Солнечная ртуть
Шрифт:
Гувернантка не слишком вникала в то, что говорит Агата, зато прочла надписи на каждом корешке, чтобы в случае чего знать, чем в настоящее время забивает свою златокудрую головку принцесса.
— Конечно, мне известно. Что я, по-твоему, совсем не в курсе событий?
Два вассальных княжества прислали послов, дабы укрепить свой статус в империи, заверить в преданности и вытрясти новые поблажки. Одним словом, на людей посмотреть и себя показать.
— Мира, ты знаешь, что скельтры и фьёлы враждуют?
— Знаю, ваше высочество. Это знают все.
И потому сегодняшняя встреча обещала быть напряжённой. Маленькое государство фьёлов занимало несколько небольших островов, из которых два самых плодородных и живописных в незапамятные времена принадлежали скельтрам — народу сильному и воинственному, но не способному
Скельтры тоже помнили о чудовищах и старались не выпендриваться сверх меры. Но при каждом удобном случае требовали себе острова фьёлов, нимало не заботясь о том, что эти земли давно уже стали домом для этих простых, смирных, и немножечко странных людей. Притязания скельтров можно понять: скалистая порода, выделенная им под владения, богата самоцветами, но жизнь на её поверхности сурова. По сравнению с этим, Фьёльские острова казались землёй обетованной.
Со временем, как бы каганат скельтров не примерял овечью шкуру, он прославился своими чернокнижниками. Сами варвары называли это наукой, но угрюмым, таинственным видом сами давали богатую пищу для мрачных легенд. Что интересно, подозревать магию среди фьёлов оснований куда больше. Небо над их скандальными островами всегда ясное, а сады самые цветущие. Заклинатели пыли, которые сейчас выделились в самостоятельный кочевой народец, произошли из этих мест. Но благодаря добродушию фьёлов, их нестандартные умения расценивали как знахарство, светлую магию, или вовсе божественный дар. Как бы там ни было, некогда они бок о бок жили со скельтрами, так что неудивительно, что оба народа практикуют это ремесло, пусть каждый по-своему.
Кстати, на счёт волшебства.
— Говорят, фьёлы привезут с собой ведуна. Мало того, что прилетят на воздушных шарах, так ещё это. Там у них на островах очень интересное житьё.
— И вы бы хотели побывать у них в гостях, и полетать на шаре? — улыбнулась Мира. Она тысячу раз слышала негодования по поводу того, что принцессу держат взаперти. Девочка до сих пор искренне удивлялась своему положению. У неё было обострённое чувство справедливости и — если приглядеться — весьма избирательное.
Агата путалась в рукавах платья — не особо нарядного. И щебетала о том, что её занимало всю ночь. Фрейлины клевали носами, а Мира стоически выносила энтузиазм принцессы и помогала ей одеваться.
— Матушка ваша не очень-то жалует заезжих колдунов. Как и ведунов, волшебников, шарлатанов. Как ни назови. Учёных при дворе ещё терпят, а вот эту братию…
— Почему? — Агата вертелась, мешая фрейлинам делать причёску. — У нас самих драконы, ну и прочее. Замок наполнен магией! Ведь здесь живём мы, Астор, а наша кровь особенная.
Мира хмыкнула. Принцессу раздувало от собственной значимости, как и любого знатного ребёнка.
— Вот именно поэтому. Её величество предпочла бы оставаться единственным человеком, с эдакими задатками. Не считая, разумеется, вас и остальных детей. Кстати, раз вы вспомнили драконов. Теперь вы чаще видите Эрида, не так ли?
Девочка неопределённо кивнула. Этим она повергла в отчаяние девушку, которая битый час пыталась уложить золотые волосы в красивую причёску.
— Видела
раза четыре с прошлого праздника. Но ему как-то скучно со мной. Мне кажется, на самом деле он прилетает поесть устриц в белом вине, которые готовит наш повар-южанин. Действительно вкусно готовит… Мне далеко не всегда дают наесться вдоволь, а Пьер лопает сладости каждый день, а ещё ему носят вино! Вот и сегодня мне разрешили присутствовать лишь до полуночи, а они все будут развлекаться.— Ваши сёстры и вовсе не останутся на приём. Они поужинают в своих покоях и лягут спать в девять часов.
— Мои сёстры — соплячки, — отрезала Агата и опять тряхнула головой. Фрейлина уколола себя шпилькой и тихо, отчаянно застонала.
По началу девочка обижалась на Эрида, но в скором времени поняла: им ведь в самом деле не о чем подолгу говорить. Дракон опережал её в развитии по законам мира, в котором они жили. В первую очередь, физически — потому что о своих умственных способностях принцесса была высокого мнения. Но он многое повидал, был свободен как птица, и сидящая взаперти Агата чувствовала себя ущербной. В ближайшую пару лет разница между ними не позволит им чувствовать себя на равных. Но тем не менее дракон сдержал обещание и навещает торитт. Железная воля матери оставила девочку без друзей. Так что даже редкие визиты оборотня были как глоток свежего воздуха. Принцесса без стеснения болтала и задавала глупые вопросы, без оглядки на этикет. А он поедал устриц и рассказывал о землях, которые повидал, и забавных случаях в среде чудовищ. Оказалось, огненное племя умеет не только вселять страх и дерзить, но и веселиться. Пока что принцессе вполне хватало этих историй.
А теперь, весть о прибытии фьёла-ведуна и вовсе заставила забыть обо всём на свете. Даже о недавних неприятностях: они с Эридом впервые серьёзно поссорились.
***
Красивый молодой человек страшно вскрикнул и резко толкнул девушку, с которой танцевал. Он упал на колени и странно обхватил себя руками за плечи. Музыка отчасти смолкла, придворные остановились, и так и замерли на середине движения, не закончив танец. Только два автоматона, выученные играть на скрипке, не могли перестать водить смычками. Механики не предусматривали таких ситуаций, их созданиям не ведом был такт. Искусственные люди с пластинами вместо глаз, продолжали извлекать звуки своими металлическими руками, это казалось издевательством и было так унизительно.
Раздался ещё один крик, более высокий и пронзительный. Агата. Наследная принцесса также, как и оборотень, схватилась за плечи, однако устояла на ногах. Её тут же поспешили увести, а к мужчине, который скалился от боли посреди бального зала, никто не решался приблизиться.
Внезапно придворные стали расступаться, сквозь их ряды прошествовал Старший дракон и протянул ему руку. Эрид ответил злобным, измученным взглядом, но помощь принял. Затем оба дракона медленно и молча покинули зал. Живые музыканты переглянулась, и заиграли снова.
Часом ранее девочка и дракон смеялись в библиотеке. Эрид отмахивался от торитт и делал вид, что читает книгу, которая была написана на неизвестном ему языке.
— Это землеописание страны ниртов, оно ничуть не интереснее, чем бал. Положи и пойдём уже! Мне пора.
— Не хочу.
— Ты не умеешь танцевать? — догадалась принцесса.
— Умею. Деревенские танцы и вольту. Первым меня научили пьяные крестьяне, второму — Варга. Тоже, кстати говоря, не в самом трезвом виде. Другие ваши аристократические пляски мне не известны.
Агату в коридоре ждала Мира. Гувернантка собиралась отвести её высочество в покои и переодеть в подобающий наряд. Девочке не терпелось показаться в бальном зале, где все восхитятся её видом, а она станцевать с юным герцогом Ардор, её ровесником. Принцессе разрешалось только два танца, всё остальное время ей придётся провести, чинно стоя подле матушки, которая не танцевала никогда: традиция всех королев.
От чего-то девочке хотелось, чтобы дракон пошёл с ней и тоже повеселился среди богато и красиво одетых людей, хотя бы чуть-чуть. Но Эрид упёрся и не хотел её слушать. В конце концов ему пришлось сдаться, и всё благодаря Мире: фрейлина устала ждать свою госпожу и прошла в библиотеку. Несколько простодушных слов — и Эрид переменил решение. Вот так гувернантка показала себя более умелым манипулятором, чем наследная принцесса.