В лабиринте миров
Шрифт:
Наконец, бабка Вера поставила свою чашку на стол, медленно вытерла губы и нехотя произнесла.
– Ты, Женька, вот что. Ты ведь нам не чужая, можно сказать своя, Грязновская (старухи дружно закивали, соглашаясь с подругой). Поэтому скажем тебе, как есть: какая уж там битва? Только четверо нас старух и осталось. Бойня это будет, а не битва.
– А что за Веерные? Кто они? Могут помочь?
– Это нам бабки рассказывали. Нас ведь, тех, кого в Грязновку свезли, всё брали из крестьян. Но были и те, что и из дворянского сословия. Эти, понятное дело в Грязновке не жили, но пару раз наезжали, когда нечисть из Бездны
– Понятно. Помощи не будет. Какой план?
– Известно какой – вызовем нечисть на бой. Встанем у края Бездны и будем воевать, пока не сгинем, – буднично объявила бабка Настасья.
– Как вызовем?
– У нас в подвале постзем сидит – самая что ни на есть сволота из Бездны. Кинем его труп в Бездну, тут нечисть и полезет.
– Убьём?
– А что смотреть на него?
– Постземы моих родителей во сне сгубили, – горько произнесла тётка Тамара. – Горло перегрызли. Мы с девчатами на сеновале спали, нас и не заметили. Помнишь, Вера?
– Да, – бабка Вера сурово помахала седой головой. – Такое не забудешь. Мы ещё детьми были, в избу зашли, а там кровь во все углы... так потом избу и сожгли. Никто в ней жить не захотел.
Я всё не решалась спросить, как же старухи ведут войну? Превращаются в Бэтманов? Пьют сок гамми-ягод? Как могут противостоять пожилые, толстые тётки полчищам чудовищ из Бездны?
Старухи сами подняли этот вопрос.
– Что же Женька, ты с нами или как?
– В смысле воевать?
Старухи рассмеялись.
– Ну, так уж сразу и воевать... сначала обряд надо пройти. Коли получится у тебя, так мы тебя обучим, коли нет, так забудь, всё о чём мы говорили – себе дороже. Ну, а ежели обряд пройдёшь и обучение впрок пойдёт, вот тогда и скажешь, пойдёшь ли ты людей от Бездны защищать.
– Ок, бабульки.
– Это как понимать? Согласна, что ли?
– Ну да.
Бабка Вера тяжело поднялась со стула и направилась на кухню.
– Ну, коли согласна, убирай со стола. Обряд вершить будем.
Посуду мне помогла убрать тётка Марья. Весёлую, в цветочек скатерть, заменили на чёрную с багряной бахромой. Погасили свет, зажгли свечи, словом создали необходимый антураж.
– А кровью надо расписываться? – шёпотом поинтересовалась я.
Тётка Марья прыснула, а бабка Настасья сурово подтолкнула меня локтём.
– Будет веселиться-то. Дело серьёзное.
Бабка Вера притащила знакомую книгу – “Советы молодой хозяйке” и водрузила на стол. Я хотела сострить, что-то по поводу колдовского зелья, но промолчала. Видела, что книга эта куда как серьёзно. Правда, старухам о своей способности видеть то, что спрятано за магическим щитом, не сообщила. Пусть обучают, посмотрим какова их сила.
Бабка Настасья открыла книгу и принялась водить пальцем по пожелтевшему от времени листу.
– Вот оно. Встань, Женька, рядом. Руку на книгу положь...
“Клянусь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды”. Отчего-то меня так и тянуло позубоскалить, не верилось, что всё это всерьёз. От старух несло водкой и селёдкой, и весь этот маскарад был мне отчасти неприятен и чужд. Но останавливали лица старух: ясные
и сосредоточенные и ещё не давало покоя страшное слово – Бездна.Я положила ладонь на открытый лист книги и подивилась тому, что тот был совершенно пуст. Ни единой строчки, ни слова, ни буквы. Что здесь можно прочесть?
– Книга ответит – кто ты, – пояснила бабка Настасья. – Держи руку, не отпускай, пока не скажу.
Бабки встали кругом вокруг стола, взялись за руки и речитативом принялись чётко и ясно выговаривать:
– Оракул, воин, целитель, звездочёт, оракул, воин, целитель, звездочёт, оракул, воин...
Ничего не происходило.
У меня зачесался нос, и я не знала, можно почесать или нет? Наконец, решилась, и левой рукой воровато потёрла кончик носа, не отрывая от книги правую руку.
– Оракул, воин, целитель, оракул...
Первой сдалась тётка Тамара.
– Будет девки, ясно ведь, что всё без проку! – Она сердито вырвала свою руку и мрачно добавила. – Рано водку убрали. Надо было допить.
Бабка Вера, понурясь села в кресло. Бабка Настасья сердито шевелила губами, упрямо оставаясь стоять.
– Не вышло? – я чувствовала себя виноватой. – А что должно было быть?
– Каждому избранному своё предназначение, – пояснила тётка Марья. – Книга делит всех избранных на оракулов, звездочётов, воинов и целителей. Оракул может предсказать будущее, звездочёт составить заклятие, целитель варит колдовские снадобья, а воин создан, чтобы сражаться. Тебя книга никак не обозначила. Извини, но ты не обладаешь нужными способностями. Совсем.
– Значит, я не прошла обряд?
– Не прошла.
– Но я услышала вас!
– Видно это всё, на что ты способна.
– А вы? Как книга вас определила?
– Вера, Настасья и Тамара воины, а я целитель, – тётка Марья грустно улыбнулась. – Оракулов и звездочётов больше не осталось.
– Нигде?
– Ну, может где-то и есть. Но мы с ними не знакомы.
– Женька, свет включи, – оборвала нашу беседу бабка Вера. – Будет в потёмках-то сидеть!
Я включила свет, тётка Тамара убрала скатерть и потушила свечи. Бабка Вера включила телевизор, на меня она демонстративно не смотрела.
“... – известный в городе бизнесмен совершил тройное убийство: два подростка и супруга бизнесмена, были убиты в квартире элитного дома...”.
– Одни убийства, – осуждающе покачала головой бабка Вера. – Куда не включи, всё только стреляют. Женька!
– Что?!
Голос мой внезапно охрип.
Бабка Вера убавила звук телевизора и повернула ко мне лицо.
– А ты чего так кричишь-то?
– Ничего.
Я отвернулась и скинула Тотошку со стола.
– Баб Вер, а можно я вашу книгу полистаю?
Старухи переглянулись и мне ответила бабка Настасья, видимо она была главной в их клане Защитников Мира.
– Полистай. Осторожно только. Вещь ценная.
Я устроилась на своей скрипучей раскладушке и раскрыла древний фолиант. Удивительно, но каждая страница книги наполнилась текстом. Каждый пустой лист открывал древние знания. Книга и впрямь была ценной.
“...
Далее следовали четыре главы с соответствующими названиями: “Оракул”, “Воин” и так далее. Я пролистала страницы про оракулов и звездочётов и остановилась на главе “Воины”. Интересно было узнать, какой способностью обладали бабки.