Тьма
Шрифт:
– Нет… вздохнула Алёна, поняв вопрос. Действительно, нет. Не было в них тех светлых лучей, тех золотистых струн.
– Дня за три решу. Поверьте, им так будет лучше.
– Я уже поверила один раз вашему Крокодилу!
– Крокодилу? А-а. Да уж… А сколько раз я ему верил! Думал - не дяде, Родине служу. Впрочем, зачем вам всё это… Как вы там делаете - в глаза заглядываете - прошу - он наклонился выставив свои маленькие глазки на уровень глаз девушки. Он говорил правду, и вот Алёна ждёт. Звонка. Должны всё устроить, и она сможет вернуться к Максиму. Где он сейчас? Почему не отвечает на звонки? Обиделся?
В задумчивости она наградила расстройством желудка клеящегося придурка: " Какая молодая мама
– смотрела девушка на братьев, отошедших к оптимистам - рыбакам, всёрьёз вознамерившимся что-то выловить в грязной воде городской речки. Затем её внимание привлекла идущая явно к ней пара, - довольно упитанный, хоть и ещё нестарый мужик и девчонка, где-то её возраста. Настоящего возраста. И если парень рассматривал Алёну просто с интересом, низенькая девушка уже на расстоянии "убивала" девушку взглядом.
– Извините, Вы - Алёна?
– поинтересовался парень, подойдя к скамейке.
– Ну да, - настороженно подтвердила девушка.
– Та самая?
– уточнила малая.
– Которая " та самая"?
– Ещё та "та самая"!
– взорвалась девушка (мы поняли, что это была Антонина).
– Прохлаждаемся! Детворню выгуливаем! Он там… там…, а ты…
– Что-то с Максимом?
– заволновалась, уже не обратив внимания на оскорбительный тон, Алёна.
– Пропал! И он и Татьяна. Погубили - таки, сволочи!
– Ну-ну, сестрёнка, не надо паниковать. Тут вот какая история, - устроился рядом с Алёной парень.
– Меня, кстати, Николаем зовут.
– Это моя сестра Тонька.
– Про вас, Тоня, Максим мне немного рассказывал.
– Это он мне надпись на небе мне написал!
– Написал на небе?
– Значит, не рассказывал. Ладно, потом. А пока…
– Давай я, Тонь, - перебил её брат.
– В общем, мы… считаем себя его друзьями. И знали о его проблеме. Он искал вас. Но и другими проблемами, не своими, тоже занимался… Потом наши друзья рассказали, как он спас их… а, он наверное, сам рассказывал, нет? Ну, о спецназе. Нет? Только, что там был? Ладно, неважно сейчас. Когда он показал нашему другу Холере свой прежний фейс, мы поняли - нашёл он вас. Потом спецназовцы узнали, где он. Но когда мы приехали, его там не оказалось. А потом показали один клип этой… как её… так там Макс в новом фейсе исцеляет, а она в это время поёт.
– зло пропела Антонина.
– «Мой бог», каково!
– Но это старая песня! Её ещё Вайкуле пела!
– машинально отметила Алёна.
– Наверное, она…
– С ним переспала!
– фыркнула Антонина.
– Ай, ну это уже сплетня!
– тут же окрысилась Алёна.
– Сплетня? Эти звёзды ещё те сучки. К каждому великому в постель норовят забраться. Да и она не очень-то скрывала. «Эту песню
я посвящаю своему милому любимому незнакомцу, а?» - передразнила девушка предисловие к песне Валентины. Вот я и говорю - залезла она к нему в кровать! Сучка! Я ей чуть всю гриву не повыдирала. Хорошо, вон, хоть Николя и её команда оттянули. Но неважно. Его надо выручать.– Но Максим…, - улыбнулась Алёна.
– Да, как непотопляемый авианосец, - согласился Николай.
– Но на этот раз что-то не так. Мы поузнавали кое-что. Его как-то… нейтрализовали, что ли. Мы приблизительно знаем, где они, то есть, он с Татьяной, но руки коротки. А твоих братиков устроим, лучше не придумаешь.
– А что за Татьяна? Почему и она…?
– Он с Таней как бы поделился своим даром. Мы… она начала в монастыре потихоньку… А недавно пропала.
– В общем, приняли её за тебя, - подвела итог Тоня.
– А теперь нам надо двигаться, выручать обоих.
– А брательников - к нам в церковь. Там уже и интернат открыт. Плохому не научат.
– Нас не спросили, - пробурчал подошедший старший из братьев.
– А может, нам и здесь хорошо. Ещё бы Ведьму убрать…
– Что ещё за ведьма? Почему раньше не говорил?
– насторожилась Алёна.
– Да есть такая. Клавдия Петровна. Злая и хитрая. И бьёт так, чтобы следов не оставалось.
– Бьёт?!! Ты мне её сейчас покажешь!
– вскипела Алёна.
– Только ради Бога без базара!
– попросил Николай.
– Нам надо срочно улетать.
– Никаких базаров, - мрачно пообещала Алена. Умастившись в ожидающее такси вся команда направилась к детскому дому.
На своё лихо, Ведьма была сегодня на дежурстве. С годами оставшаяся старой девой, высохшая и обозлённая на весь мир карга. Каким же надо быть уродом самому начальнику, чтобы принимать на работу и допускать к детям вот таких? Не догадываясь о надвигающейся расправе, Клавдия Петровна встретила детей, поджав сухие губы.
– Дети, идите к себе, - официально заявила воспитательница.
– Мы попрощаемся, - попросила Алёна, прижимая к себе пригорюнившихся вдруг братиков.
– Ну, ну, ну, - шептала она, осыпая поцелуями уже солёные от слёз родные мордочки.
– Потерпите. Я вот смотаюсь, помогу… слышали ведь… и сразу вернусь. И обязательно заберу вас. Или вот что… Вы видели того толстого дядьку. Ему можно верить. Он сегодня - завтра вас заберёт и всё будет хорошо. Так надо.
Ребята, соглашаясь, молча кивали головами и тыкались к сестричке с неумелыми поцелуями. Так, не разжимая объятий, они неловко подошли к двери в раздевалку.
– Ну, идите, миленькие мои. Я скоро…, - отпустила наконец, детей Алена.
– Вам не следовало обещать того, что не сделаете, - очень не вовремя встряла Ведьма.
– Зато я сделаю то, чего не обещала. Ну?
– взглянула она в бледно - серые подслеповатые глаза. Вспомнив рассказы Максима, спросила, несколько переиначив: «Чего боишься»?
В машине Алена долго крепилась, но затем вдруг разом разрыдалась.
– Да ладно тебе, да что ты?
– осторожно дотронулась до её плеча Антонина, - всё нормально будет с братишками твоими. Старший вон, уже кавалер. Вот вызволим Максима, я твоего с девчатами соседскими познакомлю. Вот увидишь…
– Нет!
– прошептала, давясь слезами Алёна.
– Ну, не хочешь, устроим вон, как Николай предлагает. Да брось ты реветь! Для Седой это совсем как-то…
– Я не о том… Я… просто их уже не увижу…- плакала дальше девушка.
– Ещё чего! Ты и…
– Я просто… знаю… Тонь, вы с Николаем обещали… Я… обеспечу… Они не в чём…, - она опять разрыдалась, позволяя Антонине утешающе гладить её по голове.
– Мы обязательно потом вернёмся и всё сделаем, - твёрдо подтвердил Николай. Кто «мы» - он не уточнял, но было понятно - с Алёной, без неё, но детей так не оставят.