Скандинавский эпос
Шрифт:
Конец песни падает на лакуну в рукописи, но он сохранился в «саге о Вёльсунгах» (гл. 21) и в поздних бумажных списках.
Название песни – из бумажных списков.
Отрывок Песни о Сигурде
Сюжет этой и трех следующих песен («Первой Песни о Гудрун», «Краткой Песни о Сигурде» и «поездки Брюнхильд в Хель») – сказание о Брюнхильд и смерти Сигурда. Оно южногерманского (франкского) происхождения и особенно известно по «Песни о Нибелунгах» (ср.: А.Хойслер. Германский героический эпос и сказание о Нибелунгах». М., 1960). Историческая основа этого сказания не поддается установлению. Исторически обосновываются в нем только имена Гуннара (Gundiharius), Гьюки (Gibica) и Готторма (Godomaris). Но в данном сказании они не из истории, а из другого сказания (см. комментарий к «Песни об Атли»). В «Отрывке Песни о Сигурде» сказание наиболее близко к первоначальной форме, – в частности, Брюнхильд еще не отождествлена с валькирией, разбуженной Сигурдом, и Сигурд убит в лесу, «к югу от Рейна» (единствениое южногерманское географическое название, сохранившееся в песнях), а не в постели.
Начало
Хойслер в своей известной работе доказывал, что в лакуне было три несохранившихся песни, а именно «Песнь о соколе» (ошибочно вместо «о ястребе»), «песнь о снах» и «Большая Песнь о Сигурде» (о ней см. комментарий к «Краткой Песни о Сигурде»). В недошедшем до нас начале «Отрывка» рассказывалось, по Хойслеру, о том, как Сигурд проехал к Брюнхильд через огненный вал, как Гудрун и Брюнхильд поспорили при купании и как Брюнхильд потребовала от Гуннара, чтобы он убил Сигурда. Есть и другие попытки восстановить содержание лакуны. Так, Висельгрен доказывал, что в лакуне было только две песни: «Жалобы Брюнхильд» и «Большая Песнь о Сигурде», охватывающая всю его жизнь и включающая эпические строфы о молодом Сигурде.
Хойслер относил отрывок к Х в. и считал его ближайшим потомком франкской песни V–VI вв. Между тем Фрис датировал его началом XII в. (он видел в нем сходство с народной балладой и следы влияния поэзии скальдов).
Первая Песнь о Гудрун
Эта песнь – наиболее законченная из так называемых героических элегий в «Старшей Эдде». Содержание таких элегий – одна трагическая ситуация из сказания и связанные с ней переживания и воспоминания героини. В данном случае использована ситуация из сказания о Брюнхильд и смерти Сигурда (Гудрун, скорбящая над телом своего мужа Сигурда). Хойслер считал героические элегии наиболее поздним и специфически исландским типом героических песен, возникшим не ранее XI в. В последнее время указывалось на близость данной песни (и вообще этого типа песен) к датским и немецким народным балладам на сходные сюжеты. Женские имена, встречающиеся в тексте (Гьявляуг, Херборг, Гулльрёнд), – не из сказания, они придуманы для данной ситуации.
Краткая Песнь о Сигурде
В этой песни подразумеваются те же события, что и в «Отрывке Песни о Сигурде», но трактуются они иначе: в центре внимания оказывается Брюнхильд и ее переживания, ее обманутая любовь к Сигурду. Речи (диалоги и монологи) занимают в этой песни во много раз больше места, чем повествование, причем в них не только раскрываются переживания, но и рассказываются прошлые и будущие события. Сказание о гибели Сигурда имеет в этой песне более позднюю форму: Сигурд убит в постели, а не в лесу. Как доказывает Хойслер, песнь эта (одна из наиболее длинных в «Эдде») называется «краткой» потому, что существовала еще одна песнь о Сигурде – «Большая Песнь о Сигурде» (см. комментарий к «Отрывку Песни о Сигурде»), которая была еще длинней и где речи играли еще большую роль. «Краткую Песнь о Сигурде» называют также «Младшей Песнью о Сигурде», а «Отрывок» – «Древней Песнью о Сигурде».
«Краткую Песнь о Сигурде» обычно считают наиболее поздней из песен на сюжеты из южногерманских сказаний.
В нумерации строф отразилась перестановка, сделанная в издании Бюгге.
Поездка Брюнхильд в Хель
И эта песнь – героическая элегия, в которой трактуется одна ситуация из сказания о Брюнхильд и Сигурде. но героиня здесь не Гудрун, а Брюнхильд (ср.
комментарий к «Первой Песни о Гудрун»). Брюнхильд отождествлена в этой песни с валькирией, усыпленной Одином и разбуженной Сигурдом, а пробуждение этой валькирии и сватовство Сигурда к Брюнхильд объединены в одно событие (ср. «Речи Сигрдривы» и комментарий к ним). Песнь относят к наиболее позднему слою.Вторая Песнь о Гудрун
И эта песнь – героическая элегия, поскольку основное ее содержание – элегический обзор прошлых событий в форме монолога героини. Но форма эта не выдержана: местами речи персонажей развивают действие. Некоторые исследователи считают, что у песни не хватает конца.
В песни рассказывается о том, как Гудрун после смерти Сигурда вышла замуж за Атли. Так эта песнь связывает сказание о гибели Сигурда со сказанием об Атли и гибели братьев Гьюкунгов (см. комментарий к «Песни об Атли»). Но ряд персонажей (Хальв, Тора дочь Хакона, Вальдар, Ярицлейв, Эймод, Ярицкар) не восходят к сказаниям, а придуманы для данной песни. Имена некоторых из этих персонажей (см. строфу 19) указывают на русско-скандинавские связи XI в. Ярицлейв – это явно Ярослав; Вальдар – возможно, Владимир; Эймод – Эймунд (об одном норвежце с этим именем в так называемой «Эймундовой саге» рассказывается, что он был предводителем варяжской дружины Ярослава Мудрого); Ярицкар – вероятно, искажение какого-то русского имени. Неясно, как эти имена попали в песнь. Большую роль в песни играют предвосхищения будущего в виде скрытых или явных предсказаний (строфы 9-10, 31, 34) или вещих снов (строфы 38–43). Есть в песни ряд бытовых сцен, которые всегда привлекали внимание историков культуры (это особенно относится к сценам женского вышивания, строфы 14–16).
В рукописи «Старшей Эдды» (см. «Отрывок Песни о Сигурде») эта песнь названа «Древней Песнью о Гудрун», и раньше исследователи считали ее ранней. Ф.Йонссон в своей истории литературы датировал ее серединой Х в. Между тем Фрис считает, что она возникла в конце XII в. в Норвегии и имела прообраз в датских балладах, которые, в свою очередь, восходили к французским chansons de toile, т. е. «ткацким песням».
Прозаический отрывок, предпосланный песни, знакомит с основными персонажами этой и четырех последующих песен.
Третья Песнь о Гудрун
В этой песни о Гудрун появляются два персонажа, нигде больше в «Старшей Эдде» не представленные, но известные по «Песни о Нибелунгах» и другим немецким произведениям: Тьодрек (в немецкой героической поэзии – Дитрих Бернский, исторически – остготский король Теодорих, умерший в 526 г.) и Херкья (в немецкой поэзии – Хельха, жена Этцеля, исторически – Крека или Керка, жена гуннского короля Аттилы). Мотивы и персонажи немецкой героической поэзии скомбинированы здесь по-новому: Херкья – служанка Атли и его наложница, а не жена, и т. д. Основной мотив песни – испытание посредством «божьего суда» – бродячий новеллистический мотив, связывавшийся в Средние века с многими историческими женскими фигурами. «Божий суд» посредством вытаскивания рукой камня из кипящего котла – обычай христианский, а не языческий, и уже это заставляет считать песнь поздней. Пережитки язычества в песни – клятва на белом камне (строфа 3) и наказанье женщины через потопление в болоте (строфа 11) – едва ли доказательны. Но, может быть, наиболее существенно то, что самый сюжет песни – происки коварной любовницы против верной жены – характерен для средневековых народных баллад, но не для героической поэзии. Песнь обычно относят к наиболее позднему слою в «Старшей Эдде».
Плач Оддрун
Сюжет этой героической элегии не восходит к сказанию о Нибелунгах, хотя некоторые события из него упоминаются в тексте. Характерна, однако, сентиментальная трактовка, которую здесь получают эти события: Атли бросает Гуннара в змеиный ров в наказание за связь с Оддрун, а не для того, чтобы завладеть сокровищем. Гуннар играет в змеином рву на арфе, чтобы призвать на помощь Оддрун, а не для того, чтобы показать свое презрение к смерти. Героиня этой песни, Оддрун, и ряд других персонажей в ней – Боргню дочь Хейдрека, Вильмунд, Гейрмунд – нигде вне этой песни не встречаются (но ср. ниже) и, по-видимому, придуманы для нее. Обильно представлены в песни мотивы, характерные для народных баллад: трактовка любви как непреодолимой силы, жалобы на печальную судьбу, девушка за вышиванием. Точка зрения женщины вообще настолько последовательно проведена в песни, что некоторые исследователи (Могк, Хойслер) считали ее произведением женщины. Чувствуется в облике героини и влияние христианской морали, хотя в строфе 9 использована языческая мифология (имена богинь Фригг и Фрейи). Песнь обычно относят к поздним произведениям этого рода. Позднее могла возникнуть только «Краткая Песнь о Сигурде» (в которой предсказывается история любви Гуннара к Оддрун, – строфы 58–59).
Непоследовательность в нумерации строф объясняется перестановками, которые С.Бюгге делал в своем издании.
Заглавие песни взято из поздних списков.
Гренландская Песнь об Атли
Сюжет этой и следующей песни – история о гибели Гуннара и Хёгни и смерти Атли. Сказание это южногерманского происхождения, и оно особенно известно по немецкой «Песни о Нибелунгах» (см.: А.Хойслер. Германский героический эпос и сказание о Нибелунгах». М., 1960). Форма этого сказания в «Песни об Атли» древнее, чем в «Песни о Нибелунгах». Основное отличие заключается в том, что в «Песни об Атли» Гудрун мстит своему мужу Атли за то, что он убил ее братьев Гуннара и Хёгни, тогда как в «Песни о Нибелунгах» Кримхильда (= Гудрун) мстит, наоборот, братьям которые убили ее мужа Зигфрида (= Сигурда). Более древняя форма сказания отражает мораль родового общества (братья ближе мужа), менее древняя – мораль феодального общества (муж ближе братьев).