Заморье
Шрифт:
По городам и весям разнеслась новость о том, что желательно зазывать на службу побольше драконов, кои болтаются без дела. Ни в коем случае не пугать их расправой, а хвалить и всяческими способами пытаться вовлечь в бравое дело сохранения миропорядка.
В общей сумятице судьба отдельного человека или вурдука уже не в счет, да и кто заметит исчезновение какого-то короля и бывшего разбойника. Так оно и случилось. Уж никто и не вспоминал о двух безумцах, что рвутся прямо в лапы доров, видимо потому что некому и вспоминать. Подданные и любимая королевича сгинули, а орден Удулук лучше и не учитывать, ибо там давно считают отряд почившим и ждут агента Сару со дня на день с прекрасным отчетом о проделанной работе по устранению двух недоумков. Требовалось отвлечь троллей, чтобы те увели побольше войск с юга, а значит — оставили
О всех этих премудростях еще предстояло узнать удачливым беглецам из Свирда.
Погоде стоило еще бы побаловать путешественников ярким солнцем и ясным небом над головой, но к обеденному времени приветливая равнина решила вновь показать резвый характер, и из отяжелевших грузных туч стало по началу моросить, а затем небосвод и вовсе прохудился, заливая луга и поля реками влаги. Тогда, собственно, и пришла в голову Данку мысль поскорее найти временное пристанище. Вир лишь поддакивал и нисколько не пытался разговориться. Болтливый Арсел тогда же и придумал вести монологи вслух с самим собой:
— Где же эта ваша деревенька?! Дарстумом зовется, кто же придумал такое название? Кому бы в голову взбрело строить здесь что-либо, глупое место. Что за края? Ни хибары, ни одного признака жизни. Занудство сущее. Не могут здесь люди жить, не говоря уже о нас, громилах. Мы такие области обходим, нет в них ничего путного, — все говорил без умолку Данк, а сам посматривал на Вира — нового Вира. Такие внешние изменения нельзя было не отметить, но про себя. Может, это всего лишь действие магии?! Зачем? К чему? Вурдук не стал комментировать внешние изменения сотоварища, пусть человек сам себе там химичит…
Антвар помедлил с ходом, что не мог не заметить Арсел, бесполезно подергивавший за узды, пытаясь привести в чувства жеребца.
— И ты тоже выкручиваешь финты! Всем заведовать сегодня приходится мне. Давай, быстрее!!! — понукал коня Данк. — Я знаю, что тебе тяжело, ты устал, выдохся, совсем чуть-чуть осталось. Доплетемся вот до магического села, и там наполнишь брюхо вкусным овсом.
Не только человеку характер показывать. Заегозил Антвар из стороны в сторону, не-то пытаясь скинуть седоков, не-то предупреждая о чем-то. Не хватало лишь раздражающего ржания и оно последовало тотчас, после угрожающего топанья копыт о землю. Змей здесь не водилось, а посему страх жеребца передался и вурдуку, мол, если уж не гадюки ползают, то жди иного — не менее пугающего сюрприза:
— Что здесь не так?! Антварушка, совсем ты ход сбавил. Не останавливайся только. От тебя зависит — будет жить моя разлюбезная или сгинет!
Уговоры не подействовали, ибо животное встало, как вкопанное, и далее следовать по намеченному пути не намеревалось. Арсел щучкой спрыгнул вниз, оставив мага сидеть морковкой наверху, а сам принялся воспитывать животинку, подталкивая ее сзади. Данк упирался, как мог, вгрызся в землю, вырыл настоящую траншею ногами, но все тщетно.
— Ах, ты скотина эдакая! Я что тут должен с тобой разговоры разлюбезные вести что ли?! Ну, ладно-ладно, забудь, я не оскорблял тебя, вырвалось. Антварушка, пожалуйста, пойдем вперед, ути-пути. Хрен тебе на постном масле! Быстро пошел, иначе огребешься по-полной, — угрозы Арсела явно насмешили хвостатого собеседника, заржавшего непривычно человеческим голосом. — Ты еще издеваться
надо мной будешь? Вот тебе!!!Вурдук сил не жалел и ударил со всей силой коню по пятой точке кулаком. От чего пышногривое возжелало ответить, чтобы не оставаться в долгу и завезенило копытом промеж глаз великана. Данк подкосился, как молодая березка, и рухнул с удивленной физиономией и метким, аккурат на переносице, следом от подковы.
— Видимо подковка-то на счастье. Теперь тебе точно везти будет во всем, — пробудился от забытья маг, подкалывая незадачливого попутчика.
— Ох уж и сволочная же у этого копытного натура! Так звездануть по моей и без того прохудившейся голове, — стонал вурдук, потирая пострадавший лоб. — Говорят конина — вкусное мясо, не так ли, мой славный коник?
Вопрос явно был не по душе зверю, и он осуждающе рыкнул, как собака, мол, нечего даже такие разговоры заводить, а по балде получил заслуженно, следующий раз несколько раз подумаешь, прежде чем животинку тиранить.
Общение великана с парнокопытным очень повеселило Вира, он хохотал, как обезумевший — возможно, так выходил накопившийся стресс. Хотя бы чуть-чуть, но стоило выпустить пар. Тем более что необычный диалог продолжался:
— Ты что о себе думаешь?! Совсем очумел что ли, или тебя давно не гоняли как сидорову козу?!
Конь вновь заржал, слегка оскалив зубы и тряхнув гривой.
— И нечего со мной спорить, выпендрежник! Чего ты наше время тратишь? У нас еще столько дел. И найти Дарстум, чтоб его! Может, ты нам его найдешь?
Антвар еще пуще показал белоснежные челюсти и затопал передними копытами, как будто пытаясь сказать что-то сверхважное.
— Вот именно, злится он! Из-за тебя мы не поспеем вовремя в эту деревню. Все насмарку из-за лошади! — жаловаться хотелось, но кто бы еще слушал разозлившегося вурдука?!
Тем более что жеребец повел себя сверхстранно, наконец, сойдя с того места, где он упорно стоял. Вир только и успел, что схватиться за поводья. Антвар сделал пару шагов, а затем почтенно склонил передние ноги и грузную голову так, что король чуть не перелетел через скакуна.
Совсем рядом, почти под носом короля, зазвенел голосок:
— Да иду я, иду! Давно уже знаю, что вы прибыли, но ведь столько дел, сейчас я вам открою.
Арсел подскочил в надежде отыскать около себя незнакомца. Нечто подобное сделал и маг. Но обнаружить гостеприимного хозяина здешних краев не вышло. Совсем близкое шуршание заставило напрячься и схватиться за Аверх и угрожающе выставить руку с поблескивающей Спятью в то направление, откуда исходил шум.
Прямо перед путниками занялась вспышка золотистого света, а на ее месте мелькнул сначала ярко-красный прямоугольник. Мерцание поутихло и глаза вновь стали воспринимать окружающее пространство.
Посреди цветастого луга стояла "по стойке смирно" обыкновенная дверь с поблескивающим окоемом. Некто с уже знакомым голосом шагнул из появившегося проема вперед навстречу незнакомцам. Правда, сделал это весьма и весьма по-особенному. Предоставив пятой точке почетное право вынырнуть из невидимого мира первой. Кряхтя и переваливаясь, как неваляшка, пышнозадый, наконец, полностью вписался в косяк. Фигурка, склоненная в три погибели, приняла исходный вид — выпрямилась. Было из-за чего издавать звуки стона и страдания трехсотлетней ведуньи. Руки упорно тянули мешок, определенно набитый чем-то сверхтяжелым. Видимо, совесть у старика пробудилась, и он повернулся лицом к отряду.
— Что тащим, дедок? — хитрый взгляд Арсела видимо означал, что вурдук повстречал коллегу по воровскому цеху. — Ну, что бандит, небось, обворовал и без того бедную семейку?
— Что ты, что ты ирод! Как ты смеешь даже думать о таком! Никогда не промышлял и не стану, даже в самый трудный этап жизни, — как мог оправдывался Васарий — единственный житель невидимого Дарстума, плотный низенький чуть больше полутора метров старичок с коротенькой бородкой, с синюшными, как небо, глазами, с гномьей шляпой и отличным добротным коричневым сюртуком, стянутым по талии с большим количеством карманов и смешными белыми ретузами, определенно сшитыми для местной жары, а замшевые остроконечные туфли дополняли и без того весьма импозантный вид. — Картошка там, урожай нынче хороший, грех жаловаться, я полагаю, вы сюда пришли не о моих житейских делах расспрашивать?! Проходите, не бойтесь, за порогом мир и спокойствие вас ждет, сюрпризов не будет.