Не опоздай...
Шрифт:
– О, конечно! Ложись сюда, на кровать, здесь мягко!...
– А ты? Кровать очень узкая…
– А я… я буду охранять твой сон и петь тебе колыбельные, – улыбнулся он, снова целуя ее в висок.
– Нет.
– Что? Тебе будет удобно…
– Иньяцио, я не хочу спать одна… с тем же успехом я могу вернуться к себе и включить твои песни на диске…
– А! – догадался он. – Ммм… что же делать?.. Я знаю, что мы сделаем! Встань, пожалуйста…
Анна выпрямилась, с интересом наблюдая за его действиями. Молодой человек взял в руки одеяло и бросил его на пол, рядом с кроватью. Расправил. Потом швырнул на него подушку. Потом взял сложенное
– Прошу Вас, мадемуазель!
Девушка радостно скинула туфли и прыгнула под покрывало.
– Ты здорово придумал! Иди сюда…
– Я могу?.. – как-то нерешительно спросил он, она взяла его за руки и потянула вниз, и он тоже принял горизонтальное положение под покрывалом. – Такая подушка тебе удобна? К сожалению, других здесь нет…
– А можно, ты будешь сегодня моей подушкой?
– Я? Конечно, все, что ты хочешь!... – обрадовался он, раскинув руки.
Девушка тут же прильнула к нему и положила голову ему на плечо, чувствуя, как его руки мягко обвили ее тело. Они посмотрели друг на друга, и Иньяцио легко коснулся губами ее лба:
– Спокойной ночи, дорогая моя…
– Спокойной ночи, дорогой, – промямлила она, закрывая глаза и утыкаясь носом ему в грудь.
– Доктор приходит каждый день в половине восьмого, – предупредил он.
– Не волнуйся, я успею проснуться и не попадусь ей на глаза…
Иньяцио разомкнул веки утром. Он был счастлив. Его взору предстал потолок. Потом голова девушки, Анна тихо спала, склонив голову ему на грудь и обнимая его руками под покрывалом… Иньяцио улыбнулся и осторожно поцеловал ее в макушку. Потом взгляд скользнул по входной двери перед ним… Юноша вздрогнул и почувствовал, как у него холодеют руки… У самой двери стояла мадам Натэлла и молча смотрела на них! Они спалились! Проспали! Интересно, сколько сейчас времени?... Сейчас еще мсье Франсуа подтянется… и это будет… КАТАСТРОФА! Главный медицинский работник гостиницы скрестила руки на груди и плотно сжала губы, переводя взгляд с него на его подругу и обратно. Она молчала. Вид у нее был явно не довольный. Иньяцио умоляюще смотрел на нее снизу вверх и отрицательно качал головой, крепче прижимая к себе спящую девушку.
– Не надо… не делайте этого… – обреченно шептал он одними губами, умоляя ее молчать, – пожалуйста…
Женщина-врач возмущенно хмыкнула, дернув бровью и, не сказав ни слова, вышла в коридор. Заперла палату снаружи. Ловушка захлопнулась. Анна тихонько пошевелилась и открыла глаза:
– Доброе утро… – улыбнулась она, целуя его в шею, туда, куда смогла дотянуться спросонья.
– Доброе утро, amore, – прошептал юноша, коснувшись ее губами в ответ, – ты хорошо спала?
– Замечательно!...
– Сейчас мадам Натэлла придет сюда… возможно, не одна, тебе надо спрятаться.
Девушка подняла голову и огляделась вокруг:
– Иньяцио, а куда здесь можно спрятаться?... Здесь же даже платяного шкафа нет…
Комментарий к
XXXVII
.Запретный сон... или ловушка наяву Дорогие мои, можно немного расслабиться... но не увлекайтесь... а то вот что бывает, когда люди теряют бдительность!
====== XXXVIII. Ловушка захлопнулась окончательно... ======
Когда Натэлла вошла в палату, Иньяцио полусидел на кровати, читая журнал. Вокруг царил идеальный порядок. Женщина быстро окинула взглядом комнату, придвинула к пациенту стул и села, раскрыв
свой медицинский чемоданчик.– Доброе утро, мадам.
– Доброе утро, Иньяцио, – откликнулась она, вручая ему градусник.
Он молча сунул его под мышку и протянул ей другую руку, на которой тут же была закреплена надувная манжета для измерения давления. Врач заглянула ему в горло и что-то отметила у себя в блокноте.
– Все в порядке?
– Да, показатели в норме… а вот давление «скачет», – констатировала она, зная явную причину его беспокойства.
– Послушайте, мадам…
– Посмотри наверх, – велела она, осматривая белки его глаз.
– Мадам Натэлла… пожалуйста, не говорите ему!
Женщина с интересом посмотрела на пациента, потом достала из сумочки упаковки лекарства и протянула ему в маленьком пластиковом стаканчике две таблетки, налила в другой стакан воды и передала больному. Он послушно выпил.
– Дитекс* пропьешь еще пару дней, – сказала женщина врач, доставая теперь маленький одноразовый шприц и ампулу.
– Мадам, пожалуйста! Мне все равно, что будет со мной, если он узнает… но я не хочу подставлять ее… – Иньяцио схватил руку доктора и поцеловал, – Прошу Вас!...
Она недовольно фыркнула и выдернула свою кисть из его пальцев.
– Перестань, Иньяцио, ты прекрасно знаешь, что я ЭТОГО не люблю!
– Знаю… извините. Не говорите ему ничего, можете требовать от меня все, что хотите…
– Мальчик, я не занимаюсь шантажом, прекрати! – повысила голос Натэлла, вонзая иголку ему в плечо.
Иньяцио на мгновение зажмурился и вновь умоляюще посмотрел на свидетельницу их ночной авантюры.
– Мадам!..
Она закатила глаза и приложила кусочек спиртовой ватки к месту укола. Он снова накрыл ее руку своей.
– Не выдавайте нас, пожалуйста… – прошептал он, услышав шаги в коридоре.
Натэлла закрыла чемоданчик и встала.
– Иньяцио! Я сообщаю управляющему только результаты твоего медицинского осмотра. Но если она попадется ему на глаза – выкручивайся, как знаешь!
– О, спасибо! Она не попадется, обещаю! – обрадовался пациент.
– Хм! – Женщина протянула руку и выжидающе щелкнула пальцами.
– Что? – поднял он глаза.
– Ключ.
– О, нет!...
– Верни мне ключ, иначе мне придется заявить, что его украли!
– Но…
– Иньяцио!
Юноша вздохнул, сунул руку под подушку и положил маленький серебряный ключ от палаты в ее ладонь.
– Мадам, но как же она выйдет отсюда теперь?!
– А это уже твоя проблема! – сообщила Натэлла. – Я тебя предупредила, попадетесь – пиняй на себя!... Здравствуйте, мсье Франсуа!
Последняя ее фраза была обращена к управляющему, возникшему сейчас в дверном проеме.
– Доброе утро, мадам! Доброе утро, Иньяцио!
– Здравствуйте, мсье.
– Как дела у Вашего пациента, мадам? Есть улучшения? – живо поинтересовался мужчина, приближаясь к кровати.
– Да, мсье, я оставила ему только один антибиотик. Температура в норме. Если у Вас больше нет вопросов – я пошла.
– Конечно, конечно, благодарю Вас, мадам! – кивнул управляющий, пропуская ее.
Горничная внесла поднос с завтраком и поставила его на стол. Франсуа снова стал лично сервировать порцию для Иньяцио. Он придвинул столик к кровати и указал взглядом на пищевое разнообразие.
– Раз ты не любишь кашу, здесь фрукты, бекон… и пицца!
– Пицца?
– Ну да! Вот… Ты что, и пиццу не ешь?