Чтение онлайн

Ей казалось — он разворачивается целую вечность.

— Вернись к нему, прошу тебя…

Она думала — как бы не разрыдаться, когда Ильм положил руку на лоб Дерека и исчез.

Ничего не произошло. Ночь должна была уже закончиться и начаться сначала, а в состоянии Дерека ничего не изменилось. Топот ног и бряцанье доспехов наверху вывели её из оцепенения. Он обманул, поняла Талина, ловцы всегда обманывают. Сюда придут, и они с Дереком умрут в один день, как она и мечтала, но — расстанутся навсегда. Даже если её путь лежит к нижним — к Дереку её не подпустят…

Она взяла мужа за руку. Господин Хант возник напротив — тенью в переливах

эльфийского плаща.

— Я встречу их, женщина, — сообщил он по-прежнему бесстрастно, — я ждал их. Запри за мной дверь и не вздумай стрелять мне в спину.

Существо двинулось к двери вполне обычной человеческой походкой. Талина осторожно протянула руку к арбалету. Ильм чуть притормозил и, не оборачиваясь, покачал головой.

— Не стоит, женщина.

— Подожди, — заторопилась она, ощущая топот ног и шум схватки на соседнем этаже, — подожди! Возьми меня вместо него! Какая тебе разница — в ком находиться и кого забирать!

Тень прежнего Ильметаса Ханта мелькнула перед ней — когда советник развернулся и удивлённо вскинул брови.

— Нет, — засмеялся он совсем по-человечески, — внутри женщин я предпочитаю бывать куда более традиционным и гораздо более приятным способом. Ты не в моём вкусе.

И вышел. А она чуть помедлила, потом подбежала и задвинула засов. И придвинула ещё кресло — шкаф был ей не по силам. Постояла, прислушиваясь к шуму, вернулась, села рядом с Дереком, взяла арбалет и нацелила на дверь.

Охрана владыки сражалась упорно, но пятерым магам не выдержать против пары дюжин. Гузард подивился, как хорошо организована оборона — слухи о мастерстве главнокомандующего не врали, пришлось вызывать подкрепление, и только тогда они смогли прорваться к лестнице на нижние этажи. Дальше дело пошло легче — поняв, что устоять возможности нет, объявившие себя временными соправителями Радосвет с Дагором предпочли сохранить людей и организовать грамотное отступление. Ничего — если им и удастся скрыться, это уже не будет иметь особого значения. Главное — убедиться, что владыка уже мёртв. Или помочь ему уйти.

Тогда можно будет объявить о переходе власти.

С ловушками на лестнице пришлось немного повозиться — ценой жизни двоих стражников. Дальше проход был свободен.

У дверей спальни владыки стоял человек в эльфийском плаще. Тряхнул головой, скидывая капюшон. Гузард невольно дал приказ остановиться — охранник смотрел слишком спокойно. Так спокойно, что становилось страшно.

— Тех, кто сдастся без сопротивления, ожидает помилование и ссылка, — вполне доброжелательно произнёс охранник. — Предлагаю страже — бросить арбалеты, магам — лечь лицом вниз, голову на ладони.

К великому удивлению Гузарда половина стражников отшвырнула арбалеты и бросилась лицом вниз. Четверо магов — тоже. Человек скептически сжал губы и посмотрел на оставшихся.

— Думаем, — подытожил он. — Не сдавшихся сначала допросим, потом казним. Пощады не обещаю. Кто ещё?

Дюжинник едва уловимо шевельнул пальцами: команда прошла лёгким дуновением воздуха — остановить, заморочить, лишить сознания и допросить. Охранник примитивно принял все заклинания на возникший в руке щит, им же отбил нестройный залп арбалетных болтов и двинулся вперёд.

— Время ещё есть, — вновь повторил он. — Кто ещё?

Клинок прошёлся по головам стоящих впереди арбалетчиков, чтобы следом обрушиться на магов.

Дюжинник боевых магов успел рухнуть на мокрый от

крови пол и уткнуться лицом в ладони.

— Стража! — услышал Гузард над собой голос, и следом — топот казалось только что отступившей гвардии владыки. — Вот эти — сдались, а вот эти — слишком медлили. Всё ясно?

— Джай?

Маг вопросительно приподнял бровь — опальный казначей вошёл в его кабинет как в свой собственный. Но не стоило сразу выгонять бывшего советника и тем более учить вежливости — всё же он оставался владельцем крупнейшего торгового дома, который владыка или не смог или не посчитал нужным выдворить из столицы. Деньги и связи Ильметаса Ханта могли пригодиться Ковену, сам же торговец обладал недюжинным чутьём и никогда не рисковал понапрасну: раз появился — значит почуял немалую прибыль.

— Господин Хант? — холодно осведомился Джайлем. — Чем обязан?

Одет беглый казначей был далеко не так роскошно, как в былые времена: серый плащ, эльфийский, но вышедший из моды ещё лет пять назад, отнюдь не новые эльфийские сапоги; добротные, но не роскошные штаны, меховая безрукавка и рубаха — южной работы. Маг позволил себе бросить едва уловимый взгляд на одежду торговца и чуть искривить губы. Пребывание в южных землях не пошло господину Хату на пользу, если не считать ровного бронзового загара. В уголках глаз и между бровями наметились морщинки — видимо, долго не мог позволить себе омолаживающих зелий.

— Ты меня достал, — очень непосредственно объяснил торговец, кидая плащ на ближайшее кресло. — Вернее, меня достало, что ты не понимаешь нормального обращения.

Болевое заклинание не произвело на бывшего казначея видимого действия — на амулеты он по-прежнему не скупился. Ничего, поправимо. Поставить наглеца на место — не проблема. Молния отразилась от блеснувшего в руке кинжала. Огонь опалил дверь за господином Хантом, не причинив ни малейшего вреда ни ему, ни его одежде. А вот это странно — неужели он, глава Ковена, проглядел магов, способных создать амулет такой мощи? И кто же они?

— Вот видишь — совсем не понимаешь, — от усмешки посетителя по спине Верховного мага побежали мурашки, что вовсе не было отдачей от вновь срикошетивших от клинка заклинаний.

На главу Ковена обрушился удар — примитивнейший удар кулака в челюсть. И никакая магическая защита не сработала. Джайлема отбросило к стене вместе с креслом. Следующий удар пришёлся в нос. Затем казначей поднял первого мага страны за шиворот и приложил подбородком о колено. Швырнул на пол, добавив носком сапога в живот. Приподнял и с размаху шваркнул ещё раз. От следующего пинка маг взвыл, выплёвывая на пол остатки зубов.

— Я тебе не Амелия, — безо всяких эмоций сообщил казначей, сопроводив свои слова ударом, после которого Джайлем не смог издать ни звука — перехватило дыхание. — А мои сапоги — не плёточка. Так что никакого кайфа ты не дождёшься, гнида.

Дальнейшее Верховный помнил урывками: лёгкий эльфийский сапог, наносящий совсем не лёгкий удар, резкий рывок с пола и удар о стену… Он летал по своему кабинету безо всякой магии, израсходовав все заклинания и волю к сопротивлению. И не было времени собраться, не было сил сплести примитивнейшую «стенку», да и бессмысленно было её плести — кулак советника запросто снёс бы стенку как каменную, так и магическую. В редких проблесках сознания он, глава Ковена, мог лишь жалобно подвывать и хрипеть «пощады» — казначей знал, куда бить.