Противостояние
Шрифт:
Каждый богатый и значимый человек, строя свой дом, должен предусматривать возможность тайно покинуть его. Все старые и новые дворцы в силу этих соображений безопасности имели тайные ходы. Места входов и выходов из них, приведение в действие механизмов открытия, хранились в глубокой тайне и передавались только прямым наследникам. Это было никогда не нарушаемым правилом. Властелин знал все тайные выходы из дворца родового поместья. На рассвете он, через тайный ход, покинул свои покои, оставив приказ воинам личной охраны никого не допускать в свои покои. Свои приказы правители никому объяснять не обязаны, ибо отчитываться об этом им не перед кем. Воины личной охраны выстроились перед дверью покоев, перекрыв доступ в них. В заранее условленном месте Властелина ждал старший легат его личной охраны в сопровождении трёх верховых легатов, своих подчинённых. Всадники держали за повод двух верховых оседланных отар. Сам старший легат стоял возле узкого возка, в который пара отар была запряжена цугом. Такие возки применялись для передвижения по лесу, где отсутствует понятие дороги, а есть одно бездорожье. Увидев укутанного в дорожный плащ Властелина, старший легат занял место возничего, Властелин сел рядом и возок тронулся, трое воинов пристроились сзади. Все они, как и Властелин были одеты в дорожные плащи, их лица прятались в тени глубоко надвинутых капюшонов. Утренняя мгла отступала, но солнце ещё не взошло. Возок в сопровождении конвоя подъехал к храму Бога леса. Его уже ждали у входа двое, главный жрец и его помощник. Один из всадников остался у возка, собрав повода всех отар, остальные вошли в храм. Тело ЗАРИКИ было завёрнуто в плотную ткань, а поверх её в толстый войлок, постороннему наблюдателю понять, что выносят из храма, было невозможно. В это время оставшиеся в храме, главный жрец и его помощник, были заняты делом. Они укладывали в погребальный ящик, вместо тела ЗАРИКИ, изготовленную
Храм стоял на границе леса и плата. Многие века лес атаковал плато пытаясь отвоевать у него новую территорию. Лесная граница состояла из густой заросли кустов и молодых побегов. Они постоянно выбрасывали свои усы на плато, но каменистая почва плата не давала им закрепиться, дожди и ветер смывали с неё погибшие побеги. Эта бесконечная война имела значение для людей тем, что здесь на границе леса и плата пробиться в лес сквозь густые заросли кустов было невозможно. Властелину и его спутникам пришлось вернуться почти к самому родовому поместью. В этих местах человек наступал на лес. Жители городка возле поместья, лагерь-поселение "ролов" и само поместье нуждались в топливе, дереве для строительства. Лес давал всё это плюс лесные ягоды. Широкие грунтовые дороги вели в лес, отряд без труда углубился в него. Вначале путь был лёгким, люди поработали хорошо, основательно проредив деревья, но забираться далеко в лес желающих не было, страх останавливал немногих смельчаков. Вскоре отряд углубился в нетронутый лес. Стволы деревьев становились всё толще и массивней, густые кроны деревьев уходили вверх, создавая плотный заслон солнечным лучам. А под ними царил влажный полумрак, но не это затрудняло путь едущим людям. Толстые корни лесных исполинов выходили наверх из земли, укрытые опавшей за долгие столетия листвой они затрудняли движения, приходилось соблюдать осторожность. Была и другая трудность. На схеме ЗАРИКИ все ориентиры были видны, но найти их среди деревьев было непросто. Это тоже отнимало силы и время, но отряд Властелина упрямо продвигался к намеченной цели. Эти усилия и настойчивость были вознаграждены. После полудня вышли к началу горного кряжа, теперь двигались вдоль него. Где-то там дальше к нему прилепился замок ЛОРАНОВ, конечная цель их пути. Путь вдоль горного кряжа легче не был. Время, ветры и дожди разрушали скалы, наносили на камни грунт и семена растений, корни побегов помогали разрушать скалы. Камни скатывались вниз, засевая местность возле хребта. Темп движения сократился ещё больше. Благодаря этому и не проехали замок, вернее то, что от него осталось. Проёмы обвалившихся стен затянули ползучие растения, опирающийся задней стеной на бок горы, замок сливался с ней. Только широкий зев обвалившегося портала указал путникам на конечную цель их пути. О том, чтобы войти в него, никто даже не подумал. Взяв левее, путники вышли на старый погост. От старых могил ничего практически не осталось, камни заросли мхом, побеги деревьев и кустарник закрыли их, теперь они наступали на более поздние захоронения, медленно поглощая и их. Трое легатов, сменяя друг друга, работали без остановок, зловещее место навевало страх даже на этих никого и ничего не боявшихся воинов. Эти же чувства не миновали и старшего легата, вскоре он присоединился к своим воинам. Властелин стоял, обмерев, с опаской косясь на обвалившийся портал входа в разрушенный замок. Он единственный из здесь присутствующих живых людей знал о существовании матриц разума, "привидениях" и ежесекундно ждал появления их из замка. В послании ЗАРИКИ не говорилось о том, покидают ли матрицы разума замок? Властелин не мог представить, как он отреагирует на их появление, но реакцию своих воинов личной охраны представлял прекрасно. От этих картин, нарисованных его воображением, ему становилось не по себе, он мысленно подгонял воинов, копающим могилу, место последнего пристанища для его невестки.
Ударный труд воинов позволил быстро вырыть могилу, хотя местный грунт, обильно прошитый корнями растений, поддавался нелегко.
Тело ЗАРИКИ освободили от верхнего покрова из толстого войлока. Его уложили на дно могилы. На это ложе положили тело ЗАРИКИ завёрнутое в ткань пропитанную смолой деревьев. Властелин первым бросил на него горсть земли, а затем дружно заработали лопаты в руках воинов. Могильный холм вырос над могилой. Сверху водрузили камень из стены замка, они в изобилии валялись вокруг. Тело ЗАРИКИ нашло своё последнее пристанище, вечное пристанище. Властелин и его сопровождающие отправились в обратный путь. Через три дня над свежей могилой сгустился воздух, из него возникла белая прозрачная фигура и медленно поплыла по воздуху в сторону обвалившегося портала входа в замок. Через мгновение она исчезла в нём. Матрица разума обрела место обитания…
Глава десятая. Удар орлана по врагу "Неуязвимого"
Властелин и его сопровождающие уже в сумерках вернулись на то место, где встретились с Властелином на рассвете. Он отпустил их, проводив взглядом, а когда они скрылись в сгущающемся мраке, Властелин направился к холму. У подножия холма лежала груда камней, Властелин обошёл её и подошёл к одинокому чахлому кусту, росшему на склоне. Рядом с кустом было отверстие норы какого-то мелкого животного. Властелин смело засунул в неё руку, что-то дёрнул, и чахлый куст, приподнявшись, отъехал в сторону, открыв отверстие входа в пещеру. Но и это было не всё. Каменные стены пещеры выглядели цельными. Властелин прошёл в пещеру, подошёл к известному ему месту и сдвинул один из лежавших на полу камней. Часть стены ушла вглубь, освобождая проход в подземелье. Прямо у входа на подставке стоял глиняный горшок, в котором была установлена, погруженная в масло странная конструкция, на её вершине горел огонь, рядом на подставке лежали факелы. Властелин вошёл в открывшийся проход, дёрнул рычаг на стене. Первым вернулся на своё место куст, закрыв пещеру. Затем вернулась на своё место стена пещеры, закрыв проход. Властелин взял один из факелов, зажёг его от огня, горевшего в глиняном горшке. Подождав пока, факел разгорелся, он повернул рычажок на задней части горшка. Пламя в горшке погасло. Освещая себе путь, Властелин шёл по подземному ходу. Вскоре он был в своих покоях. Тяжёлый день измотал его, умывшись в фонтане, плескавшемся в одной из комнат покоев, он равнодушно прошёл мимо накрытого стола, без сил рухнув на своё ложе. Сон мгновенно сморил его. Проснулся только с рассветом наступающего дня.
То, что Властелин сутки провёл, не выходя из своих покоев, никого не удивило. Следовавшие одна за другой смерти близких людей, могут сломить кого угодно. Ему сочувствовали. Кто искренне, кто притворно. Разобраться в этом было невозможно, придворные и высшие чиновники были прекрасными лицедеями.
В полдень все направились к храму Бога леса. Шестеро воинов личной охраны вынесли закрытый погребальный ящик с телом усопшей, обтянутый тканью цветов АРИДОВ. Процессия тронулась, направляясь к родовому склепу семьи. За ящиком следовали жрецы храма во главе с главным жрецом. Вслед за ними, окружённый личной охраной шёл Властелин. Дальше тянулся шлейф из придворных и высших чиновников. Так и дошли до фамильного склепа. В нём рядом с могилой ОРАТА была выкопана ещё одна. Погребальный ящик опустили в неё и закрыли могильной плитой. ОРАТ и ЗАРИКА снова были вместе, рядом. Только ограниченный круг людей знал правду, но эту тайну они унесут с собой…
После поминального обеда Властелин покинул родовое поместье.
Через декаду после похорон матери, АРЕТ приехал в поместье и посетил её могилу в фамильном склепе родового поместья АРИДОВ. Он так и остался в неведении, где нашло истинный покой тело матери, ничего не узнал и об её завещании, последнем письме Властелину. После этого посещения родового имения он старался здесь не бывать, ссылаясь на обязанности, налагаемые воинской службой. Но это было отговоркой. Просто ему было тяжело бывать в этом месте, здесь умерли его родители, под могильными плитами склепа родового поместья покоились их тела. Вид этих плит в склепе родового поместья, напоминал ему о том, что он остался сиротой, эта горькая мысль вызывала боль в сердце молодого воина, а слёзы застилали его глаза. АРЕТ с трудом сдерживал и тщательно скрывал эту боль и эти слёзы от всех. Кандидату в "ролы" проявлять слабость, плакать, было стыдно и недопустимо. В семнадцать лет владеть собой и управлять своими чувствами очень сложно. Он и нашёл выход, избегал поездок в родовое поместье АРИДОВ.
ДАКАТА в проводах тела ЗАРИКИ участия не принимала по уважительной причине. После оглашения указа Властелина о назначении наследником своего младшего внука АРЕТА, впала в глубокую депрессию. Результатом этого было то, что у неё отнялись ноги. Старый лекарь ДАРОН спас её, излечив поражённую душу и недуг поразивший тело. Он долго беседовал с ней, успокаивал, поил зельями. А через три декады, после начала болезни ДАРОН сообщил ДАКАТЕ, что он беседовал с Богами и они сообщили ему, что трон всё равно достанется ей, а то, что случилось это просто временная задержка на пути к трону. ДАКАТА верила лекарю ДАРОНУ безоговорочно, всё обещанное им всегда сбывалось. Уже через две декады после этого разговора, ДАКАТА ходила по своим покоям самостоятельно. Это было первое сбывшееся
обещание лекаря ДАРОНА. Набравшись терпения, она стала ждать исполнения второго его обещания. Трон и прилагаемая к нему власть стала навязчивой идеей, то, что при этом гибли члены её семьи, её не волновало. Сами были виноваты в своей участи! Нечего было становиться на её пути к трону. Боги на её стороне!Жизнь продолжалась, смерть любого человека и даже целого народа не может остановить её ни на мгновение. Горе близких людей умерших останется с ними, время залечит их раны и они продолжат свой жизненный путь.
Со времени гибели ОРАТА и смерти ЗАРИКИ прошёл год. Большое государство жило неспокойной жизнью. Люди недовольные существующей властью, всегда находятся. Как правило, это умные люди, умеющие подтолкнуть многих простых людей к бунту, вызвать недовольство местной властью. У Властелина был простой рецепт тушения этого недовольства. В разгорающийся очаг недовольства направлялся старший легат и два легата из личной охраны Властелина с большими полномочиями. Они казнили чиновников и главного руководителя города, поселения или региона, в зависимости от размеров очага бунта, если они заранее не сообщали о зреющем недовольстве. Посланников Властелина сопровождала манипула "ролов" местного округа и две манипулы дружины отставных "ролов", к этой команде прикомандировывали малую манипулу кандидатов в "ролы". Кандидатов в "ролы" вообще гоняли везде, где возникала напряжённость. Казнь чиновников сбивала накал страстей, а марш манипул "ролов" в полных боевых доспехах был ведром холодной воды на горячие головы. После марша через город или поселения, манипула "ролов" и одна манипула дружины "ролов" следовали к местам постоянного пребывания. А манипула дружины "ролов" пополняла местный гарнизон, в то время как малая манипула кандидатов в "ролы" пополняла местную стражу. Вот ей и приходилось отлавливать выявленных главных возмутителей и их ближайших помощников. Брали их жёстко, сжигая и разрушая их дома, убивая всех, кто попадал под руку. Так подавлялись бунты и показывали всем недовольным, что их ожидает, если они от слов перейдут к открытому бунту. Урок запоминался надолго. АРЕТ мотался по всему материку, вместе с малой манипулой кандидатов в "ролы". В сражениях и подавлениях бунтов набираясь опыта, жёсткости, всего, что считалось необходимым для "рола".
Возвышение военных вещь опасная для любой власти. Сплочённость, безоговорочное подчинение командирам, наличие оружия, опыт ведения боевых действий, делают из возникшей касты возможных претендентов на захват власти силой, оказать им сопротивление сил не имеет ни кто в государстве. Но правители нашли рецепт, как этого избежать. Кто из Владык был автором этого? Увы! Никто уже не помнил, но все наследники обязательно вступали в ряды "ролов". Высоких постов они не достигали, за редким исключением, но этого было и ненужно. Очевидно, сами Владыки создали и поддерживали традиции, законы "ролов". В них была незаинтересованность светской властью и трепетное отношение к каждому члену их касты. Уже говорилось, высокий пост в епархии "ролов" обязывал занимавшего его человека заботиться о "ролах" и их семьях, а привилегию давал только одну. Первому скрестить меч с врагом, первому встретить смерть. В боях легаты, старшие легаты гибли часто. Именно это и привело ОРАТА к должности главного легата "ролов" в молодом возрасте. Конечно, кроме удачно сложившихся для него обстоятельств, роль сыграли и его личные качества. Закончив обучение и пройдя испытание, он получил звание оруженосца легата манипулы в западном округе. Этот округ был самым беспокойным. Наличие портов и пологий берег привлекали любителей лёгкой наживы, орды часто высаживались на это побережье. Первыми на их пути всегда вставали "ролы". ОРАТ успел прослужить всего две декады, когда высадилась очередная орда. Численностью она почти в два раза превосходила манипулу "ролов", бросившуюся им на перехват. Старший легат манипулы поставил задачи легатам правого и левого крыла, сам с ядром манипулы встал на пути орды, преграждая им путь к городам побережья. Правое крыло должно было нанести удар по левому флангу орды и вклиниться в их ряды, посеять панику. Левое крыло в этот момент должно было ударить в тыл. Бой предстоял жестокий и неравный, все знали, что высаживающий враг превосходит их численностью. Кроме того в такие набеги отправлялись самые сильные и опытные воины кланов, орд. Всё это создавало обстоятельства, в которых "ролам" придётся драться насмерть, не считаясь с потерями, отступить, пропустить врага вглубь территории они не имели права. Оставалось одно, встреча с "костлявой". Смерть "ролов" не пугала, к вечной своей спутнице привыкли. Не колеблясь и не раздумывая, они бросились на врага, действуя по сложившейся веками тактике ведения боя. Следуя ей, ядро манипулы привычно построилось. Первый ряд составили щитоносцы, второй копьеносцы, третий мечники с поднятыми над головами щитами, защитой от стрел врага. Четвёртый ряд составили лучники, они осыпали врагов стрелами. За их спинами стояла тяжёлая кавалерия "высокородных". Правое крыло манипулы повторило это построение и атаковало фланг атакующего противника. Бой разгорался. В это время, левое крыло манипулы заходило в тыл орды, намериваясь, отсечь высадившихся врагов от их судов. Но их заметили, несколько десятков стрел устремилось в их направлении. Расстояние для стрельбы из лука было ещё большим, и все стрелы упали, ударившись в доспехи, щиты. Но одна достигла своей цели.
Легат, левого крыла манипулы, и его оруженосец стояли на холме. Легат чтобы лучше видеть расположение врагов снял боевой шлем и держал его в руке. Стрела уже была на излёте, ударившись в шлем, она бы никакого вреда не принесла. Но шлем был снят и широкий зазубренный наконечник ударил сбоку в открытую шею, перебив артерию и гортань. Кровь хлынула в гортань, быстро заполнила лёгкие. Хрипя, задыхаясь, легат рухнул на землю, дёрнулся и затих. ОРАТ, а это он был оруженосцем, бросился к нему, пытаясь помочь, но бездыханному телу помочь было невозможно. Создавшуюся ситуацию ОРАТ оценил быстро. В самый ответственный момент боя, левое крыло манипулы лишилось командира. ОРАТ решение приял быстро, не колеблясь, сбросил свой шлем, подняв с земли, надел на свою голову шлем погибшего легата. Сверху на доспехи набросил плащ легата, который тот снял и отдал ему перед началом боя. Спустившись с холма, он вскочил на стоявшего отара, погибшего легата, и поскакал к строившимся к атаке "ролам" левого крыла. Подскакав, отдал новые команды. Они были странными, меняя привычный боевой порядок, но "ролы" спорить и обсуждать приказы легата в бою не были приучены. Подчиняясь приказу, щитоносцы и лучники выстроились в колонну по два. Слева щитоносец, справа лучник. В свободной руке, через одного, щитоносец держал зажжённый факел, а лучники приготовили колчаны с зажигательными стрелами. Параллельно им выстроилась вторая колона. Справа стояли меченосцы со щитами, рядом выстроились копьеносцы. Тяжёлая кавалерия "высокородных" первыми ринулись в атаку, ведомые своим легатом. Их задачей было любой ценой пробить широкий коридор в рядах врагов, подтягивающихся к месту боя с ядром и правым крылом манипулы. Выполняя поставленную задачу, растягиваясь, тяжёлая кавалерия левого крыла, как нож в масло, вошла в ряды врагов, пробив широкий проход, идущий параллельно берегу, где пристали суда орды. В этот проход, выдерживая строй, бегом ринулись обе колонны, прижимаясь к правому и левому краю проделанного кавалерией прохода в рядах врага. Втянувшись в проход, колонны развернулись. Щитоносцы и лучники повернулись влево, лицом к берегу. Щитоносцы с мечами выступили вперёд, навстречу набегавшим врагам и вступили в бой. Лучники, поджигая стрелы от факелов в руках оставшихся щитоносцев, засыпали горящими стрелами суда орды, расстреляв все зажигательные стрелы, они начали опустошать колчан с обычными стрелами, стреляя по мечущимся врагам. Щитоносцы, бросив уже ненужные горящие факелы на головы врагов, вынули мечи и присоединились к сражающимся товарищам. Расстреляв весь запас стрел, к ним присоединились лучники. Так постепенно, пополняя свои ряды, они начали теснить врагов к берегу. В это же время, вторая шеренга из меченосцев и копьеносцев, развернувшись вправо, ударила в спину сражавшихся с ядром и правым крылом варваров. Двигаясь вперёд, они начали теснить врагов с тыла, заставляя задних толкать в спину стоящих перед ними. Действуя так, они зажимали врагов между собой и ядром манипулы. Тяжёлая кавалерия левого крыла, пробив проход, развернулась и снова врубилась в толпу врагов, прокладывая новый коридор из разрубленных и сгинувших под коваными копытами их скакунов врагов, так "высокородные" прошли несколько раз. Затем "высокородные" ввязались в бой, атакуя с середины зажатых между двумя группами манипулы "ролов" врагов. Бой разгорался.
В отличие от "ролов", главари орды боем руководили, находясь в тылу своих воинов, посылая гонцов с указаниями к отдельным отрядам. Они расположились на холме, наблюдая за ходом боя. Манёвр левого крыла манипулы "ролов" был для них неожидан. Когда зажигательные стрелы обрушились на суда и их шатёр, они растерялись, а разгорающийся огонь, подожжённых судов и шатра породил панику. Да и затем обычные стрелы лучников достали кое-кого из них. Растерянность перешла в панику, страх затмил разум, и они первыми начали спасаться, устремившись к уцелевшим, не охваченным огнём судам. Лишившись командования, орда начала действовать по принципу, каждый за себя. Одни яростно сражались, другие пытались пробиться к берегу. Накал сражения нарастал и в этот момент в сражение вмешались подошедшие части гарнизонов городов западного побережья. Их подходило всё больше, орда утратила численное превосходство, свежие части решили исход сражения не в пользу орды. Часть орды сумела погрузиться на суда и бежать, часть сдалась, остальные устлали своими телами всё вокруг. Эти кучи ещё шевелившихся и уже неподвижных тел были везде, на берегу и по всей площади отбушевавшего сражения.