Чтение онлайн

Жданик надеялся получить чистый бензин по сравнительно низкой цене и продать его в Адаране гораздо дороже. Слишком уж много двигателей было уничтожено из-за самодельного топлива, а газовые двигатели использовались сейчас только в Колоссе, и то не для транспорта.

Обычные просчёты и караван в три прицепа с сотнями канистр помогли бы ему осуществить его задумки. Наверняка он мечтал заработать кучу денег, чтобы собрать не один, а четыре или пять таких же караванов и повторить ходку. Затем ещё и ещё, пока у его ног не будет большая торговая империя, десятки красивых женщин и своя армия бесстрашных головорезов.

Кто-то мечтал о такой

жизни. Даже хочется сказать, что практически каждый хотел поставить себя в этом мире, создав себе надёжную империю, которая будет кормить, оберегать его и делать из него человека. Кортес подумал об этом, и его повеселила эта мысль, он представил на месте богатого олигарха этого щупленького, крючконосого торговца. Сколько ещё ему лет добиваться своих целей? А потом он подымет голову и обнаружит, что слишком стар, чтобы воспользоваться всем тем, что он смог приобрести. Тогда не нужны будут ни девушки, ни арсеналы оружия, ни армия, ни деньги.

Ради чего стоит жить? Ради того, чтобы каждый день трястись за деньги, которые ты можешь потерять? Или может бояться выстрела в спину или ножа из-за угла? Подыматься слишком высоко довольно опасно, тогда находятся те, кто хочет вернуть тебя на землю. И в этот момент начинается борьба, оставляющая в живых только одного. Стоит ли это жизни?

Кортес мялся на месте, упершись спиной на край кузова и не находя удобного положения. Ноги и спина затекали от отсутствия сидений и наличия одного лишь борта. Так что приходилось иногда соскакивать на землю и пробегать несколько десятков метров, чтобы хоть как-то привести себя в движение. Сидеть так целый день оказалось непосильной и очень мучительной задачей.

Порой пробегали одинокие волки и буйволы. А иногда целые стаи полосатых жуков размером с кулак пересекали пустыню где-то далеко. Таких жуков следовало опасаться - они стаей нападали на жертву и сжирали её в считанные минуты. Но при этом опасались большого количества людей, огня и резких звуков. И даже автоматная очередь не спасала одинокого воина от острых зубьев, один в поле не воин. Патроны когда-нибудь, да кончаются, а вот голод растёт с каждой минутой.

С самого утра и до начала сумерек караван пересекал пустынную местность. Местами встречались довольно широкие травянистые участки, даже два оазиса миновал караван. Но в большинстве своём жизнью здесь не пахло и приходилось со скукой наблюдать, как мимо проносятся одинокие валуны. Порой можно было увидеть одиноких скорпионов, пятившихся назад от стука колёс, или же огромных москитов, в вечернюю прохладную пору пересекающих пустыню от оазиса к оазису.

Наверное, единственным местом, что привлекло внимание путников за долгое время в дороге, была заброшенная станция. Эта основательно прогнившая конструкция всё ещё сохраняла свои формы, хотя давно уже должна была рухнуть. Неудивительно, что здесь ютились порой целые отряды путешественников и караванщиков, прячась от пустынных бурь. Или же нуждающиеся в ночлеге воины находили временный приют. Бетонные стены служили надёжным укрытием, несмотря на свой возраст, а шиферные навесы, хоть и полопавшиеся со временем спасали от проливного дождя. Раньше здесь было много всякого барахла, необходимого для обеспечения станции, но за десяток лет отсюда унесли всё, что имело хотя бы какую-то ценность.

Кроме станции ещё пару вещей могли отпугнуть скуку. Это были: кладбище машин площадью в несколько гектар вдалеке, к которой не подходили из-за сильного радиационного фона, и заброшенная заправочная

станция, погружённая на метр в песок, принесённый пустынными ветрами.

Кортес удивился, почему Жданик не сделал привал на станции, как все приспособившиеся путники, а продолжал гнать мулов ещё пару часов. Но, убедившись в несколько нестандартном мировоззрении этого человека, он отбросил всякие версии, крутившиеся в голове.

Привал караван утроил в долине высохшей реки, под одним из столбов, служащим креплением для моста. Мост давно рухнул от времени, остались только крепления в виде колон, и торчащие с двух берегов обломанные балки и прутья. Вот у одной из таких колон остановился караван Жданика.

Место было выгодное, что уж сказать. Вокруг открытая местность - не подберёшься, а высокие берега защищали долину от сильных ветров. К тому же костёр можно было смело разводить со старых, облупившихся веток. Подземные воды уходили слишком долго, что дало возможность, вырасти целому лесу молодых деревьев. Но и они высохли вскоре, превратившись в дрова.

Луна в этот вечер была на удивление большая. Сначала никто не обратил на это внимания, но как только караванщики разгрузили мулов и скинули с себя дорожную амуницию, они получили возможность поднять головы к небу. Облака расступились вокруг луны, будто волны от всплеска, оставив право ночному светилу сторожить пустыню.

Улёгшись удобней у колеса повозки, и подстелив под голову добротный моток брезента, Кортес уснул. Дорога слишком вымотала его, тем более, если брать в учёт настолько долгий переход за перевал. После таких компаний нужно неделю отсыпаться, не говоря уже о скудном сне под открытым небом. Но спал он не долго.

Где-то спустя два часа Кортеса разбудили разговоры бодрствующих караванщиков. Мерно потрескивали ветки в костре, несколько человек сидело у разгоревшегося пламени, а остальные спали.

– Вот бывало, выйду ночью в пустыню, и слышу, как откуда-то издали доносятся крики и вопли. Может это только моё воображение, но там что-то нечистое было, не могу я поверить, что это так, - прерывисто пробормотал бородатый, заросший длинной щетиной караванщик и закурил.

– Да брось, завод уже давно пустует, и нет там никого, - махнул рукой молодой парень, блеск в его серых глазах можно было увидеть даже сквозь толстые линзы очков.
– Сколько раз уже туда ходили мужики.

Щетинистый безнадёжно пожал плечами. Молодой собеседник, по-видимому, не верил даже в то, что Земля круглая.

– Да сейчас много мистических мест у нас в округе, - заговорил третий, которого Кортес отметил как "шпала" из-за его роста.
– Будто души мертвых не могут покинуть этих мест, вот и мучаются на этой чёртовой земле.

– Ерунда всё это, мертвые, духи, - опять начал молодой.

– Тут я соглашусь, сказки для детей.

Было слышно, как поют сверчки. Сколько лет прошло, а они остались жить и всё так же беззаботно напевали убаюкивающую мелодию.

– Днём будем в Рио-Ланде, очень сильно изменилось это место за последнее время.

Услышав за родной дом, Кортес почувствовал, как сердце колыхнулось.

– Одичал этот район, всё позакрывали, много людей уехало, много погибло из-за налётов, остались только самые стойкие, - молодой парень отвёл руку в сторону и шустро вытащил ещё пару сухих веток из кучи позади себя.
– Я думаю, недолго осталось посёлку, но отдохнуть мы там сможем, поверьте мне.

– Смотри, вся надежда на тебя, - поддержал шпала.