Заморье
Шрифт:
Все же Спять не покидает сознание хозяина ни на секунду, и даже в самые приятные моменты (например, любовь) помогает как может. А может она многое. Посему прелестный королевич уже стоял, как солдатик, по стойке смирно, еще и сумел сохранить жизнь жеребцу, вовремя сгруппировавшись. Что ж, кажется, это был первый случай, когда Виру удалось переплюнуть магичку, приятней в двойне, если сил-то особых не потребовалось. И Спять не протестовала и не тиранила тело мага — все бы хорошо, но только гости пожаловали…
Меткие стрелки из армии Фрила еще совершили оценивающий кружок прежде чем приземлиться, обернувшись в человеческий облик. Добрых посиделок ожидать не стоило. Правитель встал в обороняющуюся стойку, вытянув угрожающе руки вперед. Браслет заблистал привычным голубым светом, а тело принялось наливаться приятным холодком с ног до головы. Ладони окрасились
— Ну, что малыши, потанцуем!!! — наглость и смелость Вира приободрили отряд и вызвали невероятный гнев у визитеров. Карки в миг отбросили перья как змеиную чешую и бросились из огня, да в полымя.
Момент истины всегда приходит, когда его совсем не ждешь, и обязательно бьет прямо в темечко или уязвляет до глубины души.
Светлый небосвод в мгновение затянулся темным, как черный саван, тучами. Пронесся в вышине всполох грома, задул сильный ветер. Задрожала и затрещала под ногами земля, словно ее разрывали на несколько частей. Не видавшая доселе потрясений равнина, раскололась на десятки островков, меж которых разверзлась черная, как смоль бездна, уходившая на бесконечное расстояние к центру Заморья, к его ядру. Видение сбывалось. Отряд попал в магическую ловушку, оказавшись в изоляции на одном из таких обломков, как на дрейфующей льдине. Повернуть процессы вспять можно было лишь одним способом — отвернуть шеи душегубцам, чернокнижникам. Хоть они были в наличии, коими и предстояло заняться.
Перед Виром, в совершенно наглой позе, с выдвинутой вперед ногой, стоял Квик — придворный советник, пакостник, ищущий теплое местечко в этой жизни и готовый продать душу кому угодно, лишь бы заплатили и подороже. В руке мерцало лезвие двуручника, а в глазах сущее безразличие за судьбу человечества. Да и зачем приспешник Фрила вдруг удумает вести философские рассуждения на данную тему. Все просто. Добить выжившего хозяина и заскочить на ступеньку выше в рангах нового повелителя. К тому же человеческая природа изменчива, как пластилин. В руках опытного волшебника можно состряпать любое чудо и главное — отобрать душу. В этом можно было убедиться сразу. Вглядываться в лицо Квика особо не пришлось. На мага глядели полные ненависти глаза, кудрявые стриженные волосы преобразились в косу, а цвет с русого сменился на жгучего блондина. В росте тоже произошли метаморфозы — советник осунулся и больше походил на сгорбившегося старика, в пропорциях внешних случились лишь плюсы — прибавилось мышц, от этого радости для королевича было мало. Со всей этой мощью нужно было как-то справляться и по возможности в короткий срок.
Карки не стали вступать в разговоры, а определились мгновенно с жертвами. Арсела, зажатого Соахом, следовало высвобождать любыми средствами. К вурдуку метнулся с кинжалами, обрадовавшийся неуклюжести Данка, спутник Квика, здоровенный детина, под два метра ростом. Видение сбывалось, человечьей головы не было, зато торчала бычья — с безумным оскалом, полным ненависти ко всему живому. Карки определенно мутировали или им активно помогал Фрил. Так или иначе, но новое поколение головорезов становилось все более противным на вид.
Вир еще мог повлиять на судьбу сотоварища. Король совершил кувырок в сторону вурдука, лежавшего под тучным крупом лошадки. Над головами горе-путешественников взметнулась секира и на долю секунды оружие убийства блеснуло хилым серым оттенком.
— Завара астра брум!!! — завизжал король, как испуганный юнец на сумасшедших каруселях, а по традиции стоило еще и зажмуриться, что собственно Вир и сделал. Выкрик получился смачный, а подсказанная Спятью фразочка в купе с предоставленной магией отшвырнула ужасного карка в сторону, как теннисный мячик.
Саре нашлось работенки не меньше. Квик поленился действовать самостоятельно, а посему скомандовал Ванхину, младшему из всех оборотней, худющему, но высокому голубоглазому пареньку с короткой, как ежик, стрижкой:
— Девчонку уничтожить и без выпендрежа, не надо устраивать красивых схваток, вы не на чемпионате по фехтованию.
Задание выполнить не удалось. Мирка совершила кульбит в воздухе и обернулась в огромную белую кошку, представ перед гостями в новом обличии.
— О…еть. Это что за дрянь то с нами была все это время? — несмотря на боль от прижатой конем ноги, Арсел на мгновение оторопел, посматривая на мирку в амплуа хищницы. — Я же оборотней страх как
боюсь, причем с детства, чтоб ее, капец, она же могла нас сожрать в один присест. Я тебе сразу говорил, она какая-то не такая, нюхом чуял же. От этих женщин одни сплошные неприятности. Черт! Черт! Нога! Вытащи меня отсюда! Кажется, вон тот страшила поднимается или иди и добей его! Делай что-нибудь, Ваше Величество!Уважительное обращение, выкрикнутое в муках вурдуком, воодушевило короля, и он принялся поднимать тушу одной левой, не заметив съежившуюся, как сухофрукт физиономию шокированного воришки.
Вир сдвинул одной рукой (вот так дела!) кобылу и аккуратно уложил ее на землю немного в сторону. В пору было освободившемуся Данку плясать от радости, но нога решила немного покапризничать, а именно поэтому громила с трудом привстал, встречая уже пришедшегося в сознание карка. Подступающий и уверенный в своих силах Квик наслаждался ситуацией, как церемонией, а посему не спешил с расправой. Смена настроения советника всегда критиковалась королем, и даже в новом обличии, предатель продолжал соответствовать своему амплуа нерешительного, вот и сейчас былой приказ Фрила — не разводить церемоний, а хладнокровно избавиться от соперников — ушел на второй план и оборотень решил-таки заговорить, не позабыв подколоть:
— Похвально! Человек помогает вурдуку! Такого я не видел очень давно, если видел вообще. Вурдуки вроде как сущая грязь, отбросы общества, а тут сам король, вернее — бывший король, спасает оборванца. Ну, что, выжил, значит?! Это я поправлю, — благотворительности ожидать от оборотня не стоило, а посему, в следующий момент, Вир лицезрел освирепевшего Квика, устрашающе кидающегося, растопырив руки, как кот, спрыгнувший со шкафа на мышку. Острие клинка метилось аккурат в сердце короля.
Маг увернулся, наблюдая, как карк хватается в рассвирепевшем состоянии за пустой воздух. Пинок под зад от самого короля можно было рассматривать как курьез, если бы не безумство в глазах оборотня. Сей жест лишь раззадорил нечисть. Бывший советник обернулся, обнажив клыкастую пасть.
Боже, что же с тобой сделали?! Мерзость-то какая! Кто же ты теперь?! Новый вид тролля? Доработанный Фрилом гоблин?! Оборотень?! Или все вместе?! Не важно. Никогда не убивал, но сейчас выбора нет. Это уже не человек, а простая оболочка. В нем не осталось ничего человеческого, и уж если он жаждет моей смерти, то не сбыться его мечте.
Мог ли читать Фрилов монстр мысли Вира, но Квик улыбнулся "прелестной" улыбкой душевнобольного, а вслед за короткой любезностью последовал выпад меча. Король крутанулся, как юла в бок, наблюдая, как проносится лезвие остренького железа.
Пора и тебе обзавестись защитой! Лишь подумай о том, какой меч тебе нужен и он будет у тебя, только кумекай быстрее, пока он тебя в колбасу не порубал!!!
Лучше потом критиковать Спять, нежели сейчас, за несвоевременный совет, поплатиться жизнью.
Вир воспользовался воображением, сформировал в руке добротный меч и тут же ринулся бесстрашно в бой.
Белая пушистая кошечка, размером с буйвола, тоже не стояла на месте. Лучшая защита — это нападение, а потому, издав привычное для братьев наших меньших шипение, голубоглазая преобразившаяся волшебница закусилась с Ванхином. Оборотню тьмы тоже возжелалось принять один из привычных обликов, на сей раз выбор пал на большого пухнатого волка с приличного калибра клыками. Что ж, если бы Сара сейчас пребывала в теле человекообразного существа, то от "легкого" страха перед такой машиной для убийства как Ванхин сглотнула бы слюну и сказала бы "Однако, собачка-то несколько большевата, а сама я не вкусная!". Шанс на то, чтобы смыться с поля брани не представился, а посему, если и драться, то, засучив рукава и с доблестным желанием отомстить за все. Для пущей гневности, мирка попробовала представить в лице (скорее морде) противника собирательный образ всех мужчин. Вполне получилось, ибо дивчина сходу вгрызлась в толстую, как бревно, шею перевертыша. Дуэлянт взвыл, как миллионер, потративший все состояние на лотерейные билеты, не успев даже встать в устрашающую позу и окончательно задавить своим видом психику удулучки. На веку Сары значилось с десяток невольных встреч с собратьями, и все они заканчивались выяснением отношений. Доселе же причиной схваток становились совершенно мелочные причины, при этом участники побоища знали заранее, что все закончится в худшем случае чьим-то оторванным ухом. Сейчас же решался вопрос кому жить, а кому стать жертвой.