Под сенью клинка
Шрифт:
Через полгода после отъезда Ильма Дерек вызвал к себе тайного советника.
— Возьмёшь на себя обязанности казначея. Ты столько следил за Хантом, что наверняка усвоил, как он вёл дела. Формально нынешний третий советник останется на месте, фактически же — управлять казной будешь ты.
— Хорошо, — поморщился Хельм, — взятки пойдут в казну отдельным пунктом.
Формально господин Хант взяток не брал — но благодарности в форме выгодных заказов получал часто. Дерек бы и не возражал, чтобы теперь эти благодарности поступали торговому дому Ульрики, но Дагор считал иначе.
Время шло — Талина успокоилась, сосредоточившись на очередных подземных этажах и третьем сыне, Дерек же занялся границами —
Иногда Дерек спрашивал себя — почему он так уверен, что меч действительно уехал? Да, агенты несколько раз засекали пару, похожую на Ильма с Роксаной в Ардении. Да, влияние «Тропинки» в южных землях возросло в несколько раз, и при желании господин Хант мог стать теневым правителем в любом южном государстве. И даже — спокойно свергнуть любую из правящих династий, чтобы взойти на престол самому. Дерек постоянно прислушивался к себе — ведь уверенность в своём отсутствии меч мог внушить и изнутри. Мог. Шанс, что оружие изощрённо морочит своего владыку, существовал — и именно им можно было объяснить уверенность в отъезде меча. Дерек допускал такую возможность — разумом, вопреки собственной уверенности, и по дюжине с лишним раз перепроверял все свои решения, ни в одном из них не полагаясь на чувства и ощущения. Впрочем, бывшему воеводе и четвёртому сыну императора было не привыкать вести себя так. Это здесь он немного расслабился.
Через год после ухода меча мирно скончался в рабочем кабинете Урленой — Дерек давно уже подобрал человека на эту должность, и несколько лет назад заговорил о смене советника с Ильмом. «Это мой человек, — ответил меч. — Не его вина, что он пережил свой разум. Его мечта — пост советника до конца жизни и пышный погребальный костёр. И она исполнится». Взгляд клинка не оставил тогда Дереку никакого выбора.
Пламя до вершин деревьев, пышная тризна, коленопреклонённые стражники, бой барабанов, лязганье щитов, Роксана с лютней в руках — владыка осторожно искал Ильма среди пришедших проститься с Урленоем, и не находил.
— Где он был? — спросил Дерек Хельма на следующий день.
— Седьмой стражник в правом ряду, — ничуть не удивился советник Дагор.
Сообщение о магических искажениях, сопутствующих приходу очередного тёмного владыки пришли в разгар зимы — на второй год после отъезда советника Ханта.
Талина ждала этого — мысль, права ли она, не покидала её ни на мгновение. Тварь оставила своего владыку, но ушла ли она из мира? Дерек в ответ на этот вопрос пожимал плечами. Хельм подробно и дотошно разъяснил ей, что если правда о выброшенном мече откроется — опасаться им придётся отнюдь не тёмного владыки, а всей мощи Ковена, потому что магов не остановит уже мысль о мести вернувшегося с новым владыкой меча.
Если бы тварь вернулась с новым светлым владыкой! — мечтала Талина. Тогда они сдали бы власть и уехали под горы. Когда она однажды проговорилась об этом Дереку, он посмотрел на неё странно и грустно, как на маленького ребёнка.
— Ты правда так считаешь? — спросил он. — Что первым придёт светлый? И что он не станет мстить? А если он не станет мстить — так ли он ужасен, как ты себе представляешь?
Что-то доказывать Дереку в очередной раз у неё уже сил не было. Иногда казалось, что проще сослаться на женский каприз — тогда бы он её понял.
Она не узнала, кто пришёл первым — когда погожим зимним днём Ренину спешно забрали из лечебницы, где та помогала отцу, и за женой и детьми владыки пришли телепортисты. Все вещи на этот случай были собраны, все слова сказаны — и они с Дереком лишь посмотрели друг на друга. Он вернётся, убеждала себя Талина. Он вернётся.
Пришелец не должен был успеть
собрать войско — Дерек телепортировался с гвардией и верными магами в ближайший к месту магического возмущения город — всего в трети дня конного перехода. Не зря вампиры и маги всё это время изучали прозябающие в забвении окраины. Дерек с трудом представлял себе мощь врага — Ильм ни разу ни показал ему предела возможностей владыки. Сколько тёмный сумеет положить в одиночку? Сколько лучников и магов потребуется, чтобы остановить его? Оставалось лишь идти вперёд в надежде, что меч всё-таки поможет, как обещал Хельму, который в этот момент как раз был занят эвакуацией служб, казны и верных людей.Здесь было холодно и снежно. Бустед приноравливался к неспешной рыси местного жеребца, слушая краткую лекцию меча о мироустройстве, и удивлялся тому, что совсем не мёрзнет. До ближайшего поселения немного — там он раздобудет приличную одежду, еду и не откажется от ласк девиц спелых и умелых. Запах дыма едва ощущался, но скоро он станет хорошо различимым. Там тепло, еда и женщины. Не захотят поделиться… захотят, ещё как захотят! Клинок появлялся и исчезал в руке, даря опьяняющую уверенность во всемогуществе и неуязвимости. Жаль, что в предыдущем поселении попались такие упёртые и злобные жители. Жаль, что там совсем не было нормальных воинов. Жаль, что людей он убил раньше, чем налетела крылатая нечисть… Ничего — в следующем посёлке будет умнее, сначала продемонстрирует силу на нескольких стражниках, тогда жители сразу на всё согласятся…
Человек возник на дороге внезапно — светловолосый, смуглый или загорелый, в лёгкой белой рубашке с закатанными чуть ниже локтя рукавами, светлых немного широких штанах и коротких сапогах со шнуровкой, словно только что из страны, где солнце и лето. Без лука, меча или кинжала. Спокойно остановился посреди колеи, преграждая путь. До него было шагов восемь — достаточно, чтобы заметить, что ему не холодно. Голос в голове произнёс пару слов — интонация не позволила усомниться в их смысле.
Он остановил коня, размышляя, возникнет меч в руке прямо сейчас или чуть позже. Мужчина тут же двинулся ему навстречу.
— Ты?! — Бустед собирался сказать совсем другое, но вдруг осознал, что голос ему не подчиняется. — Как ты смеешь?! Без носителя?
— А что такого? — удивился незнакомец. — Он занят, ему не до тебя. Государственные дела, знаешь ли. Хочешь, оставь своего, кто тебе мешает?
— Ты… ты… — слова, вертящиеся на языке, были незнакомы, хотя и понятны.
Бустед поднял коня на дыбы и бросил на человека. Мужчина скользнул под брюхом жеребца, увернулся от копыт, дёрнул на себя стремя. Бустед спрыгнул раньше, чем седло соскользнуло со спины лошади. Меч возник в руке, целясь в противника.
— У меня мало времени, — мелькнул клинок в руке мужчины, — а тебе, парень, считай, повезло.
Тёмного они нашли недалеко от деревни — он не успел в неё войти. Седло с перерезанными подпругами валялось рядом, гнедого жеребца выловили неподалёку. Дерек постоял над телом, потом дал сигнал магам — миг, и лишь пламя взметнулось над сверкающим снегом. Отсрочка — он сможет вернуться к Талине и детям. Значит ли это, что теперь у меча достаточно времени, чтобы найти себе нового повелителя?
Столица праздновала — народу нужны не умозрительные, а видимые и ощутимые успехи власти. Праздник обещал растянуться на полдюжиницы — с гуляньями, состязаниями, ярмарками, фейерверком и кулачными боями стенка на стенку. Праздник. Он сильно облегчил им задачу.
— Ты уверен, что человек был уже мёртв, когда вы подъехали? — Джайлем вновь и вновь всматривался в пустые глаза кудрявого гвардейца, стараясь не вдыхать тяжкий запах перегара.
— Да.
— Владыка не отлучался от отряда?