Чтение онлайн

Устав ходить по залам, мы с Борисом Григорьевичем присели за столиком в кафе. Официантки бегали, как угорелые, не успевая обслужить всех желающих и мой спутник самостоятельно порысил к стойке за мороженным и стаканом сока.

– Невероятно!

На стул рядом со мной плюхнулся раскрасневшийся и вспотевший Омар. Тело его так и искрило, и я забеспокоилась, что сработает пожарная сигнализация.

– Что именно?

Малыш в это время пытался засунуть кулак мне в рот и потому мой вопрос прозвучал невнятно.

– Понимаешь, ангела и человека его создавшего

связывают нити. Крепкие и видимые. Не всем, конечно, но ты и я увидеть их способны.

– Что-то я не видала нитей, связывающих Бориса Григорьевича и Ольгу, – с сомнением ответила я.

– То-то и оно! – Омар выдал сноп искр. – Борис Григорьевич вовсе не Оленькин ангел!

– Да ладно?! – не поверила я. – А чей же?! Он её опекает, заботиться... причём особого родства душ я не наблюдаю. Да и любви тоже.

– Говорю тебе – она здесь не при чём! Но невероятное не в этом! У этого ангела есть нити, крепкие – не разорвать. Я чувствую их, но не вижу! Они... словно заблокированы. Надёжно спрятаны кем-то, но зачем? Для чего? Ты понимаешь?

– Не очень, – призналась я.

– Люди вызывают ангелов неосознанно. Они молятся и верят в чудеса, но... если верующий человек попросит у бога, скажем, коробку конфет и она упадёт к его ногам, он искренне удивится. А, казалось бы, чего удивляться? Ты веришь во всемогущество высших сил, ты просишь, веря, что твоя просьба будет услышана, а потом удивляешься? Не логично. Поэтому я убеждён – люди не осознают силы своей мысли. Они выплёскивают свои просьбы и чаяния в отчаянной молитве, а потом забывают об этом. Потому и не узнают своих ангелов. Но этот ангел – рождён с сознанием дела. Кто-то вызвал его из небытия, зная, что делает.

– И блокирует нити? Чтобы их не увидели такие, как мы с тобой?

– Именно! Что-то здесь не чисто и я думаю, надо доложить Совету.

– Совету?!

– Ну да, Совету по контролю за переходом. Я думаю, в Нижний слой забрался кто-то неизвестный. Проник, не известив Совет. Надо проверить.

Слова Омара неприятно кольнули. Что это за Совет? Должна ли я передвигаться по мирам с его ведома? Похоже, что должна, но не очень к этому стремлюсь. Не хочу, чтобы меня перевоплотили, лишили памяти и так далее.

– Может, сначала сами попробуем разобраться?

Омар неожиданно обрадовался.

– Мы? Здорово! Значит, ты поможешь?! Я боялся, что один не справлюсь, но если вместе, то конечно! Если нам удастся в этом разобраться – это будет сенсация! Мы сможем доказать, что люди способны на осознанные действия, направленные на формирование материальной мысли, мы...

Поток его красноречия прервал приход Бориса Григорьевича. Он появился под руку с Оленькой и с подносом, заставленным мороженным и соком.

– Вуаля! – Борис Григорьевич картинно поставил поднос на стол и раскланялся. – Сегодня вас обслуживает официант Борис. Угощение за счёт заведения!

Оленька захлопала в ладоши и малыш на моих руках радостно рассмеялся.

– Налетайте, братцы!

Мы застучали ложками и стаканами и все поочерёдно отнимали у малыша мороженное, которое он бесцеремонно

вырывал из наших рук. Вместо мороженого малышу полагался кусок яблока, но яблоко карапуз весело отбрасывал в сторону и снова тянулся за мороженным, требуя дать ему того же, что и всем.

Дело кончилось тем, что Борис Григорьевич взял сынишку на руки и пошёл с ним смотреть клоуна, давая остальным возможность спокойно поесть.

Оленька и Омар принялись наперебой рассказывать мне ужасы 5D, заливаясь хохотом, а я слушала их вполуха, и смотрела вслед ангелу. Я пыталась разглядеть связывающие его нити и не видела их, так же, как не видела раньше.

Тень на моих плечах беспокойно шевельнулась и скатилась к ногам, сворачиваясь в клубок. Омар взглянул на меня с тревогой, я ободряюще кивнула – не волнуйся.

Борис Григорьевич шагал по залу, импозантный, даже в джинсах и пуловере, с весёлым малышом на плечах. Встречные девушки и зрелые дамы бросали на эффектного мужчину заинтригованные взгляды, а он отвечал им беспечными улыбками. И тогда я увидела нити. Уродливый клубок, что копошился беспрерывно, опутывая его руки, ноги, голову. Он был окружён ими, как коконом, и они тянулись за ним следом, бесчисленные, живые... Омар не видел их, потому что никогда не отбрасывал свою тень. Это было опасно. Омар знал это и тот, кто вызвал к жизни ангела по имени Борис, тоже знал. Знакомая тошнота подступила к горлу, и Омар тронул меня за руку: “Женя, остановись”.

Тень вернулась на плечи, и тело ангела тут же приобрело бесформенные очертания. На вершине серой глыбы сидел хохочущий мальчуган, а металлические кандалы глухо звякали по каменному полу. Нити исчезли из поля зрения, но теперь я чувствовала их: трепещущие, живые. К кому же ведут эти серые нити? Кто распоряжается жизнью этого хорошего человека? Внезапно я почувствовала злость: кто бы это ни был – я до него доберусь!

Глава 24.

Надзиратели и монстры. Я ухожу.

У нашего подъезда мы повстречали Мелку.

– Ох, Мирослав! А Борис ставит машину, – Оленька сунула Мелке задремавшего малыша. – Подержите, я ключи найду. Где же вы были? Работали?

Она частила, не давая Мелке ответить и радостно улыбалась, блестя влажными зубами. Мелка смотрел на неё с удовольствием.

– Мы с вашим племянником познакомились, такое чудное имя! Вы не волнуйтесь, мы его домой отвезли. Мы решили завтра вместе сходить в кино: я, Боря и ваш племянник, вы не возражаете? О, вот и ключ! Спасибо, Мирослав!

Передавая Оленьке малыша, Мелка коснулся её безупречной талии.

– Я не возражаю. Я бы позволил вам всё...

Оленька хихикнула и скрылась за дверью. Мы с Мелкой задержались, поджидая Бориса Григорьевича и вошли в подъезд втроём.

– Замок в гараже заедает, – пожаловался Борис Григорьевич. – Надо сменить.

Мелка подтвердил, что надо и на этом наш разговор закончился. Лифт доставил нас на наш этаж.

– До свидания, Борис Григорьевич!

– До свидания, Женя! Мирослав – был рад повидаться.

Мелка кивнул в ответ и открыл дверь в квартиру.