Чтение онлайн

— Ну что же вы? Уже уходите?! Какая жалость! — язвительно бросая слова, я наступал на него. Губы мои побелели, лицо исказилось.

— Я капитулирую, — прокричал он.

— Неет, я убью тебя! Вы все смеялись, что отняли ее у меня, я никого не пощажу!

— У вас репутация благородного и великодушного человека! Уймите свой гнев. Я приношу извинения!

— А-а-а моя репутация!

Я прижал его к изгороди, он затравленно смотрел на меня. Клянусь, я был готов убить этого жалкого человека. Но что бы это изменило?

Я опустил руку, и он мгновенно ретировался по направлению к своей лошади. Он забрался на нее и пустил галопом.

Я увидел как он, становится все меньше и меньше, удаляясь от места битвы, но вот, кто-то едет ему навстречу. Они поравнялись и придержали коней.

Можно было догадаться, с кем он говорил! Еще выходя из Дори-Ден, я заметил, что за мной следят. Почти в открытую. Соглядатаи Суренци. Мне удалось оторваться от них ненадолго, но теперь они наверстывают упущенное. Положение мое осложнялось.

С тоской и отчаянием, думая о маркизе, я хотел броситься вдогонку, несмотря на то, что чета Фэту была уже бесконечно далеко, но удерживал себя, и любовь моя крутила меня изнутри и жгла.

Позже я думал: почему она не перевесила чашу весов, таким ли сильным было это чувство — почему я не бросил все и не помчался вслед за своей мечтой?

Отказывать себе — больно. Боль и горечь отречения пройдут через всю мою жизнь. Но именно так поступают сильные люди — это я усвоил с детства. Теперь, с тоской вспоминая карету, увозящую мою любимую, я вспомнил свои слова, сказанные мной в замке духа. И пожалел об этом — может, сама судьба решила наказать меня за то, что я презрительно пренебрег силой любви, не веря в нее, отказался в пользу честолюбивых планов.

Драка с людьми маркиза помогла мне выпустить гнев, и я задумался. Тамелий хотел уличить меня в неповиновении, уж, если меня не убьют люди маркиза, то погоня за его каретой — это серьезный повод для обвинений в неповиновении королю. Чувства мои перемешались: уязвленную гордость и отчаяние от потери подслащивала мысль о том, что король просчитался, что он ничего не понял обо мне. И отогнав счастливые и мучительные видения, я вернулся в Мэриэг.

Поручение, навязанное мне Тамелием, я отклонить, конечно, не мог. Я прекрасно понимал, на что был сделан его расчет. Новая попытка стравить между собой двух своих противников: принца и Турмона. Это была ловушка и для меня. Люди Суренци ходили за мной по пятам. Они должны были доложить о любом моем промахе.

Да, и, в общем, в этом не было необходимости — ни Турмона, ни Кафирии не было в городе — это я знал точно. Я ломал голову, как предупредить коннетабля. И отправился к принцу. Он, как будто даже не был удивлен.

— В целом, не будет ничего страшного, если вы поедете с ними, — медленно произнес он.

Меня от его слов передернуло.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, вы же не сами придумали это. Вас заставили. Поезжайте в Бендир, и не вступайте пока в конфликт с королем.

'Отлично! — раздраженно думал я, — ваше высочество, решили избавиться от свидетелей вашего участия в заговоре против короля. И кто же вас надоумил вступить в общество мертвых аясков! Теперь вы поняли, что запахло жареным и хотите выйти сухим из воды. Но я не могу позволить Тамелию Кробосу использовать меня столь подлым образом. Мне было известно, что Турмон находится в Бендире, и добраться до него без свидетелй я не смогу, но вот до близкого к нему человека — стоило попытаться.

Улон Сат, барон Ивонд, и еще несколько

людей из его окружения могли предупредить его об опасности. Для начала я выбрал дом барона Ивонда — он был ближе всех ко мне.

Я отправился к себе домой, и, предупредив сэллу Марчу, чтобы никто не смел входить в мою комнату, ибо я ложусь вздремнуть час-другой, опять воспользовался старым испытанным средством — магическим плащом.

Дело происходило днем. И пройти по улицам было не так сложно, как потом явиться взорам людским. Пришлось показаться прямо в гостиной барона Ивонда.

Он вместе со своим семейством сидел в столовой и обедал. А я ждал его возле камина, в красивом кресле с резными подлокотниками.

Вошла служанка и испуганно уставилась на меня. Я приложил палец к губам. Она убежала, чтобы позвать хозяина.

В коридоре раздались быстрые шаги. Барон Ивонд! Лицо его выражало недоумение.

— Не стоит удивляться, барон, и думать о том, как я попал в вашу гостиную, — это не важно сейчас. Важно другое. Мне надо сказать всего три слова.

— Я вас слушаю.

— Сегодня арестуют коннетабля.

— Это все?

— Это все. Я знаю наверняка, потому что король приказал это сделать именно мне.

— Я вас отлично понял.

— Скажу откровенно, мне все это ужасно не по душе.

— Вы поступаете верно, достойные люди это оценят.

— Боюсь, что цена за мою жизнь становится все меньше с каждым днем, — усмехнулся я. — Я попрошу вас на минуту выйти из гостиной, барон, и я уйду тем же способом, что пришел.

Снова незаметно я вернулся домой. У дверей дежурил сам Бэт Суренци. Лично! Он не доверял никому! Вот какая я важная птица. Королевская дичь, — снова усмехнулся я, вошел в дом и по-настоящему лег поспать: ночь предстояла тяжелая.

За мной заехал Лаоджон Сат! Враждующий со страшим братом Улоном, самый младший Анзулио встречался со мной в Изумрудном море, и погиб при неизвестных для всех, кроме меня и моей команды, обстоятельствах. Но Лаоджон Сат ненавидел старшего брата и был кровно заинтересован в том, чтобы его накрыли вместе с патроном, которому он был предан.

Мы ни о чем не говорили. Группа мадариан прекрасно знала куда ехать, и мне было невыносимо оттого, что я еду с ними. По дороге мне встретился один знакомый. Он удивленно посмотрел на меня в необычном обществе. И я был уверен, что теперь о моей поездке узнает весь Мэриэг.

Мы прибыли в поместье Бендир ближе к вечеру. В доме горели яркие огни, играла музыка, и как мне показалось сквозь оконные проемы, танцевали люди.

Я последовал за Сатом. Он вторгся в дом, где был бал — соседи, дворяне из окрестных мест развлекались обычным для себя способом: кто-то сидел возле столов с едой, кто-то танцевал, словом — мирное времяпровождение. Все удивленно взирали на вошедших воинов.

— Что вам угодно, кэллы? — спросил барон Товуд.

— Нам нужен хозяин поместья.

— Сегодня я за него. Мой тесть пригласил свою дочь и меня погостить у него в загородном доме. Мы, люди молодые, решили немного поразвлечься.

— Таак! — выдохнул Сат и, резко повернувшись, со злобой посмотрел на меня. — Ваших рук дело!

— О чем это вы? — засмеялся я. — Король попросил меня сопровождать вас на этой прогулке, наверное, боится, что вы сами не справитесь, заблудитесь или напутаете что-то. Я знаком с бароном Товудом и искренне рад его снова увидеть.

— Вы пожалеете, — прошипел Сат, и вышел из дома.