Размах Келланведа
Шрифт:
– Я тот, кто старается сохранить ему жизнь.
Наемник понимающе хмыкнул.
– Похоже, скучать тебе не приходится.
Вскоре Петра вернулась в сопровождении изящного, но ничем особенным не выделяющегося человека: широкие, тускло-красные штаны и рубаха, а волосы, в противоречие имени, не рыжие, а темные: и борода, и кудрявая шевелюра.
– Вот этот?
– спросил он Петру.
– Именно.
Рыжик оглядел Харая с головы до ног.
– Ага. Он талант.
– Проклятие, - буркнула Петра.
Харай протянул пришедшему руку.
– Можно слово сказать?
– Следи за штанами,
– Пойдем. Будете говорить с самым главным.
Грегар ткнул себя пальцем в грудь.
– Кто, я?
– Ты тоже. Идем.
"Гмм. Ну, что я тут понимаю? Первый раз среди гвардейцев". Он пошел за магом, теперь испытывая любопытство и даже завидуя дружку.
Рыжик провел их в обширный лагерь, мимо палаток и коралей, где ухаживали за лошадьми. Наемники проходили мимо, почти все без доспехов, в ватных куртках и штанах. Грегар пытался совместить лица и имена: двое сидевших вместе мужчин были одинаковы на лицо - может, это знаменитые Черные Братья, Меньшой и Большой? Широкоплечая женщина, что вычесывала вшей из длинных волос - вполне возможно, это сама Урдаэль-с-Двумя-Мечами.
Они направились к самому большому из шатров - штабу Куриана, решил Грегар. Стража расступилась. Внутри пылал костер, по сторонам стояли столы. Присутствовавшие глядели на двоих у огня, мужчину и женщину, которые сошлись в некоей медленной, ритуальной дуэли. С посохами в руках, выпрямив спины, они кружились неуклюжей на вид, мучительно неспешной походкой. Вскоре Грегар понял причину медлительности: у каждого было яблоко на голове, каждый старался сохранить свое и сбить яблоко противника.
Гвардейцы перекидывались словами, делая ставки, что не мешало им бросаться в поединщиков корками хлеба, орать и хохотать.
Рыжик остановился и стал ждать.
Женщина широко размахнулась, метя в голову оппонента, который резко присел - но, кажется, она все же задела ему нос. Началось всеобщее веселье. Яблоки дрогнули, но остались на макушках. Мужчина сместился влево и ответил ударом, который был с легкостью отведен.
Опытный боец на палках, Грегар мигом заметил, что мужчина специально держит посох слишком близко к себе, хотя мог бы удлинить замах почти на локоть.
Женщина двинулась вперед, скребя подошвами по сухой земле; мужчина чуть отодвинулся, но это была уловка. И женщина попалась.
Едва Грегар все понял, мужчина махнул, превратив ее яблоко в облако брызг. Раздался громкий рев, возгласы восторга и недовольства. Некий великан лупил кружкой по столу, вопя: - Нарвалась, Птаха! Нарвалась!
Судя по косматой седеющей бороде и одному здоровому глазу - во второй глазнице сидел слепой белый шар - это был Куриан ДэАворе, командующий Багряной Гвардии. Слева от него угнездился темнокожий уроженец Даль Хона в блестящем кожаном мундире, которого Грегар счел одним из знаменитых боевых магов, Кел-Бринном. По правую руку был худощавый юноша с острым взором сокола - сын Куриана, Кэазз, которого именуют Алым Принцем.
Рыжик улучил возможность, миг между развлечениями, и склонился к Куриану. Генерал Гвардии повернул голову чуть набок, слушая, потом кивнул и грубо поманил
Харая.– Итак, ты хочешь присоединиться?
– А, да, сир. Если вы соблаговолите...
Куриан фыркнул.
– Я не гнилой аристократишка, чтобы любезничать!
– Он схватил кусок мяса, наморщил лоб.
– Так понимаю, ты маг?
– Да.
Косматый гигант оглядел бледного, тощего как шест Харая. Было понятно, что увиденное его не обрадовало.
– Лучше бы так. Что можешь делать, сынок?
– Никто не может меня коснуться, - ответил Харай. Грегар смотрел в потолок, стараясь не морщиться.
Генерал наемников поднял густые брови и начал озираться, развеселившись.
– Вот смелое хвастовство, если учесть, где мы. Но, э, - он схватил еще кусок деликатесного мяса, изучил, бросил в пасть, - мы тебе поверим. И поможем доказать.
Грегар все же сморщился.
Куриан махнул лапой мужчине, только что участвовавшему в поединке: - Ты первый, Кол.
– Затем он откинулся в кресле, ухмыляясь все шире.
– Пятьдесят золотых корон тому, кто уронит наземь нашего друга-хвастуна!
Снова раздались громкие голоса, делающие ставки. Кол немедля замахнулся посохом на Харая, но едва не упал, а деревяшка прошла в пустоте.
Шатер чуть не разорвало криком. Ставки удвоились. Половина гвардейцев приветствовала Харая, другие нещадно издевались над Колом.
– Забыл как сражаются, друг?
– вскричал Куриан.
Птаха посоветовала: - Попробуй взяться за другой конец!
Кол беззлобно рассмеялся и махнул рукой толпе; устроил представление, тщательно целясь в Харая, который благоразумно отступил за главный столб шатра.
На этот раз Кол ударил прямо; Грегар готов был поклясться, что Харай получит изрядный тычок в живот, но здоровяк снова едва не упал, промазав, а юноша прыгнул в сторону.
Теперь почти все слали поздравления Хараю, Кола же осыпали кусками хлеба и обглоданными костями; он уже не улыбался, гоняя Харая вокруг столба. После еще трех решительных выпадов, ничего не давших гвардейцу, Грегар заметил, что молодой К'азз что-то шепчет на ухо своему отцу и командиру. Тот, разделявший общее веселье, нахмурился и взмахнул рукой.
– Довольно!
Кол остановился.
– Итак, тебя трудно ударить. Это полезно... в браке, но, парень, мы ведь ведем сражения.
Харай кивнул.
– О да, сир! Я вполне хорош в проникновении туда и обратно... если вы понимаете, о чем я.
Куриан нахмурился, не особо впечатленный. Но затем он поглядел на мага рядом.
– Что скажешь, Кел-Бринн? Найдем мы пользу в таких вещах?
– Думаю, да, сир.
Куриан поскреб нечесаную бороду.
– Отлично. Кажется, мы все же найдем тебе применение.
– Возможно, и его другу, - добавил Кел-Бринн.
Грегар был ошеломлен. Куриан уставился на него, щуря единственный глаз.
– Этому? Что насчет тебя? Что делаешь? Может, у тебя цветы цветут зимой? Или козы танцуют?
Грегар старался не заикаться сильно.
– А, нет, сир. Я просто боец.
Куриан демонстративно оглядел все собрание.
– Ну, хвала Бёрн! Мы куда-то вышли. Я уж поверил, что к нам забрел бродячий карнавал.
– И маг тоже, - вставил Кел-Бринн.
Грегар потряс головой: - Нет. Вы ошиблись. Я не маг.