Чтение онлайн

— И как? — живо спросил Генри, чуя, что там тоже свои течения, и мужику пришлось попотеть, чтобы обуздать жену. — Ужились?

— Еще как, — невоспитанно хмыкнул Эдвард. — Сестра скоро родит Норту наследника. Девчонка получила желанный приз. Но притирались со скандалами. А стоило шерифу попытаться убить ее мужа, наступил ад. Норту не стоило вообще беспокоиться.

— Так где леди Фэллон? — непонимающе спросил Генри.

— Мои сестры слишком умны, сэр Генри, — уныло поморщился Мартингейл. — Отец способствовал их образованию. Меня готовили в его прямые наследники, но и девочек он не забывал. У обеих были учителя. Обе читают, знают несколько языков. Отец при них разбирал спорные вопросы вассалов

на заседаниях. Он судил своих людей и объяснял нам, почему принимал то или иное решение. Обе слишком умны и умеют просчитывать поступки людей.

— Что сделала твоя сестра, Эдвард? — дернулся Генри, аж привстав в кресле и впиваясь вопросительным взглядом в Чилтона. — Она же сделала!

— Сделала, Генри, — отбросил он апофеоз, разговаривая на равных с более молодым мужчиной. — Сестры способны вызывать мигрень!

— Сочувствую! — хмыкнул он. — Где она?

— Правильный вопрос, — едва не плюнул Чилтон. — Фэллон устраивала здесь спектакли одной актрисы, а я отдыхал в Тауэре! Моя младшая сестренка давно просчитала, что ее замужество следующее! Я так до сих пор не разобрался, то ли она шипит из-за протестанта-мужа, то ли вообще не терпит мужчину рядом! Спроси, что полегче!

— И? Договаривай!

— Она тут визжала, что хочет, — поморщился он весьма натурально, — снова оказаться в лоне истинной веры! А это Испания!

— Что?!

— Не ори, Генри! То! — психанул Эдвард. — Сестра же! А вдруг реально с башни бросилась бы при упоминании очередного жениха?

— Я понял, — взял себя в руки Фицрой. — Продолжай.

— Я сам посадил Фэллон на корабль в Испанию в начале осени, — просто ответил он. — Она была слишком нервной и на грани. Ее пугала мысль о браке с еретиком. У меня тут просто был кромешный ад из истерик, угроз и обещаний. Скажу честно, Генри, я не разобрался, где правда, а где приукрашивание ситуации. Фэллон уже должна было достигнуть берегов Габсбургов.

— Фэллон не претворялась, — заговорила их мать и подняла на мужчин усталые глаза. — Она боится короля. Генрих приказал казнить ее папу. Она не ждала хорошего решения ее судьбы. И ты забыл, Эдвард, ее жених умер почти сразу после объявления помолвки. Фэллон просто испугана и слаба. Разве можно винить ее за страх? У нее отобрали все, а взамен ничего не дали.

— А Риана, леди Джулия?

— Она другая, сэр Генри, — улыбнулась вдовствующая графиня. — Ей нравится вызов. Она не боится. Она знает, что в ней есть сила. Риана была любимицей отца. В ней больше уверенности, чем в старшей сестре. Но и Фэллон может обрести себя. Не стоит ей мешать. Пусть она повзрослеет и встанет на ноги.

— Я вас услышал, — вежливо ответил он. — Фэллон словно и нет. Она сама решила свою судьбу.

— Так и произошло, — не испугалась ее мать. — Если бы был жив ее отец, все могло быть по-другому. Но Гарольд уже не может сказать свое веское слово.

— Я напишу королю, — решился Генри, остро ощущая, что Чилтоны не хотели никак унизить Генриха, просто так сложились обстоятельства. — Вы ни в чем не виноваты. Просто указ пришел слишком поздно.

— Так и произошло, Генри, — поддержал его граф. — Я верный подданный Генриха VIII, но еще я несу ответственность перед семьей.

— Я замолвлю словечко перед Генрихом, — проговорил юноша. — Надеюсь, он услышит меня.

— Я присягал Ему на верность, — веско сказал граф. — В моих клятвах ничего не изменилось. Я его верный слуга. Но вопрос веры в душе каждого. Я и Риана приняли протестантство, а Фэллон не смогла. Она сбежала, куда глаза глядят, лишь бы не быть дома в относительной безопасности.

— Я помогу, — просто ответил юноша, уже просчитывая своих союзников. Если он поможет Чилтону, он будет на его стороне, вот наследник Генриха и записал графа в свои сторонники. Именно сейчас все

стало непонятным и сложным. Тюдор вершил свои дела, а церковь свои, вот и победитель был непонятен до самого конца. Папа Римский выслал ноту, что Екатерина Арагонская считалась законной женой Генриха, а Тюдор менял власть и веяния церкви, считая законной женой Анну Болейн. У него хватало личных проблем, а простой граф и его жена уже не так актуальны.

— Я буду всегда на вашей стороне, сэр Генри, — низко поклонился ему Эдвард, давая клятву верности ради его жены и детей. Он принял сторону. Его мать просто была старой жениной под его присмотром, сестры, как и он, сделали свой осознанный выбор, а он нес полную ответственность перед Мегги. Сейчас он нуждался в любых союзниках, и незаконный сын короля мог помочь ему просто выжить. Пока Генрих ценил и прислушивался к Генри, но ситуация тонко и незаметно менялась. Король желал законного наследника. Политика не просто тонкое дело, еще очень опасное и каверзное. Из всех детей Тюдора жили только трое — Генри Фицрой, Мария и Элизабет.

— Я принимаю вашу клятву, — веско ответил он, — для моего отца и для меня, сэр Эдвард.

— Благодарю, сэр Генри, — склонился перед ним более взрослый мужчина. Он оставался гордым и властным, но смог не унизить наследного принца. — Я не подведу. Мои дети не посрамят моей чести.

— Самое главное, — рассмеялся Генри, бросив на Мегги веселый взгляд, — чтобы ваша жена не убила тупых претенденток на вашу руку, пока я не сообщу, что вы благоразумно женились на достойной женщине.

— Я постараюсь себя сдерживать, — сильно покраснела Мегги, но не собиралась менять свое поведение. — Но не обещаю! У меня папа строгих правил.

— Я вас понял, леди Маргарет, — хохотнул юноша. — Нарочитый уже утром отвезет письмо Генриху. Вы можете не переживать за свой официальный статус.

— Я и не переживаю, сэр Генри, — заверила кусачая дикарка, поднимая просто милый взгляд светлых глаз. — Просто я убью всех, кто решит, что имеет права на моего законного мужа. Я по стечению обстоятельств стала его женой. Стоит принять к сведению свершившийся факт.

— Уже приняли, леди Маргарет! — улыбнулся Генри. — Вам никого не придется убивать: ваш муж только ваш муж.

— Спасибо, сэр Генри, — вежливо склонила она голову. — Не хочу прослыть ревнивой гарпией.

— Ты уже ревнивая гарпия, — мягко заверил муж. — Зачем кого-то оскорблять?

— Что ты сказал?! — мягко, даже дружелюбно спросила Мегги, сверкнув на мужа испепеляющим взглядом.

— Я тебя люблю, — не моргнув глазом, выдал он. — А тебе что послышалось?

— То и послышалось, — ласково улыбнулась Мегги. — Значит, влюбился?

— Ты же не возражаешь? — выгнул он бровь.

— С чего мне возражать? — ответила она. — Ты приложил столько усилий, чтобы найти жену, не похожую на твоих соседок. Путешествие до Пограничья и назад, ночлеги под открытым небом и в дешевых тавернах, да еще драки через день! Слабая англичанка не выдержала бы твоих варварских ухаживаний!

— Я делал лишь то, — проговорил он со смешком, — к чему ты была изначально готова.

— Что? — расширила она глаза и мстительно уставилась на мужа. — Пояснишь свою мысль? Я не до конца, кажется, тебя поняла!

— Так твои родичи бревнами друг в друга бросаются, — хмыкнул он, — носят юбки и извлекают заунывные звуки из волынки, что на стену лезть хочется. Да еще не представляют ничего о вилке и ноже. Руками едят, об себя вытирают и моются раз в месяц.

— Какой у меня галантный и заботливый муж, — восхитилась она, не посмев наброситься на него кулаками в очередной раз. — Все продумал, все просчитал. Тогда, думаю, мне стоит ввести в доме правильные порядки. Мне знакомо и тебе станет привычнее. Уверена, немножко грязи замку не повредит.