Шторм
Шрифт:
те оценить их по достоинству.
Никогда эти люди не смогут забыть, что они были сво-
бодны, и смириться со своим нынешним положением. Они
сумеют скинуть ярмо со своей шеи, даже если для этого им
придется расстаться с жизнью.
Джозиана молчала, внимательно слушая. Кинг говорил
спокойно, внешне ничем не проявляя тех чувств, что клоко-
тали в нем, и лишь широко расставленные глаза, светя-
щиеся страстной убежденностью, с головой выдавали его
мятежную душу. Англичанка вс
шего по сравнению с тем, что он имел сейчас.
Я думаю, что было бы бесполезно убеждать вас в бе-
зумности ваших планов.
Совершенно верно.
Ну, а я? Меня вы учли в своих расчетах?
Я взял поправку на ветер.
Значит, я для вас тот ветер, что мешает вам уйти в
открытое море?
Так говорит Джон, я лишь повторяю его слова.
79
Эмиль Новер
Ну, а если я выдам вас? Ведь вы уверены, что этого
не случится, не так ли?
Кинг молчал. Он не мог сказать, что тогда Джозианы не
станет, у него не поднимется рука на эту милую девушку, которая ему очень нравилась. Сказать «да» было опасно, неизвестно, как англичанка воспримет такой ответ, а риско-
вать чужими жизнями Сэлвор считал себя не вправе. Он не
мог и сказать «нет», это было бы ложью, а лгать Джозиане
ирландец не хотел.
Я не знаю, что сказать вам, леди Стейз, ведь в любом
случае я могу оказаться неправ.
Медленно, о чем-то раздумывая, Джозиана подошла к
коню и остановилась. Какое-то время она недвижно стояла, лаская Марга по крутой шее, а затем быстро повернулась к
морю и, размахнувшись, послала злополучный камешек в
синее безоблачное небо. Сверкнув в ослепительно ярких
солнечных лучах, камень исчез в синей морской воде.
Кинг вс видел и позы не менял. Но в глазах его была
видна некоторая растерянность – он никак не ожидал от
дочери губернатора такого поступка.
Но почему? – невольно вырвалось у него.
Джозиана ласково улыбнулась. Эта милая улыбка ей
очень шла и Кинг внезапно поймал себя на мысли, что дочь
губернатора уже не просто нравится, а восхищает его.
Я бы очень сожалела, мистер Сэлвор, если бы вас
отправили к праотцам, по-моему, это слишком неучтиво по
отношению к человеку вашего склада, – сказала она. – Вы
мне чем-то нравитесь, Кинг.
Да, мне часто говорят, что самое привлекательное во
мне то, что я неотразимый наглец, а рубец на лице – зако-
номерное следствие природной наглости.
Женщина и мужчина весело рассмеялись, и Кинг, не-
ожиданно для самого себя, произнес:
Вы мне тоже нравитесь, Джозиана.
Джозиана нравится всем, но не вс нравятся Джозиа-
не! – воскликнула девушка.
Кинг
уже откровенно любовался англичанкой.Вы одна в семье?
80
Капитан «Дьявол»
Нет, у меня есть брат Джон, офицер флота.
Джозиана подошла к Маргу и положила руки на луку
седла. Кинг придержал жеребца, и девушка легко вскочила
в седло.
А бежать вам, Сэлвор, вс равно не удастся.
И почему? – усмехнулся ирландец. – Не скажете ли?
Скажу. Два дня назад отец распорядился вс море-
ходные лодки ставить у четвертого причала, под сильную
охрану. Вам известно, что людям вашего положения за-
прещено появляться в порту без разрешения или сопрово-
ждения, а нарушителей ожидает петля?
Это известие ошеломило Кинга, хотя он и не подал ви-
ду. «Ловко, господин губернатор! Вы хорошо превращаете в
прах наши надежды, только стоит узнать, какой черт надо-
умил вас принять такое решение».
Джозиана поправила прическу.
Теперь у вас остается один выход – поднять бунт. Но
вы на это не пойдете, вы слишком умны для такой глупости.
Хлыст ожег круп коня, и девушка поскакала вперед и
вскоре исчезла среди деревьев.
Кинг проводил англичанку взглядом, подошел к связке и
сел на нее. Немилосердно палило солнце, необходимо
дать отдых уставшим ногам, а заодно подумать. Из обще-
ния с девушкой он сделал два важных вывода: Джозиана их
не выдаст, а дорога в море осложнилась. Некоторое время
Кинг размышлял над этими фактами, но вдруг быстро вско-
чил и его лицо озарила довольная улыбка.
Нет, миледи, есть третий выход – немыслимый, бе-
зумный, невозможный – но есть!
Кинг раскидал ветви по песку и двинулся в сторону, противоположную той, в которой скрылась Джозиана.
Вечером в драке, возникшей не без участия и содейст-
вия Сэлвора, ирландец ранил руку и был отправлен к Пи-
теру Стэрджу. Как известно, он был единственным врачом
среди рабов и, с разрешения губернатора, лечил продан-
ных в рабство людей, не делая между ними никаких разли-
чий. Но к его услугам прибегали и многие жители колонии, в
том числе ее глава, находивший, что знания Питера неиз-
меримо выше знаний местных доморощенных врачевате-
81
Эмиль Новер
лей. В отличие от последних, Стэрдж добросовестно отно-
сился к своим обязанностям и поэтому неудивительно, что
его пациенты поднимались на ноги чаще и быстрее, а после
удачно принятых родов за Питером закрепилась слава мас-
тера своего дела. Стэрджу был отведен ветхий домик, сто-