Созвездие Девы
Шрифт:
– Имей в виду, – погрозила ведьма худым пальцем, – если ты успел забросить удочки, не посоветовавшись со мной, не посмотрю, что тебе тридцать пять, и выдеру, как мальчишку!
Артемий заметно смутился, и уши покраснели.
– К кому же мне обращаться, Елена Михайловна?
– Например, в РИИЦМ. Леонид ведь оставил тебе телефон, вдруг передумаешь насчет статьи?
– Какой статьи? – нахмурилась я.
– Естественнонаучной. «Новое слово в магии: лечение летаргиса возможно» или «Летаргис и жизнь: любовь побеждает всё», – Елена взглянула на нас темными глазками-бусинками.
– Да не обращался я никуда! А этот Леонид… Не до того мы спелись, если помните, чтобы шептать друг другу в ушки!
– Не убедил. Зная твою деятельную натуру…
Петрова выслушала историю вчерашних похождений, покивала и попросила еще чаю. Очень понравился ей мамин английский чай, она даже сунула нос в кружку и с удовольствием понюхала.
– И что вы скажете? – нетерпеливо спросил Воропаев. Его можно понять: наставница пять минут смаковала ароматный напиток, вздыхала и всерьез озабоченной моей судьбой точно не выглядела.
– «Два» тебе по «Магическим формам и свойствам», без права пересдачи. И хотя случай довольно редкий, не узнать его – просто кощунство! Преступление против стольких лет работы! Ужас! Позор! Не знать «Магические формы…»!
– Елена Михайловна…
– Да, я слегка увлеклась, но, Артемий… Ты инициировал «полукровку» и сам не понял, что сотворил! Разве это нормально?
Не слишком приятное словечко. Я нашла руку Воропаева и чуть сжала ее под столом, но ответное пожатие было ободряющим и радостным.
– Вы шутите?
– А я похожа на шутницу? Понимаю твою радость, но объясни, наконец, девочке, какую свинью ей подсунул. Она вон извелась вся! – Петрова вернулась к бергамоту.
– Вер, «полукровки» – это люди, которые получили доступ к Силе, но сами магами не стали. «Магия без мага», большая редкость. Я не знал, что они вообще существуют. Думал, что это просто легенда, миф…
– Сам ты миф! – вмешалась Елена. – «Полукровки» так же реальны, как мы с тобой. Экстрасенсы. Гадалки из честных. Примеров много, но такая инициация…
Артемий не выпускал моей руки, а я… я, кажется, вконец перестала что-либо понимать.
– Так кто же я: человек… или не-человек?
Ведьма сняла очки, протерла их специальной тряпочкой, дрогнула губами (бывает у учителей такая странная привычка) и вынесла вердикт:
– Человек. Но не обычный. В любом случае, природной ведьмой тебе не стать, это исключено. Думаешь, с чего этот обормот ухмыляется? Знала бы, что он года собирается передавать – заперла бы в предбаннике с Йориком! Затейник!
Значит, я осталась человеком, но теперь у меня есть своя собственная магия?
Петрова прочла мне краткий курс о «полукровках», их происхождении, магии и особенностях. Сведений о таких «недо-магах» катастрофически недостает: фактов – крупицы, всё остальное – гипотезы. Возникают «полукровки» двумя способами, и оба способа случайны. Получить «существо из пробирки» нельзя; опыты, проводимые исследователями магических феноменов, провалились. Тут уж либо природа подсуетится, либо ничего не подозревающий благодетель (как и вышло со мной). Не имея поначалу собственного источника Силы, организм выбирает его
сам, и только потом происходит «зарождение» резерва.– Твой резерв сейчас размером с банку консервированного горошка. Ну, или кукурузы, смотря, что больше любишь, – подмигнула Елена Михайловна. – Виной всему эта ума палата, – она постучала по Воропаевскому лбу, когда тот послушно наклонился. – Изобретатель… кривой!
– А приступ?
– Адаптация к новой жизни. Вчера вечером возник твой личный магрезерв, а это сравнимо с рождением ребенка: у кого-то протекает легко, у кого-то – с осложнениями. Что, испугались?
– Есть маленько, – признался Артемий. – В меня как из дробовика пульнули…
– А всё потому, что кто-то… – слишком много ест? – …ее посаженый отец!
– ?!!
– Забегали тараканы, забегали! – несерьезно хихикнула Белая ведьма. – Вторая «двойка», Тёмушка, в этот раз по генетике. Как могут волшебные узы быть кровными, э?
Всё, смена караула! Мой измученный, не выспавшийся мозг отказался продолжать прием информации, сыто икнул и включил «спящий режим». Остаток наставлений я выслушивала уже в объятиях любимого, уронив голову ему на плечо и непроизвольно вздрагивая, когда его подбородок упирался в макушку. Было приятно.
– Неужели уснула?
– Спит, восстанавливает силы. Тяжелая выдалась ночка, повезло еще, что сегодня суббота.
– Мне пора, сынок. Вкусный у вас чай, – мечтательно вздохнула Петрова. – Улучшай, не улучшай, а всё равно от сорта зависит. Где брали?
– Надо спросить у Вериной мамы.
Ее улыбка пропадала постепенно: сначала опустился один угол сухих губ, затем второй.
– Надеюсь, ты понимаешь, что я не могу этого одобрить.
– Знакомства с Вериной мамой?
– Не корчь из себя дурака! Ваших отнюдь не деловых отношений с этой юной особой.
– Потому что она человек? – кисло спросил Артемий. – Всегда подозревал вас в расизме.
«Если больно мне, пускай другим будет еще больнее» – обычная для него защитная реакция. В таких ситуациях ведьма предпочитала промолчать, дабы не раздувать углей спора. Зная Воропаева, невозможно предугадать, кто выйдет победителем.
Но тот, похоже, успел устыдиться в своем едком замечании.
– Елена Михайловна, я понимаю, что вы имеете в виду. Что маги, как волки, с одним или одной на всю оставшуюся жизнь, но… Это не моя история. Так будет лучше.
– Лучше для кого? – холодно осведомилась биологичка. – Для нее? Едва ли. Ты уже влез в судьбу этого человечка, не усложняй всё еще больше!
Давненько у него не было такого чувства, точно кто-то водит лобзиком по оголенным нервам. Танец над пропастью – вот что такое их отношения. Петрова ни за что на свете не подняла бы столь щекотливой темы, не будь эта тема ее любимой мозолью.
– Предлагаете бросить Веру? После всего, что…
– Нет, не предлагаю. Забрать ее сейчас – всё равно что вырвать игрушку из рук детдомовца, не дав ни наиграться, ни рассмотреть толком. Своего ты не отдаешь, Артемий, хребты ломаешь, но не отдаешь. Я это помню. Но хотя бы выслушай совет человека, который повидал в этой жизни гораздо больше, чем ты.