Дикие
Шрифт:
Можно было бы предположить, что здесь собирается обосноваться какая-то другая стая. Но о чужаках совет бы сообщил. Пожалуй, это единственное, что у них действительно хорошо получается – сообщать дерьмовые новости. Ну да не лезут и ладно. А еще сегодня с утра ребята доложили о проблемах на лесопилке. Что-то там с разрешениями и нелегальными эмигрантами. Чушь, конечно, полная, но работа встала минимум дня на три. И откуда растут ноги у этой чуши, я, кажется, догадывался. Только у Макклина могло хватить наглости провернуть подобное.
Я взял глубже в лес и, ориентируясь на запахи и звуки, уже через двадцать минут уткнулся носом в
Внутрь лезть нужды пока не было, территория довольно неплохо просматривалась. Вот только кроме деревьев я ничего не увидел. Ладно, немного прореженных деревьев и выравненной земли. Слух уловил голоса и звук работающих моторов, пилы. Если я правильно помнил карты, то миль через пятьдесят от того места, где заканчивалась выкупленная территория, был выезд на шоссе. Когда-то тут планировали строить завод, так что съезд остался. Надо будет посмотреть, в каком он теперь состоянии. Что-то мне подсказывало, что в достаточно неплохом, как раз для тяжелой техники, возможно, внедорожников.
С шумом упало где-то дальше срубленное дерево.
Есть над чем подумать.
Я развернулся и потрусил назад к домику.
Крис на месте еще не было, расстеленное одеяло и оставленные нами контейнеры лежали там же, где мы их и бросили, не было чужих запахов и следов. Я обернулся, оделся и направился к поленнице. Если мы хотим пробыть тут до вечера, то нам понадобится костер. В конце концов у меня еще были планы на оленину. А жареная на костре – она прекрасна. Кристин точно понравится.
А вот когда и еще через час Крис не появилась, я начал всерьез волноваться и уже собирался отправляться на поиски волчицы, как она сама вылетела из леса. Взъерошенная, с застрявшими в шерсти иголками. Обернулась и, не говоря ни слова, бросилась мне в объятия.
Девушку трясло, дыхание было тяжелым, кожа мокрой от пота, в глаза стоял страх. Почти дикий ужас.
– Крис? Милая?
– Там… - она сглотнула, спрятала лицо у меня на груди. – Там…
– Ш-ш-ш, - я не понимал, что произошло, но чувствовал панику и беспокойство Головастика. Крепче прижал Кристин к себе и сделал несколько шагов в сторону одеяла, укрыл им обнаженное тело, снова обнимая. – Что случилось? Кто тебя так напугал?
– Там… на западе… Недалеко… Недалеко… где старый клен, расколотый молнией… - ее зубы выстукивали дробь, чем больше девушка пыталась говорить, тем сильнее ее колотило. Ей не хватало воздуха, она глотала его так жадно и никак не могла надышаться. – Там труп. Там тело.
– Чье? – я принялся растирать плечи, руки, хрупкую спину. И пожалел о том, что кроме пива не захватил с собой ничего покрепче.
– Я не знаю. Земля вокруг изрыта, понимаешь? Мне кажется, там… Оно там не одно. Целый могильник. Тот… которого я видела – мужчина. Возможно, волк. Он… Его скрутило. То… что я видела, было словно пережевано. Кости торчат, мухи вокруг, птицы уже выклевали ему глаза, почти все лицо съедено, руки… тоже… и… - Крис не договорила, не смогла. Хэнсон согнулась пополам, и ее вырвало.
Я метнулся в дом за водой и одеждой. Когда вернулся, волчица сидела на земле, уткнувшись лбом в колени, и дрожала. Дрожала так, что мне казалось, я слышу эту дрожь.
– Выпей и переоденься - я присел рядом, протягивая девушке бутылку, ставя на землю ее кроссовки.
– А…
– Я позвоню отцу и Арту. А мы с тобой уходим отсюда, как только ты немного придешь в себя.
Кристин потребовалось минут двадцать,
чтобы взять себя в руки. Она ушла в дом, подхватив одежду, а я собирал разбросанные нами вещи.Через час Кристин сидела в кабинете отца перед картой и еще раз рассказывала о том, что видела, сжимая в руке бокал с разбавленным бренди. Ее уже не так трясло, дыхание стало нормальным, только бледность с лица уходить не желала. Хорошо, что волчица внутри Хэнсон успокоилась сразу же, как-только мы оказались на территории стаи.
– Вот здесь примерно, - показала девушка пальцем на точку на карте.
– Ты уверена, девочка? – хмурясь спросил отец.
А я чертыхнулся про себя. Место, на которое указывала Кристин – та самая выкупленная неизвестным территория. Я, видимо, был с дальней стороны забора. Ветер дул в другую сторону, и запах мне почувствовать не удалось.
– Да, уверена. Пусть я и потеряла нюх, но не способность ориентироваться в здешних лесах. Там недалеко шумело что-то, мне показалось, что пила, но я не уверена. Не… - она сделала большой глоток из бокала, – не до того было, - поморщилась, проглотив бренди, снова бледнея.
– Мы закончили, - поднялся я из кресла.
– Марк, - предупреждающе начал отец.
– Мы закончили, - повторил тверже, помогая Головастику встать. – Я провожу Кристин и вернусь.
– Хорошо, - спустя несколько секунд ненужного молчания и пустых раздумий согласился отец. – Тебя искала Эмили, зайди к ней.
Ага, видел я эти десять пропущенных и еще столько же в голосовой почте. Видел, но проигнорировал. Мне сейчас было не до заучки Бартон и ее претензий. Мне совершенно не нравилось состояние Головастика.
– Позже, - бросил через плечо, уже открывая дверь.
До дома Хэнсон мы дошли в молчании, а стоило переступить порог, Кристин без сил рухнула на диван, подтянув колени к груди.
– Тебе надо переодеться, принять душ и лечь спать, - покачал головой, поднимая девушку на руки. – Хочешь, я останусь с тобой?
Кристин подняла на меня взгляд и так же быстро опустила, зажмурилась крепко, сжала челюсти.
– Нет. Иди. Тебе надо идти, - прозвучало твердо и уверенно, но я не верил этим твердости и уверенности. Но… черт! Кристин была права, идти мне тоже надо. Я поставил девушку на ноги возле двери ванной на втором этаже.
– Я побуду с тобой, пока ты не уснешь, - покачал головой. Хэнсон только кивнула.
Уснула она быстро, видимо, бренди все-таки подействовал, примерно через час уже спала у себя в кровати. Дыхание выровнялось, тело расслабилось.
Хорошо. Теперь можно вернуться. Но уходить от нее не хотелось, оставлять одну. Не так все получилось сегодня, как я рассчитывал. Какое-то неприятное чувство сосало под ложечкой и клокотало в груди. Какое-то предчувствие. Чего-то нехорошего…
– Джефферсон, - Бартон стояла у подножия крыльца и снизу вверх смотрела на меня, руки на груди скрещены, губы сжаты в тонкую линию, - из тебя альфа, как из меня дровосек.
– Эм, какого хрена ты опять…
– Потому что ты бесишь меня. И твое поведение меня бесит. У тебя есть обязанности и дела в стае. И Кристин Хэнсон не входит в их число, - хмыкнула зануда.
– Но ты все же отключаешь мобильник и валишь на весь день непонятно куда. В следующий раз ты сам будешь ковыряться в трупе и искать волка, который сделает анализы. Результаты у твоего отца, когда закончишь вытирать Хэнсон сопли, можешь ознакомиться!