Выбор
Шрифт:
– Что ж ты, Кайлус, - расхохотался король.
– Неужто боишься? Ведь ты говорил, что готов к смерти. Что же случилось?
– Довольно глумиться надо мною, - взглянув на Эйтора, презрительно бросил лорд.
– Ты в праве наказать меня за мои поступки, но не смей потешаться. Не забывай, государь, что род мой двое древнее твоего!
– К демонам, - раздраженно бросил король.
– Рамтус, заканчивай с ним!
Рыцарь вновь занес топор высоко над головой, собираясь с силами. И в тот же миг Эйтор громко крикнул:
– Руби!
Сверкнуло лезвие топора, раздался чавкающий звук удара, и голова Кайлуса, подлетев на несколько футов
– Все, хватит, - через плечо бросил король.
– Похороните их, как положено. И будьте готовы отправляться в путь - Надолго мы в этой дыре не задержимся!
– тихо промолвив затем: - У меня и так накопилось много дел.
А Рупрехт, следуя за королем, направившимся в замок, вновь лишившийся своего хозяина, покосился на Дер Винклена, и, невесело усмехаясь, произнес так, чтобы слышали только они двое:
– Боюсь, что после этих дел у нашего доблестного Рамтуса все руки будут в мозолях от топорища.
Король оказался хозяином своему слову - замок покинули не следующий же день, взяв всех коней, какие годились под седло, и еще несколько подвод для припасов и раненых бойцов. Отряд двинулся по тракту на юг, в сторону далекой еще столицы. Но путь не был прямым - маленькое войско сворачивало с дороги всякий раз, стоило только на горизонте появиться очередному рыцарскому замку. И всякий раз повторялось одно и то же - под звуки труб перед государем распахивались ворота, и навстречу Эйтору выходила целая процессия, на разные голоса прославляя милость законного владыки Альфиона. А затем был пир, заканчивавшийся хорошо, если под утро, а скорее - лишь тогда, когда ни у гостей, ни у хозяев уже не было сил чтобы оторвать от стола очередной кубок, до краев наполненный сладким вином.
– Ублюдки, - презрительно бросал король, с натянутой улыбкой выслушивая славословия из уст очередного полунищего рыцаря.
– Вероломные твари! Они будут лизать ноги тому, в ком ощутят силу, хоть на мгновение. Готовы, как бездомные псы, хватать кости из рук всякого, кто приласкает их, и отгрызть те же руки, стоит лишь на мгновение зазеваться. Думали отсидеться в стороне, пока мы с Эрвином делили корону Альфиона, а теперь спешат исправить свою ошибку. Мерзкий скот! Трусливые шавки!
В прочем, во время торжественных пиров, или просто принимая ключи от очередного замка, король милостиво выслушивал всю ту ложь, которой потчевали его перепугавшиеся, растерявшиеся не на шутку при вести о внезапной кончине Эрвина дворяне. Это была часть игры, правила которой изменить было не по силам даже владыке целой державы.
По пути к Фальхейну отряд Эйтора несколько увеличился в числе, превысив вскоре полторы сотни. Частью маленькую армию пополнили воины тех самых рыцарей, что старались всеми правдами и неправдами заверить государя в своей верности, но к отряду примкнуло также и некоторое количество бойцов, чудом уцелевший на равнине Локайн. Им Эйтор был рад, а те радовались, вновь увидев короля, не только целого и невредимого, но еще и ухитрившегося одолеть своих врагов. Силы Эйтора росли, а столица с каждым днем, проведенным в пути, становилась все ближе.
Правда, в дороге случались и неожиданности. Приблизившись к очередному замку, над шпилями которого не было даже знамени, королевская свита - Эйтор вырвался вперед
отяжелевшей, обросшей обозами колонны, взяв с собой лишь три дюжины всадников - остановилась перед распахнутыми настежь воротами. Но никто не спешил встречать идущего с победой государя.– Кажется, там, за стенами, никого нет, - неуверенно произнес Рамтус, чьи слух и обоняние упорно не желали улавливать хоть какие-то признаки жизни по другую сторону ворот.
– Думаю, этот замок брошен, причем отнюдь не вчера, господин.
– Занятно, - задумчиво промолвил король.
– Но, раз он пуст, никто не помешает нам войти внутрь. Вперед, за мной!
Бряцая железом, отряд рассыпался по внутреннему двору, изрядно захламленному и грязному. Всадники, напряженные, угрюмые, обшаривали окрестности суровыми взглядами, лаская рукояти клинков и ложа арбалетов. А замок смотрел на незваных гостей черными, холодными проемами окон, и только крысы сновали всюду в поисках чего-нибудь съестного.
– Действительно, пусто, - сообщил один из воинов, вернувшись с разведки.
– В донжоне никого нет. А пыли и паутины там столько, что замок наверняка пустует уже не меньше седмицы, мой король.
И в этот же миг внимание солдат привлек какой-то шорох в конюшне, также выглядевшей совершенно пустой. Пятеро воинов, бросившись туда, на ходу обнажая мечи, спустя несколько мгновений выгнали во дворе горстку грязных, облаченных в лохмотья людей, женщин, детей, стариков.
– Смотрите, смотрите, это же король, - испуганно перешептывались люди, толкая друг друга.
– Сам король Эйтор!
Правитель Альфиона, морщась и презрительно оттопыривая губу, обвел безразличным взглядом горстку оборванцев, вокруг которых стояли с клинками наголо верные воины, готовые прикончить любого, кто посмеет злоумышлять против их правителя.
– Милостивый господин, - дряхлый дед кинулся на колени перед королем, с первого взгляда найдя его в толпе.
– Милостивый господин, пощади нас, прошу! Мы пришли сюда не с дурными намерениями, а просто, чтобы спасти свои жизни, и впредь верно служить тебе, повелитель!
Женщины хором заголосили, им вторили разревевшиеся от страха дети, и воинам пришлось долго надрывать глотки, чтобы восстановить порядок.
– Кто вы такие, - требовательно произнес Эйтор.
– И почему прячетесь здесь, словно воры? Вы что, решили ограбить жилище вашего господина, пока его самого нет?
– Что ты, что ты, господин, - замотал головой старик.
– Как же мы смеем? Хозяин замка бежал, узнав о твоем приближении. Он с первых дней мятежа поднял над стенами знамя Эрвина, и теперь, испугавшись возмездия, исчез вместе с несколькими преданными слугами. В его феоде больше некому поддерживать теперь порядок, и здесь объявились разбойники. Они приходят в наши села, убивают мужчин, насилуют женщин, грабят наши дома. Мы укрылись за этими стенами в надежде, что грабители сюда не сунутся.
– Выходит, это замок одного из предателей?
– переспросил Эйтор.
– Великолепно, - хищно ощерился он.
– Предать здесь все огню. Сжечь все, разрушить, уничтожить! Пусть дым пожара увидят все ублюдки-предатели по всему Альфиону!
Король отдал приказ, но воины замерли в замешательстве - не так-то просто взять, и выгнать целую толпу баб с малым детьми, и уж тем более нелегко поднять против них оружие. Но король был непреклонен.
– Спалить все дотла, - велел Эйтор.
– Весь этот сброд - долой! Пусть прячутся в лесах, в болотах, где угодно.