Поднебесье
Шрифт:
– И кто-то уже побывал в этом месте?
– Говорят, что было пару человек, один живёт в Адаране, другой чуть восточнее, но он сошёл с ума. Ещё есть один, но я о нём ничего не слышал, - отец на секунду замолчал, но как только Кортес хотел задать логичный вопрос, то опередил его.
– Почему они там не остались? Они мало кому об этом говорят, да и привыкли они к этому миру, наверное...
– К этому миру нельзя привыкнуть.
Кортес улыбнулся, ведь он попал в точку, к такому миру невозможно привыкнуть. Он будет твоим домом, но в этом доме везде будут расставлены ловушки.
Зачем он вернулся? Разве его так тянуло домой, или потому что он привык к этому месту? У Кортеса
Друзья.... Что значит это слово? Для кого-то это человек, поддержавший тебя в трудную минуту, для кого-то соумышленник, для кого-то колодец для излития души. Для Кортеса друг - это тот человек, которому он может доверять и ожидать от которого может помощи в любой ситуации. Человек, которого он чувствует нутром. Было ли у него много друзей? Нет, конечно, у кого бывает много друзей? Было много товарищей, знакомых, но друзья - было только двое: Николас, которого он не видел с того времени как ушёл. И девушка, которую он любил и которую смог назвать своим другом. Больше никого, никого. А зачем он вернулся? Его вернули чувства, и в глубине души он пришёл за тем, чтобы вернуть всё то, что потерял несколько лет назад.
– Ты, наверное, хочешь спросить за Эмму?
– опередил его отец и встретил облегчённый взгляд.
– Тогда я не буду медлить, а скажу, что она уехала в Колосс.
– А Николас?
– Кортес взглянул на мать и заметил, как она отвела взгляд в сторону.
Ответил отец:
– А Николас погиб, нам очень жаль, - таким же ровным, как по радио, голосом проговорил он.
– Они погибли во время налёта, когда вели караван с Колосса.
Кортес замолчал на пару секунд и, почувствовав нависшую тяжесть и боль, решил как-то удержаться и продолжил:
– Он всегда был хорошим человеком.
Да, ему стало тяжело, но за проведённое время в пустыне, он терял друзей и теперь, он уже знал цену этой потери. Но в какой-то степени у него поменялись взгляды на мир, на людей, на потери за последние годы. Может, он почувствовал цену настоящей дружбы, настоящей потери.
Ему было тяжело расставаться с Николасом, но за эти годы он отвык от друга и за всё это время они уже стали другими. Может поэтому, когда отец сказал ему о смерти друга, Кортес не шелохнулся, хоть это и доставило ему боль, но не такую, чтобы сломить и заставить человека страдать. Ему бы было намного больнее, если бы он потерял ещё одного друга, которого оставил здесь. Почему? Потому что второй друг не был для него просто другом.
– Вы не будете против того, что я покину вас не надолго и проведаю знакомые места?
– Кортес кашлянул в кулак, видно булочка соседки оказалась немного жестковатой.
– Ты направишься в Колосс?
Вопрос отца заставил сына замешкаться, как чётко он чувствовал сына. Кортес и впрямь очень хотел направиться в Колосс, он преследовал своё прошлое и не хотел его отпускать. Может, ему и хотелось побыть дома, но подсознание гнало его туда, чтобы раз и навсегда расставить точки в этой истории. Каждый знает, как тягостно ожидание, особенно в вопросах небезразличных тебе людей.
– Наверное, да.
Мать снова улыбнулась, но уже как-то устало, смиренно.
Так они сидели ещё около получаса, говорили о мелочах, вспоминали нелепые истории и просто говорили о жизни. Мать собирала сыну в дорогу рюкзак, будто он собирался находиться в пустыне месяц. До Колосса тут рукой подать, всего четыре дня пути. Но мать сделала так, как должна была.
Сын поправил револьвер на бедре,
закинул на спину АКМ, без которого выжить в пустыне довольно непросто и вышел во двор. Следом за ним вышли родители.– Я буду через неделю, может чуть позже, - сухо заговорил Кортес, ловя на себе взгляды родителей.
Отец переглянулся с матерью, улыбнулся в ответ:
– Ты умеешь водить?
– Эмм...
– протянул сын, бросая взгляд на мать.
– А что там трудного?
– Год назад я починил старый москвич твоего деда, мы с Волком пересобрали топливный узел. Теперь машина на ходу, и работает на бензине из переработанных нефтяных отходах, но я боюсь, как бы топливная система не накрылась от такого топлива, да и скорость больше пятидесяти не выжимает особо. На ремонтном заводе теперь можно брать отходы и гнать из них бензин, там много чего остаётся, и нефть бывает, и хороший бензин даже иногда попадает, - отец достал с кармана связку из двух ключей и кинул их сыну.
– Я тут запас две канистры, и бак почти полон, думаю, что до Колосса и обратно на два раза хватит с головой. Машина в сарае, аккуратно, там такой бардак!
Кортес направился к сараю, снял отомкнутый амбарный замок и открыл ворота.
Перед ним стоял запылённый москвич ещё с довоенных времён. Видно было, что его чинили несколько раз, так как капот был несколько раз латаный, а кузов переварен в нескольких местах. Двигатель собирали с нескольких частей, так как деду приходилось собирать целые части двигателей с различных автомобилей. Много было чего уничтожено ядерными ударами, а ещё больше подверглось разрушению за прошедший век. Отсюда и настолько необычная конструкция.
Крышу автомобилю срезали, сделав что-то наподобие кабриолета, только задние места сделали под грузовой отдел. Это не был пикап, но всё же сходства были заметны и с этим видом транспорта.
Через десять минут автомобиль уже стоял перед домом, гружёный топливом и провизией. Наступило время ещё раз прощаться.
– Ты ж будь аккуратней в дороге, - предупреждала мать, поправляя мятый воротник.
– Колосс большой город, и там трудно сохранить голову.
– Спасибо, мам, - улыбнулся Кортес, обнимая женщину.
– Я скоро вернусь.
– Знаешь, - продолжил отец.
– Это твоя жизнь, и ты решаешь, как ей управлять. Я не буду говорить тебе, как поступать в тот или иной момент, но дать совет - это ещё в моих правах, верно ведь?
– Конечно.
– В Колоссе, хоть это и культурная столица, есть свои банды и авторитеты. Лучше не ввязываться в переделки с этими парнями. Просто наберёшь себе проблем, а они никому не нужны, - отец кивнул на АКМ.
– Не оставляй машину, лучше поставь на платную стоянку, и не суйся в район Гетто. Место, где ты её найдёшь, называется толи "Белая агония", толи что-то в этом роде. А там разберёшься, я уверен.
– Спасибо.
Сын не долго прощался с родителями. Обняв мать, он пообещал быть аккуратным. Затем пожал отцу на прощание руку и сел за руль, хлопнув дверцей автомобиля.
Мотор закашлял, после прерывисто зарычал и затих. Со второй попытки он всё же заставил автомобиль двигаться и Кортес, взмахнув на прощанье рукой, направил машину в сторону центра города. От Колосса его отделяла всего сотня километров, тем более что караванами была уже обозначена дорога.
Он остановил автомобиль у магазина, который носил за собой метку первого магазина в Рио-Ланде. Кортес купил два десятка патронов для револьвера и две обоймы на АКМ, отдав за это найденный за перевалом прибор ночного видения. Прибор был немного неисправен, а он всё равно не вязал мысли, как его отремонтировать. Подходя к автомобилю, он услышал шарканье шагов позади, и въевшееся в память чавканье.