Чтение онлайн

не подобает
мечом угрожать,
о наследстве радея!

Регин сказал это Сигурду. Однажды, когда он пришел к Регину, тот его хорошо принял и сказал:

13 Вот пришел
Сигмунда сын,
юноша смелый,
в наше жилище;
он храбрее,
чем старые люди,
битвы я жду
от жадного волка.[484]


14 Я воспитаю
конунга-воина;
Ингви[485] потомок
у нас появился;
будет он князем
самым могучим,
лежат по всем странам
нити судьбы.

Сигурд

был тогда постоянно с Регином, и тот сказал Сигурду, что Фафнир лежит на Гнитахейде, приняв облик змея. У него был шлем-страшило, которого боялось все живое.

 

Регин сделал Сигурду меч, который назывался Грам. Он был таким острым, что Сигурд окунал его в Рейн[486] и пускал по течению хлопья шерсти, и меч резал хлопья, как воду. Этим мечом Сигурд рассек наковальню Регина.

После этого Регин стал подстрекать Сигурда убить Фафнира. Сигурд сказал:

15 Смеялись бы громко
Хундинга родичи,
которые Эйлими[487]
жизни лишили,
если бы конунг
не мстить за отца,
а красные кольца
искать задумал.

Конунг Хьяльпрек дал Сигурду дружину на кораблях, чтобы отомстить за отца. Их застигла большая буря, и они плыли против ветра у какого-то мыса. На утесе стоял некий человек,[488] и он сказал:

16 Кого это мчат
Ревиля кони[489]
по высоким валам,
по бурному морю?
Паруса кони[490]
пеной покрыты,
морских скакунов
ветер не сдержит.


Регин ответил:
17 Это с Сигурдом мы
на деревьях моря;[491]
ветер попутный
и нам и смерти;
волны встают
выше бортов,
ныряют ладьи;
кто нас окликнул?


[Хникар сказал:]
18 Хникар[492] я звался,
убийство свершая
и радуя ворона,
Вёльсунг юный,
теперь я зовусь
человек на утесе,
Фенг или Фьёльнир;[493]
возьмите в ладью!

Они пристали к берегу, человек взошел на корабль, буря утихла.

[Сигурд сказал:]
19 Хникар, скажи мне,
ты многое знаешь:
какие приметы
для людей и богов
перед сраженьем
добрыми будут?


Хникар сказал:
20 Много есть добрых,
знать бы их только,
знамений в битве;
спутник прекрасный
сумрачный ворон
для древа меча.[494]


21 Вторая примета:
если ты вышел,
в путь собираясь, —
увидеть двоих
на дороге стоящих
воинов славных.


22 Есть и третья:
если услышишь
волчий вой,
если увидишь
воинов раньше,
чем будешь замечен.


23 Никто из бойцов
сражаться не должен,
лицо обратив
к закатному солнцу;[495]
те победят,
чьи очи зорки,
кто в сходке мечей
строится клином.


24 Если споткнешься
перед сраженьем —
примета плохая:
дисы[496] коварные
рядом стали —
раненым будешь.


25 Чист и причесан
должен быть мудрый
и сыт спозаранку,
ибо как знать,
где будет к закату;
блюди свое благо.

У Сигурда была большая битва с Люнгви, сыном Хундинга, и его братьями. В этой битве пал Люнгви и все три брата.

После битвы Регин сказал:

26 Кровавый орел
острым мечом
у Хундинга сына
вырезан сзади![497]
Всех сильней
траву обагривший
конунга сын
ворона радует!

Сигурд поехал домой к Хьяльпреку. Тогда Регин стал подстрекать Сигурда убить Фафнира.

Речи Фафнира

Сигурд и Регин отправились на Гнитахейд и нашли там след Фафнира, который он оставил, когда полз к водопою. Сигурд вырыл большую яму возле следа и засел в ней. И когда Фафнир пополз от сокровища, он изрыгал яд, и яд падал на голову Сигурда. И когда Фафнир проползал над ямой, Сигурд вонзил ему в сердце меч. Фафнир затрясся и стал бить головой и хвостом. Сигурд выскочил из ямы, и они увидели друг друга. Фафнир сказал:

О смерти Фафнира

1 Юнец, юнец!
Кем ты рожден?
Чей сын ты, ответь?
О Фафнира ты
свой меч окровавил;
в сердце стоит он!

Сигурд скрыл свое имя, потому что в древние времена верили, что слова умирающего могущественны, если он проклинает своего недруга, называя его по имени. Он сказал:

2 Я зверь благородный,[498]
был я всю жизнь
сыном без матери;[499]
нет и отца,
как у людей,
всегда одинок я.


[Фафнир сказал:]
3 Коль нету отца,
как у людей,
чем же рожден ты?


[Сигурд сказал:]
4 Род мой тебе
еще не ведом,
и сам я тоже:
Сигурд зовусь —
Сигмунд отец мой,
мной ты сражен.


[Фафнир сказал:]
5 Кто тебя подстрекнул,
почему ты решился
жизнь отнять у меня?
Взор твой сверкает,
сын храбреца,
ты с детства был храбрым!


[Сигурд сказал:]
6 Смелость вела,
помогали руки
и крепкий клинок мой;
храбрым не станет
стареющий воин,
если в детстве был трусом.


[Фафнир сказал:]
7 Знаю: если б возрос
на груди у друзей, —
разил бы рьяно;
но, в неволе рожденный,[500]
стал ты рабом
и робеешь, как раб.


[Сигурд сказал:]
8 К чему твой попрек,
что я далеко
от наследья отца!
Нет, я не раб,
хоть пленником был;
я свободен, ты видишь!


[Фафнир сказал:]
9 Слышишь ты всюду
слово вражды,
но прав я, поверь:
золото звонкое,
клад огнекрасный,
погубит тебя!


[Сигурд сказал:]