Вход для посторонних
Шрифт:
— И где у нас Россия?
— У вас России нету. Россия на Земле. Только не надо у меня спрашивать где Земля, — поспешила опередить вопрос Алька, — я и сама не знаю. Вы бы лучше спросили для чего мы к вам пришли.
— Зачем спрашивать. Итак понятно. За тем же, за чем все остальные приходят, — насмешливо прокомментировала Катания.
— Все помещение под женский клуб ищут? — с наигранным удивлением спросила Алька.
— Под какой такой клуб? — удивилась молодая ведьма.
— Под женский, — чётко проговаривая слова, сказала Алька, ощущая себя коварной совратительницей.
— Так,
— Я вам не девка, — обиделась Алька.
«Не обращай внимания.» — посоветовала Мелина — «Она просто медленно соображает. Возраст всё-таки.» Так что вы хотите услышать? — голос Мелины звенел напряжением.
— Вразумительного объяснения, — старая ведьма расслабилась, готовясь к долгому рассказу, — за чем явилась?
— Как уже было сказано ранее, нас заинтересовал особняк. В хорошем месте, достаточно большой и совершенно заброшенный, по крайне мере, на первый взгляд. Мы навели справки, и услышали совершенно фантастическую историю о сумасшедшем Учёном и злобной ведьме. Сами понимаете, история нас заинтересовала. Вот мы и и отправились на разведку. Боялись очень, — подумав, добавила Мелина, — о вас в городе такие истории рассказывают — мороз по коже.
— Это хорошо, что боятся — меньше лезть будут, — со злой удалью влезла в разговор Катания.
— По-моему вы ошибаетесь. Меньше не будут. Отчаянных голов всегда хватало, а тут ещё и о богатствах несметных молва идёт.
— А я говорила, что охрану надо за ограду выставить. Да повыше, чтобы дурь из отчаянных голов повышибало, — с усталостью в голосе сказала Линэла.
— Всё надеешься меня за вышивание засадить? Не выйдет. Скажи ей Ба. Мы же не захватчики какие то — мы свои границы блюдём…
— Что за манера у вас такая, разговор от темы уводить, — с раздражением оборвала правнучку старуха, — мы сейчас пытаемся понять чего этой, вернее, этим, от нас надо. Что за клуб такой?
— Женский клуб, — с готовностью напомнила Мелина, благодарная старухе за настойчивость, — мы решили открыть в столице такое место где женщины могли бы отдохнуть душой и телом, пообщаться со старыми друзьями, новых завести…
— А детей воспитывать и хозяйство вести кто за них будет? — пробурчала недовольная старуха.
— Вот! Вот он — яркий пример тупого поклонения стереотипам, — вырвалась вперёд Алька, — даже после того, как лично узнали, что женщины на многое способны, вы продолжаете засовывать себя в рамки созданные для вас мужчинами. Хозяйство, дети, — передразнила она интонацию старухи, — можно подумать, что ничего другого в жизни у женщины нет и быть не может.
— Может, — попыталась успокоить Альку миролюбивая Линэла, — но дети и хозяйство это главное.
— У нашей девочки было всё кроме детей и хозяйства, но счастливей она от этого не стала, — каркнула вредная старуха.
— Да ничего у неё не было! Как вы не понимаете? У неё даже имени своего не было…
— У неё на лице всегда улыбка была, — с тяжёлым вздохом вспомнила мать.
— Надеюсь, что не горькая…
— Да как ты смеешь нас поучать, девка безродная, — взорвалась криком старуха.
— За
моей спиной может и нет славного рода, зато образование есть и профессия, между прочим, тоже имеется.— Ты бутылка с этикетками — вот ты кто, — выкрикнула Альке в лицо молодая ведьма, — твоё дело молчать и идти куда скажут.
— Это кого ты бутылкой обозвала? — пошла вразнос Алька, кулаки сжимая, — и не надо мне тут магией пыхтеть. Я тебе и безо всякой магии фингал под глаз поставлю…
«Алечка, милая! Не надо драться! Не надо, пожалуйста. Ну прости ты эту дуру малолетнюю. Она просто не понимает с кем дело имеет.»
— Эта дура постарше тебя будет, — пробурчала Алька, стараясь взять себя в руки и позабыв, что вслух говорит.
«Так ведь всю свою жизнь ничего кроме подвала этого не видела.» — продолжала увещевать её Мелина.
— Незнание не оправдывает, — вспомнила Алька латинскую мудрость, — я же не называю её недорослем.
«Назови как хочешь, только кулаками не маши,» — взмолилась Мелина.
«Пусть тогда извинится.» — пробурчала Алька и неохотно уступила трибуну.
— Катания, ты не права. Александра не заслуживает грубых эпитетов. Она мой партнёр и подруга, — слова Мелины, произнесённые всё ещё зло поджатыми губами, звучали довольно странно и вызвали растерянность у присутствующих, — она действительно очень хорошо образованна и занимает достойное место в обществе. Помощь, которую она мне оказывает, бесценна и мне бы очень не хотелось чтобы, обидев её, вы испортили наши с вами отношения.
— Ты что, хочешь сказать, что она главная? — недоверчиво воскликнула молодая ведьма.
— Я хочу сказать, что мы равноценные партнёры. Возможно тебе это сложно понять, но мы с Александрой умеем договариваться. Мы взрослые люди. У нас общие цели, и мы научились сотрудничать, а не выяснять кто главнее.
— Взрослые? — улыбнулась Линэла, — выглядите как подросток.
— Возраст определяется жизненным опытом, а не внешним видом, — подала голос Алька и снова отошла на задний план.
— С вами двумя очень сложно разговаривать, — заметила почтенная матрона, — совершенно невозможно понять с кем имеешь дело.
— Обычно у нас таких проблем не возникает, просто Алька очень обиделась. Она человек вспыльчивый, и мне пришлось её успокаивать. Она требует извинений и, должна сказать, что без них мы вынужденны будем откланяться.
— Скатертью дорожка, — выпалила грубая Катания, но тут же заткнулась под прабабкиным тяжёлым взглядом.
— Извинение она получит, но так ли уж нужна нам ваша дружба? — с великосветской надменностью спросила старая карга.
— Настаивать и уговаривать я не буду, но хочу напомнить, что без нас у вашей, так называемой войны, будущего нет. Неважно сколько вы здесь продержитесь, сто лет, или двести. Конец возможен только один. Да вы и сами всё знаете какой…
«Молодец,» — одобрила Алька — «Хорошо ты им всё объяснила. Мы и без них справимся, а они пусть тут крестиком вышивают.»
Перспектива вышивания крестиком до конца дней своих, видимо не казалась ведьмам такой уж привлекательной. Старшие сидели задумавшись, а младшая, растеряно переводившая взгляд с одной на другую, стремительно бледнела.