Для тебя я помощник Сетха и верный страж. Если Сетх прикажет, я любому перегрызу горло.
Желтоватые крупные зубы обнажились в улыбке-оскале, на Тауха пахнуло смрадным дыханьем. Атлант нервно дернулся. Койра нехотя отпустил руку и уставился на медальон. Рубин в "Оке следа" горел ярким огнем, змейка повернула голову вправо, указывая путь. Койра сунул "Око" за пазуху:
– Что мне делать с женщиной, после того, как я ее найду?
– как ни в чем не бывало, спросил он.
– Делай, что хочешь, только принеси ключ.
– Таух потер плечо.
– Девица нам не нужна, можешь ее хоть сожрать.
– Хорошо. Мне это нравится.
Атлант перестал интересовать Койру. Собака повернулся к нему спиной, встал на отпечатки женских следов, и потрусил вперед.
– Учтите, у нее сфинкс!
– крикнул ему вслед Таух, но ветер унес слова.
Атлант махнул рукой:
– Бешеный пес! Чтоб тебя Океан смыл! Посмотрим, как ты сплавишься со сфинксом.
Приказ был выполнен, Койра пущен по следу. Командир вздохнул с облегчением и дал команду дозорным приступить к охране портала.
Дорога, соединяющая Лунд с шоссе, полукругом огибала лес. Почти месяц назад Сирин и Мурзик шли по ней от остановки рейсового триарда, к поселку. Тогда они надеялись поймать попутку, но теперь Сирин знала, надеяться не на что, у жителей Лунда нет машин. Была одна - у Тодора, и та пропала. Нет больше старенького диарда, как нет и самого старосты Лунда. Погиб. Сирин шмыгнула носом.
Значит, идти по дороге нет смысла,
только время терять, лучше двигаться по прямой, через лес. Заплутать она не боялась, даже если собьешься с пути, Мурзик отыщет дорогу. У сфинкса прекрасное чутье, он всегда точно знает, куда надо бежать.Вначале деревья росли совсем редко, лес напоминал пригородный парк, куда Сирин с отцом ходила гулять. В ту далекую пору ее еще звали Кайдой, она закончила первый класс, и ей подарили велосипед. Папа учил ее кататься. Песчаные дорожки петляли между больших старых ясеней, Кайда очень боялась врезаться в дерево, больше всего ее пугали не ушибы и падение, а то, что она может поранить дерево, наехав на него. Высокие остролистые красавцы казались ей разумными существами, повидавшими в жизни куда больше ее самой. Под порывами ветра ветви что-то шептали, будто переговаривались, и Кайда, неслась по дорожкам, силясь понять, о чем они говорят. Поначалу папа бежал рядом, придерживая велосипед, а потом стоял в стороне и, улыбаясь, смотрел, как она нарезает круги вокруг клумбы. Самой же Кайде казалось, что она не едет, а летит - так быстро мелькают цветы и скамейки. Потом папа уехал в очередную экспедицию, мама была слишком занята, и прогулки в парке прекратились...
Теперь под ногами вилась почти такая же желтая дорожка, деревья по обеим ее сторонам перешептывались на ветру, но теперь Сирин знала, о чем они говорят. Сосны, ясени и березы торопили ее, подгоняя:
– Беги... быстрей...
И Сирин почти бежала. Мурзик то скакал рядом, то выискивал что-то в траве, то забегал вперед. Когда они вошли в чащу, дорожка сузилась, вместо песка проступила глина, идти стало труднее. Местами тропинка намокла, и ноги у Сирин скользили, только Мурзику все было нипочем. Сфинкс активно принюхивался, шумно вдыхал ароматы леса, и то и дело просил подождать его, пока он сбегает в чащу по своим звериным делам. Отлучившись так пару раз, он вынырнул из кустов очень довольной, облизываясь. На морде налипли то ли пух, то ли перья.
– Ты опять кого-то сожрал!
– ахнула Сирин.
– Я пообедал.
– Уточнил сфинкс.
– Ну, что с тобой делать!?
– всплеснула она руками.
– Сколько раз я тебе говорила...
Девушка безнадежно махнула рукой. Нрав сфинкса не переделать!
– Как думаешь, скоро мы выйдем на шоссе?
– спросила она.
Сфинкс втянул воздух, смешно поводя носом, что-то прикинул и, уставившись на хозяйку, мысленно сообщил:
– Слушай!
Сирин остановилась, перевела дух, и тогда тоже услышала где-то там, впереди, шум мотора машины, значит, шоссе совсем близко. Мурзик смекнул, что лафа скоро кончится, и тут же исчез за деревьями, решив напоследок доделать свои дела. Сирин не стала ждать, пошла дальше.
Еще одна машина проехала впереди. Девушка пристальнее вгляделась в заросли, силясь рассмотреть за стволами дорожное полотно, но вместо дороги прямо перед собой увидела мужчину в строгом сером костюме. Сам он тоже показался Сирин каким-то серым, невзрачным, унылым: ежик белесых волос, бледная кожа и потухший, бесцветный взгляд. Она совершенно не испугалась, мало ли кто может идти через лес к шоссе, и даже решила его спросить, как побыстрее выйти к остановке триарда, но тут незнакомец сказал:
– Отдай ключ!
Вначале Сирин не поняла, что он имеет в виду, а когда догадалась, ее обдало ледяным холодом, и ноги окаменели.
– Какой ключ?
– прошептала она.
– Тот самый, от портала. Я ведь на части тебя разорву, а ключик достану.
– Нет у меня никакого ключа!
– Перестань! Если не хочешь долго мучиться, отдай сама. Иначе мне придется долго отмывать ключ, очищая его от тебя. Крови и мяса на нем будет много.
Сирин невольно попятилась, а потом кинулась в сторону. Она надеялась сделать крюк, миновать убийцу и выскочить на шоссе, но мужчина оказался быстрее. Она даже не заметила, как он успел преодолеть разделяющие их метры. Стальные пальцы сомкнулись на ее плече, сминая мышцы и грозя сломать ключицу. Сирин охнула, в глазах потемнело, она начала оседать в траву.