Солнечная ртуть
Шрифт:
Тихая сестра Надежды утром и вечером помогала родителям, днём прилежно училась, а по ночам убегала из дома гулять сразу с двумя парнями по берегу реки. С одним из них они, в конце концов повенчались — но не с тем, с кем она хотела, а с другим. Потом, спустя шесть месяцев, родился ребёнок, затем ещё один. Тоша хорошо запомнил эту математику, потому как до сих пор об этом говорили, Ада и сама что-то такое слышала, но не знала, что это про Анфису. Мальчик не понимал фишки с шестью месяцами, но знал, что в глазах соседей это что-то постыдное.
Вскоре муж обзавёлся привычкой Анфису избивать, и кто знает, долго бы она ещё протянула, но тут грянула война. С фронта супруг не вернулся, а молодая вдова
Тоша старался рассказывать подробно, с выражением, но было видно, каким скучным всё это ему кажется. Он не следил за настроениями одной конкретной семьи, предпочитая бегать и скакать по лесу, и был в курсе только сильнейших потрясений. А вот Ада волновалась даже за незначительные детали. Ещё одна маленькая дверца в прошлое открылась! Девушка собирала каждое новое сведение по крупицам, будто сокровище. Словно коллекционер она прятала очередное воспоминание в огромный информационный банк в своей голове.
Она спросила, знает ли Тоша, как зовут старика. Ребёнок ответил, что когда он прибыл сюда, деда ещё называли по имени, но какое оно — мальчик забыл. Старик был малость веселее, любил выпить, а больше всего любил часы-ходики, доставшиеся по наследству. Умел, кстати, плести лапти и раздавал их бесплатно всем желающим. Забавный, ничего не значащий факт, но Ада ликовала.
Когда она выпытала всю возможную информацию, это принесло тихое, овеянное печалью удовлетворение. Слушая рассказ нерадивого очевидца, Ада видела прошлое ещё дальше. Раньше это было мечтой, а теперь так просто и доступно. Это как посмотреть документальное кино, или прочитать книгу — книгу мёртвых, или томик серии «Жизнь замечательных людей»
***
Сколько бы замечаний не делала Ада мальчишке по поводу постоянный отступлений, она и сама часто уносилась мыслями. Вот и теперь упустила момент, когда Тоша продолжил прерванный рассказ. Но уловить суть оказалось не сложно.
За пустырём, где дети и подростки проводили досуг, находился холм — тот самый, на котором когда-то располагался деревянный дом. Там не росло ничего крупнее лопуха, и всюду валялись камни. Это место окружала дурная слава: людям здесь становилось не по себе, а у подножия холма находилось выжженное пятно. Давным-давно сюда прилетел метеорит, тот самый, который Ада слышала, но не видела. Она только наблюдала странное поведение жителей, в гипнотическом состоянии покинувших свои дома, чтобы окружить горелую землю. Был там и Тоша.
С тех пор никто не хотел подходить к этому месту. Даже самые отчаянные подростки-бунтари опасались совать туда носы. И именно по этой причине рано или поздно они должны были это сделать.
В тот день Тоша поссорился с братом. Кто-то невзначай обратил внимание на старые кроссовки Уголька — старые, дырявые и «каши просят». И Уголёк осатанел. Он кинулся на виновника, не разбираясь, хотел тот его обидеть или нет. Тоша как всегда полез всех успокаивать, но в этот раз утихомирить брата не получилось. Вместо этого парень разразился упрёками: Тошка никогда не вставал на его сторону! Все у него друзья и ничего такого не хотели. Конечно, легко так говорить, когда ты малявка-заика и тебя все жалеют!
Это было правдой и неправдой: Тоша всегда оставался на стороне брата, но и про других не забывал. И его, в отличии от Уголька, в самом деле не трогали и не дразнили. Необычайный такт для склонных к злым насмешкам подростков.
На глазах старшего брата заблестели слёзы. Он развернулся и побежал прочь от остальных детей. Вскоре угловатая фигурка чёрным пятном обозначилась на вершине холма, а затем пропала, исчезнув на противоположном склоне. Тоша бросился за ним, но его пытались остановить: это место с дурной репутацией, только отчаянные сорвиголовы могли туда соваться. Ну или Уголёк,
который и так был странным. А маленьким детям нечего там делать, но Тоша отважно наплевал на это.Подняться в гору оказалось тяжело, мальчик был не только маленьким, но и довольно хилым. Но его труды увенчались успехом: Уголька получилось нагнать. Это было не сложно, ведь он стоял на месте. Застыл над странным, обугленным пятном в центре заброшенного поля…
Дальше рассказ Тоши становился запутанным. Он плохо помнил детали. Вроде бы брат снова нагрубил ему, да так, что сделалось очень больно. Вроде, им обоим стало нехорошо. Как-то загудело в голове и воздухе запахло проводкой. Уголёк вздрогнул и пошёл своей дорогой, оставив младшего брата одного, а тот никак не мог двинуться следом: что-то не давало.
Интересно, что — намагниченная земля? Или дело не в земле, а в каком-то живом существе? Ада вздрогнула. Снова появилось чувство, что за ней наблюдают.
Затем мальчик просто очутился здесь. Совсем как Ада, только попал в другой отрезок истории. В начале его рассказа девушка не могла отделаться от мысли, что отец тоже потерял своего брата. Только вот сестры у него никогда не было, да и со временем нестыковка: тот ребёнок пропал как минимум на десять лет раньше Тоши.
Она вздохнула и спросила, как сильно он скучает по родным? И Тоша ответил, что вспоминает их каждый день, и чаще всех — старшего брата. Между ними существовала крепкая связь. Каким бы тяжёлым ни был характер Уголька, он всё-таки был славным, а ещё таким начитанным и умным.
— Ему б-больше не с кем играть, Сестра всё время игр… л… рала с девчонками, а ребята всё время д-д-дразнили.
— Твой брат уже взрослый человек.
Тоша запаниковал.
— Бедный У… Уголёк!
— Если он вообще жив, конечно, — угрюмо добавила Ада. Ей захотелось это сказать. Она никогда не разделяла мнения, что детей нужно ограждать от страшной реальности.
***
Мальчик совершенно расстроился и пропал на целый день. Ночь Ада провела в благословенной тишине, гуляя по окрестностям и заглядывая в окна. Потом, при лунном свете, она рисовала веточкой узоры на горке пепла, оставшейся от старого костра. Это Надежда выволокла на огород старые тряпки и спалила всё под аккомпанемент причитаний сестры: Анфиса жалела некоторые вещи, но была бессильна против воли этой женщины.
Удержать тонкую деревянную палочку было делом непростым. Она то и дело падала на землю, сквозь бестелесные руки. Требовалось всё усердие, чтобы контролировать процесс, и это сводило с ума. Но Ада продолжала стоять на своём: всё-таки она была художником, а длительное отсутствие хоть какого-то творчество притупляло её ум.
К утру ей надоело сражаться с материей — несколько замысловатых рисунков всё же появилось на месте недавней инквизиции. Скоро пепел унесёт холодный ветер, а если нет — домочадцы решат, что у кого-то из соседей проявились скрытые таланты, или что духи оставили им послания. В любом случае, им будет всё равно.
Когда бледное солнце чирикнуло на горизонте, Ада отправилась в лес, искать мальчишку — так просто, от нечего делать. Девушка успела отдохнуть от его общества и теперь почти волновалась: что, если Тоша решил и вовсе не показываться ей на глаза? Всё-таки она привыкла к нему. Надо заметить, его компания не избавила девушку от ощущения, что кто-то по-прежнему наблюдает из чащи. Может даже кто-то не из числа рядовых призраков.
***
Небольшой участок леса она всё-таки изучила — с Тошиной помощью. Каждое дерево здесь он знал, как свои пять пальцев, но в это время года предпочитал держаться ближе к жилым домам. Почему? Всё просто. Не хотел встретить снежного человека. Призрак мальчика, тридцать лет скитающийся в этих местах, боялся страшного и волосатого Йетти!