Кенди
Шрифт:
– Да. Хотя он совсем молод, играет он прекрасно, ничего не скажешь, согласилась другая, более сдержанно.
– Как хорошо, когда ты такой красивый!
– простонал актер, рассмешив остальных.
Терри стоял у окна, погруженный в свои мысли.
– Война... Кто знает, а вдруг Англия тоже вступит в войну?.. Кенди... ты ведь там, - вспоминал он о веснушчатой соученице и о том, что с ней было связано.
– Я не должен был оставлять тебя в Англии. Если бы я только мог, я бы пересек океан и оказался рядом с тобой, в Колледже Святого Павла в Лондоне...
– Мистер Терроз, - подошла секретарь.
– Мистер Терроз, к Вам корреспондент, хочет взять у Вас интервью.
– Хорошо, иду, - Терри задержался.
– Кенди, я выбрал свою дорогу, и назад пути нет. Но мы с тобой еще встретимся. Будем надеяться, что в Англии ничего не случится.
* * *
– Значит, все мрачные предсказания сбылись, - Кенди шла мимо встревожено гудящих прохожих.
– Я все время боялся, что война вот-вот начнется... Рано или поздно, но Америка тоже вступит в войну, - говорили люди.
Кенди прибежала в больницу.
– Господи, я боялась, что в больнице только и разговоров, что о войне, а они себе спокойно нежатся на солнышке. Здесь все как было, - отметила она.
– Кенди, где это Вы были?
– спросил доктор Франк бегущую студентку.
– Я... а что-нибудь случилось?
– Мисс Мэри Джейн просила весь персонал собраться в ее кабинете.
– Значит, что-то стряслось?
– Идите быстрее.
В кабинете директрисы собрались врачи и медсестры.
– Я полагаю, вы все уже слышали эти ужасные новости, - говорила мисс Мэри Джейн собравшимся.
– Я прошу вас не произносить ни единого слова о войне в присутствии больных. Им и так приходится несладко. Их нельзя волновать, прошу все время помнить об этом, понятно? И еще: через некоторое время я попрошу вас опять собраться в этом кабинете. У меня будут для вас важные новости. А теперь все свободны.
В коридоре медсестры обсуждали услышанное.
– Как вы думаете, что это за важные новости?
– гадали они.
– Кто знает, что-нибудь, связанное с войной.
– А если все-таки начнется война, что будет с нами?
– Эй, девочки, думайте над тем, что говорите, - Флэнни сделала им замечание.
– Это Флэнни, - пробормотала Кенди.
– Она такая же жесткая и строгая, как мисс Мэри Джейн.
* * *
Кенди стояла при закате, прислонившись к кирпичной стене школы. В руках она держала газетную вырезку.
– Какой чудный спокойный вечер. Даже не верится, что сегодня началась война, - размышляла Кенди.
– И все-таки это правда. Эта газета... А потом еще экстренный выпуск...
* * *
– Послушайте, это ужасно, - возбужденная розовощекая Джуди ворвалась в кабинет, где сидели практикантки.
– Кажется, Англия все-таки объявила войну Германии.
– Тогда Америка тоже вступит в войну?
– Значит, Англия объявила войну, - встревожилась Кенди.
– А Патти все еще в Англии.
В больничном саду Кенди не оставляла мысль о подруге.
– Хоть бы с ней ничего не случилось. Стир, наверное,
теперь очень беспокоится.– Кенди! Кенди, где же ты?
– маленькие пациентки бежали к ней с книжками.
– Ты обещала почитать нам книжку с картинками, и, пожалуйста, не увиливай.
– Да, конечно, не сердитесь, - ответила Кенди, пряча мысли за улыбкой.
– Нет-нет, не показывать им вида, а то пациенты начнут волноваться. Вы знаете, я, между прочим, отлично читаю книги. Идите сюда, садитесь.
– Доктор Франк, что там делает наша Неумейка?
– спросила директриса, подойдя к доктору.
– Как Вы думаете, она справляется с работой?
– Не беспокойтесь. Вот, посмотрите сами, - доктор показал на ученицу, которая читала детям книжку.
– "И тогда Волк просунул свою морду в открытую дверь!" - Кенди состроила гримасу, рассмешившую слушателей, среди которых были не только дети.
– Она как всегда радостная, - заметил доктор.
– За это ее и любят все больные.
– Мне кажется, сейчас нам очень будут нужны именно такие люди, директриса потерла подбородок.
* * *
– Куда это Вы, мистер Даниэль?
– Кенди подбежала к пациенту, который вышел из палаты на костыле.
– Разве доктор Франк Вам не говорил, что Вам рано еще вставать и ходить?
– Я все время думаю о своей работе...
– извиняющимся тоном проговорил мужчина.
– Я Вас прекрасно понимаю, но торопиться не следует, потерпите.
– Мистер Даниэль, что Вы здесь делаете?
– у подбежавшей Флэнни были наготове упреки и для сокурсницы.
– Кенди, ты же знаешь: малейшая неосторожность, и ему придется ампутировать ногу.
– Но... у меня ничего не болит...
– робко возразил пациент.
– Ну если Вам нравятся костыли, тогда считайте, что с Вами все в порядке, - холодно ответила брюнетка.
– Флэнни, но он успел сделать всего два шага, - пыталась спорить с ней Кенди.
– Нельзя говорить такие вещи.
– А ты слишком легкомысленна, - вставила ей Флэнни.
– Малейшая небрежность с твоей стороны, и пациенту может стать гораздо хуже. Конечно, приятно быть любимицей всех больных. Но ты отвечаешь за соблюдение режима, не забывай, - собираясь удалиться, она обернулась.
– Кстати, тебя просила зайти мадам директриса.
– Простите меня, Кенди...
– извинился больной.
– Все в порядке. Пойдемте, я провожу Вас в палату, - Кенди повела его обратно, помогая идти.
* * *
– Флэнни Гамильтон! Джуди Натс! Натали Винс!
– перечисляла директриса.
– Элина Мэнси! Кендис Уайт!
– Да!
– откликнулась Кенди.
– Отвечать необязательно, - пробормотала директриса.
– Все, кого я назвала, поедут работать в госпиталь Святого Иоанна.
– В Чикаго?..
– подумала Кенди. Другие ученицы тоже были изумлены.
– Госпиталь Святого Иоанна - это главная база нашей Школы для медсестер, - продолжала свою речь мисс Мэри Джейн, - и лучший госпиталь в Чикаго, оборудованный по последнему слову техники.