Противостояние
Шрифт:
В очень короткое время КАТИН проявил себя в полной красе. Он оказался прекрасным дипломатом, гибким, расчётливым и умным. Да и происхождение его было загадочным, слухов родилось множество. Главное, что тёплое отношение к этому безродному выскочке самого влиятельного, самого богатого члена совета, подтверждало многие догадки. Среди них была и такая, что председатель совета гильдии всё подстроил понятно по чьему указанию…
Но это всё было неправдой, просто КАТИН получил шанс реализоваться и полностью использовал его. Бывают в жизни каждой власти и такие неожиданные счастливые приобретения. Вместо бездарей власть получают умные и достойные. Увы! Такое скорее исключение, чем правило.
Разбирая архив своего предшественника, КАТИН наткнулся на интересное послание. Один купец, три года назад, обратился к послу с просьбой решить с Владыкой ВИНЗОРА вопрос о пятилетней концессии на разработку лесного массива в малонаселённом восточном округе. Здесь же он провёл расчёт затрат и прибыли, согласно этим расчётам в выигрыше были все. Владыка ВИНЗОРА получал деньги за выкуп концессии, новые пахотные, культивированные земли, налоги
" Не смотря, на приложенные мной усилия, меры дипломатического воздействия на казначея, канцлера и самого Владыку, результата добиться не удалось. Это предложение было отклонено…"
Что такое "усилия и меры дипломатического воздействия" на чиновников и Владыку? КАТИН успел узнать, ещё не приступив к работе в должности посла гильдии при дворе Владыки ВИНЗОРА. Работая в посольском отделе гильдии, он прочёл множество отчётов дипломатов-послов, открытых и тайных. Для чиновников двора это подразумевало взятки, подарки и подношения, а для Владыки это были долгие и нудные цветастые речи, одна вода, никакой конкретики. Как уже упоминалось, в ВИНЗОРЕ чиновникам жилось очень неуютно. За их доходами и благосостоянием следили многие, а Владыка выявленных получателей взяток наказывал очень жёстко. Чиновники всё это знали и старались быть очень осторожными, а уже один факт, наличия сведений об имевшейся встречи чиновника с послом гильдии, был веской причиной усиления внимания за чиновником, участниками встречи. Все знали, что гильдия решала вопросы только за счёт подношений и взяток. Ну а Владыка долгие и нудные патетические речи просто пропускал мимо ушей, не выискивая в них золотых зёрен истины.
КАТИН нашёл в архивах посла ещё несколько интересных предложений. Но такого подробно обоснованного предложения со всеми расчётами, среди них не было. Своё шаткое положение в роли посла гильдии КАТИН понимал, понимал и то, что только успешное решение какого-либо проекта может упрочить его положение. Как его добиться? Об этом думал неустанно и выработал план. Долго не раздумывая, принялся за его исполнение. Пошёл не старым проторенным путём, с попыток заинтересовать чиновников Владыки, а подготовив прошение о предоставлении концессии, приложил к свитку восковую табличку, на которой изложил только расчёты доходности для казны ВИНЗОРА и подал прошение об аудиенции у Владыки. Нравилось или не нравилось Владыке, но аудиенции послам он давать должен был, таковы были правила этикета. Деваться Владыке было некуда, вот он и выслушивал цветастые речи послов. В этот день, уже два посла усладили его слух и навеяли дрёму. Третьим на очереди был посол гильдии. Владыка приготовился скучать дальше, по представлению послов, он запомнил, что посол гильдии был молод, по сравнению с убелёнными сединами послами других государств. Владыке было интересно, какую речь будет посол гильдии произносить перед ним, это ожидание несколько отвлекло его от скуки и дрёмы. Он с проснувшимся интересом ждал посла гильдии. Слуга доложил о после гильдии и тот вошёл. Владыка увидел его и поразился. Посол гильдии явно нарушал этикет, на нём не было регалий и разных побрякушек, тёмный кафтан, тёмные бриджи и мягкие сапоги. Короткая речь и сразу переданное через канцлера прошение, по этикету и правилам двора к Владыке приближаться не разрешалось. Владыка взял прошение, развернул его, бегло прочёл и скривил лицо. Его постоянно просили что-то дать, что-то подарить, но он это делать не любил. Оно и понятно! Ведь ему никто ничего не давал и не дарил просто так. Уже приготовившись дать вежливый отказ, Владыка обратил внимание на восковую дощечку, покрытую какими-то цифрами, и спросил:
— А это что? Считали количество знаков в прошении, уважаемый посол купцов?
Посол гильдии шутку не принял и твёрдо ответил:
— Нет! Это господин Владыка обычный расчёт прибили от реализации этого проекта Вашей казне.
— Так Вы уже считаешь мои деньги, господин посол?
Криво усмехнувшись, спросил Владыка, но посол гильдии был, не возмутим.
— Думаю, что свои деньги Вы считаете сами и моей помощи не требуете. Я Вам представил цифры поступления в казну налогов и платежей, как Вашу заинтересованность в даче разрешения на концессию, изложенную в просьбе.
Ответ посла был нарушением этикета, но Владыка этого не заметил, точнее не обратил на это внимания, его очень заинтересовали цифры на восковой дощечке. Сумма была впечатляющей. Владыка на мгновение задумался, затем сказал:
— Я оставлю прошение и расчёты у себя. Их проверят мои чиновники, ответ Вам завтра сообщит канцлер.
Посол откланялся и покинул зал приёма. Ему предстояло провести сутки в волнении и переживаниях, но это зависело уже не от него. Так закончилась самая короткая аудиенция этого дня. Владыке самому было очень интересен результат проверки расчётов чиновниками его казначейства. Такое было впервые, проситель не только просил, но и давал, мало того не пустые обещания, а цифры расчётов от которых он отказаться потом не сможет. Оставалось получить заключение своих фискалов. Расчёты изучались до глубокой ночи, проверялись и перепроверялись, а утром начальник фискальной службы доложил, что расчёты обоснованы и составлены по нижней шкале, а
если исходить из цен сегодняшнего дня, то могут составить цифру и большую. Владыка тут же подписал прошение, а канцлер лично доставил его послу гильдии. Придворные Владыки умели держать нос по ветру. Теперь КАТИНУ предстояло решить главную проблему. Как действовать дальше? Ошибиться было нельзя. Выбор был небольшой, найти купца автора прошения или действовать иначе. Поиски купца были долгим делом, кроме того прошедшие годы могли изменить финансовое положение купца, да и долго ждать решения любой идеи никакой купец не может. Деньги должны двигаться, приносить доход, как правило, у купца любая идея не может быть единственной, а это сводило все усилия КАТИНА по получению концессии на пустую трату времени. Что это значило? Говорить лишнее. Главное, что в глазах Владыки ВИНЗОРА он становился пустым болтуном, это был конец ему, как послу гильдии. Такого крушения КАТИН допустить не мог, вот он и придумал другой план действий, могущий при удаче возвысить посла гильдии при дворе Владыки ВИНЗОРА. Для этого исписал ещё две восковые дощечки. На первой был расчёт затрат и прибыли купца выкупившего эту концессию, а на второй был подсчитан доход гильдии от этой концессии. Сделав это, КАТИН немедленно выехал в город, где квартировал совет гильдии. Ехал без остановок и через 2/3 декады был в нужном городе. Вечер уже вступал в свои права, но день ещё не сдавался. Пыльная дорожная карета подкатила к дому купца ГВИТА ГАЛИАНЦА, самого старого члена совета гильдии, на заседаниях он часто дремал, не слушая докладчиков. Но КАТИН семнадцать лет проработал в кулуарах совета гильдии и знал, что ГВИТ самый богатый купец среди всех членов гильдии. Точный порядок цифр его состояния не знал никто кроме него. Многочисленные предприятия и компании управлялись его сыновьями, внуками и правнуками, а главное это было то, что никто из них без разрешения этого шестидесяти летнего старика не делал ни одного шага, не тратил ни одного медяка. Сонный образ немощного старика был маской, под которой скрывался острый ум, великолепная память и властная жёсткость. В совете гильдии постоянно менялись союзы, сегодняшний союзник становился врагом, но когда ГВИТ очнувшись от постоянной дрёмы, внезапно поднимал руку, голосуя "за" или "против" какого-то поставленного на голосование вопроса все до единого члены совета немедленно поддерживали его. Даже глава совета гильдии знал, что истинный правитель всей гильдии не он и не совет, а этот старик. Знали это и все служащие гильдии. Поэтому КАТИН и направился прямо к нему.Добиться приёма было очень трудно. Многочисленные крепкие слуги, на все настойчивые просьбы КАТИНА о короткой аудиенции сообщали, что ГВИТ плохо себя чувствует, что он устал и спит. Но КАТИН был настойчив, он попросил передать купцу, что имеет для него важное сообщение. ГВИТ всё это время наблюдал за суетой слуг и настойчивым просителем. Слова о "важном сообщении" для него вызвали его любопытство, он подал знак одному из слуг. Тот, действуя по давно разработанному сценарию, выскочил в приёмный покой и возмущенно сообщил, что поднятый шум разбудил дремавшего старика, он проснулся и очень недоволен этим. Можно говорить тише? В чём вопрос? КАТИН повторил свою просьбу. Вышедший слуга, укоризненно посмотрел на всех, беспечно махнув рукой, сказал:
— Да ладно пропустите его. Всё равно старик сейчас уснёт, разговор с посетителем его убаюкает. Он то и проснулся на половину, смотрит в пол глаза. Это лучше, чем он окончательно проснётся и начнёт изводить нас своими придирками. Прошу Вас идёмте!
Эта разыгранная сцена должна была расслабить посетителя, убедить его, что он будет иметь дело с дряхлым стариком, могущим не только забыть, о чём говорят, но и уснуть во время разговора. ГВИТ так развлекался, ему нравилось вводить людей в заблуждение. Но так он играл уже давно, иногда ещё изображал и глухоту, требуя, чтобы посетитель кричал. В кулуарах гильдии среди мелких клерков об этом рассказывали множество смешных историй. КАТИН их знал, как знал и то, что этот беспечный немолодой слуга, тоже один из первой полусотни богатых купцов, двоюродный брат, компаньон и один из советников купца ГВИТА. Почтительно поклонившись ему, КАТИН сказал:
— Благодарю Вас РЕВИД АЛИСКИЙ за переданное приглашение!
На лице человека игравшего слугу промелькнуло удивление. Этот посетитель был в доме ГВИТА впервые, но судя по названному им его имени, он знал очень много. Прекратив изображать слугу, РЕВИД с достоинством ответил на поклон и пригласил посетителя следовать за собой. Настоящие слуги следовали впереди них, открывая им двери большого дома. Перед дверями покоев купца ГВИТА, РЕВИД остановился и обернулся к КАТИНУ:
— Как о Вас доложить?
— КАТИН РУКОР посол купеческой гильдии при дворе Владыки ВИНЗОРА, кланяется ГВИТУ ГАЛИАНЦУ, желает ему здравия и покорно просит о короткой аудиенции.
РЕВИД ещё раз внимательно посмотрел на просителя. Произнесенная им ритуальная формула представления не соответствовала названному титулу, так просить о приёме полагалось главу совета гильдии, высшего руководителя всех купцов и наёмных работников гильдии. Но на лице РЕВИДА не дрогнул ни один мускул, он кивнул слугам, те открыли двери покоев ГВИТА. Сделав шаг вперёд, РЕВИД дословно повторил слова КАТИНА и отошёл в сторону, пропуская посетителя вперёд. КАТИН вошёл в покой ГВИТА, отвесил низкий поклон:
— Благодарю Вас за аудиенцию! Мой господин! Прошу Вас о короткой личной беседе!
Сидевший в кресле обложенный подушками глубокий старик уже преобразился, теперь в кресле выпрямившись, расправив плечи, сидел крепкий пожилой мужчина с пристальным взглядом. Он внимательно смотрел на просителя проницательным взглядом. Это длилось мгновение, затем ГВИТ коротко кивнул. Полы тяжёлых ковров висевших на стенах возле кресла купца откинулись. Пятеро одетых в кольчуги воинов-телохранителей, с обнажёнными мечами вышли из покоев, последним вышёл РЕВИД и закрыл за собой двери. КАТИН и ГВИТ остались наедине.