Корректор
Шрифт:
– Нет, – твёрдо заявил Орин, – мне надо доставить его в Конвесторий.
Глаза почти закрылись, так сильно чаровник их сощурил. Цвет лица из красного мгновенно перетёк в бордовый. Брови сшиблись как таранящие друг друга галеры.
– Ты его не донесёшь. Слишком слаб.
– Тогда Око снова затеряется, и никто не сможет его найти, – уверено заявил делиаранец, хотя ноги затряслись так, что едва коленки друг о друга не застучали.
– Ну, смотри, – процедил Йотан, рука опустилась, воцарилось неловкое молчание. Чаровник вдруг хмыкнул.
– Значит тебе срочно надо в Конвесторий, а точнее в Имабар? Я могу это устроить, только с
– Око не отдам, – сказал делиаранец.
Недобрая улыбка чаровника стала шире. Между губами сверкнули мощные как у коня зубы.
– И не надо. Сделаешь для меня одно дело, и я отправлю тебя куда хошь, хоть в земли ашш… – он осёкся. – В общем, отправлю куда пожелаешь.
Он замолчал. Орин подождал продолжения и не ошибся.
– Мне нужен новый посох. Этот совсем старый, постоянно подводит. Так вот, недалеко отсюда на высокой горе есть гнездо птицы рух. Поговаривают, что она как сорока перетаскала в гнездо множество самых разнообразных вещей. В том числе и магических. Вроде и посох там есть. Старенький, страшненький, но получше моего. Принесёшь – и я тебе помогу. Ну а нет, доберёшься сам.
Орин задумался. Что-то от простенькой просьбы потянуло запахом смерти.
– Попробую, – согласился делиаранец, – но только если вы перекинете к Имабару меня вместе с отрядом.
– Легко, – сказал чаровник, в глазах проступила радость, но лицо осталось бесстрастным.
Йотан вместе с Орином вышел из башни. Талос подбежал к хозяину, хвост задёргался так неистово, что показалось ещё немного и отвалится. Он и на ручки бы попросился, не будь с хозяина ростом и тяжелее раз в десять. Чаровник отмахнулся от зверя как от надоедливой мухи.
– Отстань, Талос. Кстати, возьми его с собой. Вреда никакого, а пользы о-го-го.
Орин взглянул в пасть безвредного Талоса. Показалось, что клыки никак не меньше кинжала, а челюсти столь мощные, что с одного укуса перегрызут даже лошадиную ногу. Когти на лапах не уступают по длине и прочности клыкам. Теперь понятно почему чаровник никого не боится и ведет себя вызывающе. Ни одно известное Орину оружие и существо не может причинить Талосу ни малейшего вреда.
– А как с ним обращаться? – поинтересовался Орин.
– Очень просто, он прекрасно понимает человеческий язык. Талос лизни его в ногу.
Огромная железная голова метнулась к левой ноге делиаранца. Раздался душераздирающий скрип. Широкий железный язык оставил на наголеннике множество длинных и глубоких царапин. Не отпрянуть Орину удалось с огромным трудом.
– Гора в той стороне, – указал чаровник и развернулся к нему спиной. – Кстати, людей лучше не брать. Они будут только мешать. Хотя если хочешь…
Чёрный провал опустел, удары посоха о деревянный пол затихли. Глаза зверя радостно сверкнули, он забегал вокруг делиаранца как обыкновенная собака. Отряд на краю леса издёргался. Орин видел, как реагируют воины на каждое движение Талоса, особенно к нему. Если бы не крики Дара, они бы понаделали глупостей. А Орин не знал, сможет ли вовремя остановить такое добродушное теперь железное создание. Он помахал им рукой.
– Не ходите за мной, я скоро вернусь.
– Ты куда? – крикнул Дар
– Скоро вернусь, – повторил Орин и тихо добавил: – Наверное.
Даже с такого расстояния расслышал, что говорит Дар. От его слов листва на деревьях свернулась трубочкой, а трава стыдливо попыталась провалиться сквозь землю. Кора на деревьях дружно окрасилась в красный цвет.
– За
мной, пёсик, – приказал Орин.Талос высоко подпрыгнул. Орину чудом удалось увернуться от рухнувшего сверху железного тела. Зверь устремился в лес. Грохот ломающихся ветвей и падающих стволов сушняка – результат встречи дерева и железного лба – предупредили мир о том, что в лес сейчас лучше не соваться.
Талос вел себя как и полагается большой веселой собаке. Крутился, хватал птиц на лету, сшибал шишки с елей, гонял по зарослям зайцев и оленей. Одного даже на дерево загнал. В смысле медведя. Несчастный зверь попытался сопротивляться, но едва когти не обломал. Талосу – забава, а медведь с испугу забрался на самую макушку. Дерево согнулось под его весом. Талос попрыгал вокруг дерева, захотел забраться, но Орин пресёк безобразие. Железный зверь быстро нашёл новую забаву, свернувшийся в шар ёжик закатался среди стволов деревьев.
Горы достигли к закату. Туман из лощин потянул щупальца, словно огромный хищник в поисках жертвы. Птицы перестали голосить и надрываться. В небе беззвучно заметались первые тени летучих мышей. Их писк иголками ударил по ушам.
– Надо как можно быстрее забраться на гору, – подумал делиаранец. – Благо её и горой назвать язык не поворачивается, не выше среднего холма, только склоны крутоваты.
– Талос ты можешь залезть? – обратился Орин к зверю, понимая как нелепо это выглядит со стороны.
Талос вместо ответа подбежал к подножию. Железные когти по самое основание вошли в камень. Зверь с легкостью закарабкался по склону.
– Эй, – крикнул ему Орин, – а я?
Земля под ногами вздрогнула от упавшего тяжелого тела. Орин и испугаться не успел, как оказался на спине железного зверя. Талос полез по почти отвесной стене с такой легкостью, будто идёт по земле.
Солнце будто на прощание окинуло мир прекрасным лучистым светом. Убедившись, что всё в порядке, светило отошло ко сну. Серые сумерки – предвестники ночи – лишили мир красок и цветного разнообразия. Тени приобрели глубину, объём, чёткость. Лес постепенно наполнили крики ночных животных.
Делиаранцу с трудом удавалось удержаться на холке железного зверя. Пальцы до боли вцепились в гриву из стальных волос. Ноги постоянно скользят по крутым бокам. Осталось только зубами ухватиться. А Талосу подъём не доставил никаких неудобств. Железный зверь не издал и звука недовольства, и когда поднялись на ровную широкую площадку, даже язык не вывалился. Зато Орин постарался за двоих. Пот потёк в три ручья, будто мало того, что лез в гору сам, так ещё и Талоса на себе пёр. До вершины осталось всего ничего, но никакого гнезда Орин не заметил. Зато в противоположной стороне площадки углядел чёрный провал, намекающий на наличие пещеры. Делиаранец ещё раз взглянул вверх. Но сумерки сгустились не настолько, чтобы скрыть большое гнездо. Странно.
– Может гнездо в пещере? – сам себе сказал он.
Талос завертел хвостом, пасть открылась, словно он улыбается догадливости попутчика. Длинный железный язык высунулся почти до земли. Плечи Орина от вида длинных клыков передёрнулись, жутковато видеть рядом с собой такую огромную пасть. Зверь повёл носом, глаза упёрлись в провал.
– Ну что ж, придётся идти сюда, – сказал делиаранец.
Как только нога пересекла невидимую черту входа, на стенах вспыхнули факелы, длинный никак не согласующийся с величиной горы ход, словно глотка готового захлопнуть пасть зверя, вынырнул из темноты.