Тьма
Шрифт:
Запомнив адрес и номер, Максим оставил их с миром, внушив на всякий случай, что видели они жуткие последствия взрыва своей ракеты. Вот, сходили после аварии и посмотрели. Вообще-то Макс плохо представлял себе эти последствия, но пусть додумывают сами. Пока главное - время выиграть. Чтобы не спохватился. Чтобы не смылся. Ищи его потом по белу свету.
– Это дело давнее, - объяснял Максим, принимая от монаха миску с ухой. Увидев в ней рыбью голову со смотрящими на него глазами, поморщился и миску отодвинул.
– Мне про этого Сама, как про главаря, ну, про всесоюзного пахана, один очень большой авторитет рассказал. Хотел жизнь выторговать…
–
– Нет… Но он мою одноклассницу… Вы даже не представляете как! В общем…
– Понял я, сын мой. А этот Сам? Он тоже к… этой истории причастен?
– Нет… Но как-то причастен же! Вот, ракетой долбанул. Фантазия, конечно, убогая. Вы не представляете, чем по мне ударили вояки!
– Послушай, сынок… Вот сейчас ты ввяжешься в эту… разборку с каким-то Самом. А время? Я уже каюсь, что тогда отослал тебя.
– Но я за это время не только убивал. Я ещё и исцелял! И… и… к вам же девушка должна была приехать. Целительница.
– Не тебе в упрёк. Просто, сдаётся мне, что всё это - чтобы отвлечь тебя от главного.
– А главное - что?
– Тебе надо найти ту самую воительницу. Это главное сейчас. Потом… Потом наверняка Господь даст знак.
– Господь? Лично? А прямо сказать - слабо?
– Не богохульствуй. И не лови на слове. Я всё же старше и… мудрее. Это не гордыня во мне говорит, это правда. А тебе пока трудно уразуметь не только сам промысел Божий, но даже и наличие его.
– Ну почему же, я тоже порой чувствую, как кукловод дёргает меня за верёвочки…
– Сравнение оскорбительное и неправильное в принципе. Господь более учитель, который…
– Значит, с Самом не разбираться? А с Князем? Уж этот…
– Найди, найди девушку! Поторопись! Всё остальное - потом! Тем более, идёт, идёт по следу и Тьма.
– Где искать - то?
– Вообще-то искать и не надо. Разузнал в твоё отсутствие. Я вот и думаю, что убить меня ищут из-за этого знания. Возьми вот письмо. Дорогу расскажу. Доберёшься отсюда до станции…
– Точку прибытия, отец Афанасий! Адрес! Я, может, где спрямлю…
– Хорошо. Только ещё вот какое дело. Чем-то тут нехорошим, греховным… Не для мирян… Но ты и… В общем, девушку эту после всего церковь с благословения прежнего Патриарха у себя схоронила. Говорят, ни живая, ни мёртвая. Об этом и бывший главный чекист, или как их там теперь, знал. Но вот умерли оба и она сейчас вроде как… ничья. Власть предержащие не знают. Но идутё идут по следу. Они вначале почему-то у бандитов искали. Теперь вот, сам видишь, подбираются. Поторопись. И потом… Но это совсем смутно. Какое-то проклятие на неё наложили эти чекисты, чтобы без их ведома…
– Чекисты? Проклятие?
– Не знаю, сын мой, не знаю… Но тебе надо торопиться.
– Так всё-таки, приезжала Татьяна?
– спохватился Максим.
– А что тебе до неё?
– как-то мрачно поинтересовался отшельник.
– Как… что? Это же… я…её…
– Это ты её что? Одарил? Ты передал наивному созданию дар, который… который теперь искалечит её жизнь. У неё в голове такая дикая ересь, что… что… Сейчас здесь, при монастыре живёт. С этим громилой своим. Нет, по отдельности, конечно. Днем на прихожанах потихоньку практикуется, а по вечерам мы здесь по вопросам веры… Но пошла, пошла молва.
– Отец Афанасий, вы, пожалуйста, не перетягивайте её в свою веру, а? Учите добру и злу, помогайте разбираться в людях, решать…
– Кому жить, а кому умирать? Ты сам-то струсил, а? На такие плечики переложил?
– Ай, святой
отец, не струсил, не переложил. То есть… думал, что отдал, а на самом деле - только поделился. И не потому, что струсил. Просто у меня же другие… проблемы, а все эти… страждущие без помощи оставались. Вот и решил найти замену.– Нашёл, называется.
– А что? Зато за деньги всякую мразь лечить не будет.
– Дай-то Бог. Хотя, пока, по её помыслам, она и грешников исцелять готова. Не за мзду, а во славу Божию.
– Ой, отец Афанасий, боюсь, что и вы туда же, куда пастырь их - "во славу Божию". Может, пусть исцеляет всех и просто так? А вам я передам такие же способности и будете уже с разбором и "во славу Божию".
– Но сын мой…, - растерялся вдруг старый отшельник.
– Мне… нет… не надо.
– Ага! Испугались толп страждущих? Это вам не в кустах с медведем на пару малиной лакомиться! И ещё - больно оно, людей исцелять. А вот Татьяна согласилась. Хоть и с ересью в голове!
– Давай! Во славу Божию - согласен!
– клюнул на подначки отец - Афанасий, наклоняя перед Максом голову с густой чёрной шевелюрой - результатом предыдущего воздействия золотых лучей Максима.
Ночевать юноша не остался. Распрощавшись озадаченным новыми возможностями отшельником, получив от него «рекомендательное письмо» и переговорив о судьбе Татьяны, он направился в длинный путь к одинокому, затерявшемуся в тайге монастырю. Заглянул на зарево - экипаж уничтожал секретную машину. Подумав секунду, приказал оператору выйти на связь с шефом.
– Я же сказал, только в экстренных случаях!
– услышал он хорошо знакомый голос.
– А случай и есть экстренный, мой дорогой кунак!
– ядовито улыбнулся Максим. По лучу он ударил невидимого врага. Не смертельно. Так, чтобы покалечить.
– Теперь слушай внимательно и запоминай. Деньги переведёшь на счёт…, - Максим назвал счёт, открытый шейхом.
– Сегодня же переведёшь.
– Да, дорогой, да, пощади. Нэ знал, что ты…
– Конечно - конечно, ракетой рыбку глушили?
– На монаха заказ был.
– Но врать-то зачем? Вакуумную - и на монаха?
– Пощады, дорогой, пощады!
– Заказ чей? Сама?
– Его.
– Давай номер сотового.
– Но…
– Как хошь, бывай здоров.
– Слушай. Только…
– Он долго не проживёт, не бойся.
– Конэчно, дорогой… А я?
– Переводишь деньги, выходишь из этих игр. У тебя же талант предпринимателя. Один ресторан чего стоит!
– И тогда?
– И тогда пройдёт… постепенно.
– Слушай номер…
Но Сам, к его собственному счастью, не отвечал. На этом Максиму пришлось пока завершить разборки. Вытравив из памяти незадачливого экипажа эту встречу, юноша решил-таки рвануть напрямик, воспользовавшись своими чудесными возможностями. На небольшой полянке он примерился, разбежался и… Но этот длинный полёт - прыжок не доставил удовольствия - вокруг него и сквозь него мелькали черные в темноте стволы деревьев. Нет! Уже на следующем приземлении он больше оттолкнулся вверх и - ааах- поднялся над верхушками самых высоких сосен. Вот это было другое дело! Лунный свет, океанской волной колышущиеся кроны деревьев и ты над ними. Ещё, ещё и ещё на вдохе! Теперь а-а-ах вни-и-и-и-з, во тьму, толчок и снова полёт. А зачем, собственно, во тьму? Можно же выбирать и освещённые места. И это уже не прыжки, это больше парение в лунном свете, нет, это… это… Кто видел такие сны, поймёт восторг Максима, ощущавшего всё это наяву.