Чтение онлайн

На лужайке, перед особняком, в странных позах застыли пять мужских фигур.

Один из них лежал широко раскинув руки и орал благим матом выпучив блестящие в темноте глаза. Рядом с ним сидел, жалобно подвывая второй и кажется плакал. Третий, вывернувшись штопором, цеплялся за ограду и без остановки повторял: «Отпустите меня! Отпустите!»

Двое других, сцепившись руками, стояли на коленях и, глядя друг другу в глаза, просто орали без слов. Один густым басом, второй фальцетом. Получалось даже красиво, но очень громко.

Где-то хлопнула

дверь. Залаяли собаки.

— Ну вот, — всплеснула руками Алька, — теперь разговоров не оберёшься.

Катания мигнула дымкой магии и воцарилась тишина.

— С соседями сама разбираться будешь, — буркнула Алька и пошла разбираться с нарушителями спокойствия.

Собственно говоря, разбираться особо было нечего. Алька узнала незваных гостей.

— Всё ни как ваша мадам успокоится не может? — обратилась она к ближайшей паре.

Те только глазами хлопали. Даже кричать не пытались.

— Жадность — это порок, глупость — беда, а жадность с глупостью — это уже диагноз. Вы когда свою хозяйку увидите, постарайтесь ей это объяснить. И ещё передайте, что в следующий раз она так просто не отделается.

— Лично я считаю, что её заведению место за городской чертой, — высказала своё мнение Катания, — думаю, что со мной многие согласятся.

— Вот, вот. И общественное мнение передайте. Ей бы сидеть ниже травы и молчать в тряпочку, а она, по своему скудоумию, на неприятности нарывается.

— Так я их отпускаю?

— Отпускай, а то они нам всю травку затоптали.

— К утру и следа не останется, — с материнской нежностью Катания погладила слившуюся с ночной темнотой траву. — Я же говорила — отличный газончик…

Освобождённые мужчины, передвигаясь на цыпочках, словно балерины на пуантах, поспешили покинуть территорию Дома „Шанель“.

— Не забудьте передать наши слова, — прокричала им в спину Алька, — Надеюсь новых встреч у нас с вами не будет.

— Думаешь она больше не сунется?

— Не знаю, — пожала плечами ведьма. — Бабушка вспомнила, что это Валис хотела помещение снять. Говорила, что под гостиницу.

— Знаем какая это была бы гостиница. Хотела арендовать, а когда увидела, что мы здесь сделали, решила отжать. Наверно подумала, что дешевле будет банду нанять, чем самой ремонт делать…

— Будем считать, что трёх неудачных попыток ей достаточно для того чтобы начать думать о чём-нибудь другом.

— О спасении души, например, — рассмеялась Алька.

— Если есть, что спасать… — присоединилась Катания.

— Девочки, — объявилась заспанная Мелина, — вот вам тут весело, а я есть хочу.

– -------------------------------------------------------------------

Дорогие и уважаемые мои читатели.

Мне очень нужна моральная поддержка. Без неё я чувствую себя очень неуютно.

Мне очень хотелось бы знать ваше мнение. Интересна ли вам история? Увлеклись ли вы? Можете даже поругать если считаете, что я этого заслуживаю…

Но вы молчите и мне очень одиноко и беспокойно.

Ваш, неуверенный в себе

автор.

— Мне кажется, что вышивка по подолу простит, — говорила своей приятельнице тучная дама, разглядывая на той новое платье.

— Не придирайся Зита. По-моему очень элегантно, — дама в обновке покрутилась на месте и присела в глубоком реверансе. Окружающие зеркала покорно и равнодушно повторили за ней все движения. — Это очень популярный фасон…

— В том-то и дело, что популярный, ни какой оригинальности, — осталась при своё мнении толстушка.

— Зато твоё — сама оригинальность, — с намёком на иронию заметила её подруга.

— Ты не поверишь, но эта блестящая идея пришла мне в голову когда я смотрела в потолок, — ирония осталась незамеченной.

— У тебя на потолке бантики? — удивилась приятельница.

— Нет конечно, просто я увидела волны…

— А бантики тогда откуда?

— Ну волны же надо как-то закрепить…

— Не знаю, — протянула в задумчивости консервативная дама, — может быть парочки бы хватило…

— Парочка просто не видна, я пробовала… Ещё полчаса и сама всё увидишь.

— А не провести ли нам это время в ресторане. Там отличные пирожные. Ты что вчера не пробовала?

— Вчера мне было не до пирожных.

— Зита, неужели ты была свидетелем скандала?

— С самого начала, — похвасталась подруга.

— Что же ты молчишь? Я уже столько версий услышала, что просто не понимаю какая из них заслуживает доверия.

— Конечно же моя. Я стояла рядом с бедной Монитой, когда этот нахал ей шепнул на ушко, что в этом нижнем белье она будет неотразима.

— Как же тебе удалось услышать, если он шептал?

— Это только так выглядело, что шептал, а на самом деле все слышали.

— Бедная Монита. А что её муж? Он тоже слышал? Говорят он был рядом.

— Ну да. Конечно же он услышал.

— Не будь его рядом Монита могла бы просто не обратить внимание.

— Но ведь столько свидетелей! Ещё и муж рядом. Она попыталась возмутится. Говорит — я вас впервые вижу…

— Ну конечно. Что ещё можно сказать в подобном случае.

— Она могла говорить всё, что угодно, всё равно ни кто не слушал. Мужчины уже между собой стали разбираться. Дело чуть до дуэли не дошло.

— Монита просто обязана была вмешаться и не допустить кровопролития.

— А что она могла сделать?

— Ну я не знаю. Из-за меня мужчины никогда не дрались…

— Она рыдала. Рыдала довольно громко. Мы все её утешали, но в нашу сторону даже не смотрели…

— Мне сказали, что Монита просила чтобы ей дали яду…

— Насчёт яда я не слышала, но она говорила, что после такого позора жить не сможет.

— Бедняжка, — вздохнула сочувственно дама с вышитым подолом, — надо бы её навестить. Пережить такой позор… Она должна знать, что вся эта мерзость нашей дружбе не помеха.