Пена дней
Шрифт:
Колен читал Хлое книжку. Это была книжка про любовь, книжка со счастливым концом. В данный момент герой и героиня писали друг другу письма.
— Почему все так затянуто? — спросила Хлоя. — В жизни все происходит гораздо быстрее.
— У тебя такой богатый опыт? — поинтересовался Колен.
Он сильно ущипнул кончик солнечного луча, который направлялся в Хлоин зрачок. Луч изогнулся и принялся гулять по шкафам.
Хлоя покраснела.
— Нет, — застенчиво проговорила она, — просто мне так кажется.
Колен закрыл книжку.
— Ты
Хлоя вздрогнула.
— Они такие невкусные, — воскликнула она. — Это обязательно?
— Боюсь, что да, — отвечал Колен. — Сегодня вечером мы пойдем к доктору, и он наконец скажет, что у тебя. Так что пока придется потерпеть, а потом он, может быть, пропишет тебе что-нибудь другое.
— Но они действительно ужасные, — сказала Хлоя.
— Будь благоразумна, прошу тебя.
— Когда я их принимаю, мне кажется, что у меня в груди сражаются какие-то зверьки. И вообще, глупо быть благоразумной.
— Но иногда приходится, — сказал Колен.
Он открыл коробочку с пилюлями.
— Они такого противного цвета, — сказала Хлоя, — и запах у них гадкий.
— Они действительно странные, — признал Колен, — но ничего не поделаешь.
— Смотри, — воскликнула Хлоя, — они шевелятся и просвечивают, по-моему, там внутри кто-то живет.
— Не волнуйся, ты запьешь их водой, и они перестанут двигаться.
— Не говори глупости… может быть, там рыба.
Колен засмеялся:
— Ну и прекрасно, заодно перекусишь. — Он наклонился и обнял ее. — Прими ее, моя девочка, будь умницей.
— Тогда поцелуй меня, — потребовала Хлоя.
— Обязательно, — сказал Колен. — Если тебе, конечно, не противно целоваться с таким страшненьким мужем…
— Ты и вправду не красавец, — заметила Хлоя, желая его подразнить.
— Я не виноват, — грустно сказал Колен. — Я просто мало сплю.
— Колен, поцелуй меня скорее, я такая гадкая, дай мне две пилюли.
— Ты с ума сошла! — воскликнул Колен. — Доктор велел принимать по одной. Ну, открой ротик…
Хлоя закрыла глаза, побледнела и прижала руку к груди.
— Ну вот, — тяжело проговорила она. — Сейчас начнется…
Капли пота выступили у нее на лбу.
Колен сел с ней рядом, обнял ее за шею. Хлоя вцепилась в его руку и застонала.
— Успокойся, моя милая, — сказал Колен, — так надо.
— Мне больно… — прошептала Хлоя.
Огромные слезы повисли у нее на кончиках ресниц и поползли вниз, оставляя холодные следы на ее нежных щеках.
— Я не могу удержать равновесие… — пролепетала Хлоя. Она поставила ноги на пол и попыталась подняться. — Не получается, — сказала она, — я вся такая вялая.
Колен подошел к ней и взял на руки. Она повисла у него на плечах.
— Держи меня, а то я упаду.
— Ты просто устала лежать… — сказал Колен.
— Нет, — возразила Хлоя. — Это все из-за
пилюль твоего старого аптекаря.Она снова попыталась встать на ноги и покачнулась. Колен подхватил ее, и они вместе повалились на постель.
— Мне так хорошо с тобой, — воскликнула Хлоя. — Полежи со мной. Мы так давно не спали вместе.
— Нельзя, — сказал Колен.
— Нет можно, нужно. Поцелуй меня. Я все-таки твоя жена.
— Да, — сказал Колен. — Но ты не здорова.
— Я не виновата, — прошептала Хлоя, и губы ее задрожали, как будто она собралась заплакать.
Колен наклонился и поцеловал ее так осторожно, как если бы она была цветком.
— Еще, — потребовала Хлоя, — и не только в лицо. Ты разлюбил меня? Ты меня больше не хочешь?
Он крепко сжал ее в своих объятиях. Она была вся теплая и ароматная, как обтянутый белым шелком флакончик духов, только что вынутый из коробки.
— Да, — сказала Хлоя, вытягиваясь на постели, — еще…
— Мы опоздаем, — сказал Колен.
— Ничего страшного, переведи свои часы назад, — предложила Хлоя.
— Может быть, все-таки поедем на машине?
— Нет, — сказала Хлоя. — Я хочу, чтобы мы вместе побродили по улицам.
— Но ведь это далеко!
— Ничего, — возразила Хлоя. — После того как ты меня… поцеловал, я сразу почувствовала себя лучше. Я хочу пройтись пешком.
— Тогда я договорюсь с Николя, чтобы он заехал за нами на машине, — предложил Колен.
— Хорошо, — согласилась Хлоя.
Она надела короткое нежно-голубое платье с треугольным вырезом, накидку из рыси и такую же шляпку. На ногах у нее были ботиночки из крашеной змеиной кожи.
— Пойдем, мой котеночек, — сказал Колен.
— Я не котеночек, — заявила Хлоя. — Я вылитая рысь.
— Котеночек как-то лучше звучит.
Они вышли из комнаты и направились к выходу. У окна Хлоя остановилась.
— Что случилось? — спросила она. — Стало как-то темнее…
— Ты ошибаешься, — возразил Колен. — Здесь много солнца.
— Неправда, — сказала Хлоя. — Раньше солнце доходило до того узора на ковре, я точно помню, а теперь оно доходит только досюда…
— Это зависит от времени суток, — возразил Колен.
— Да нет же, — воскликнула Хлоя, — это было как раз в то же самое время.
— Хорошо, посмотрим завтра, — предложил Колен.
— Ты же сам видишь, оно доходило до седьмой черточки, а теперь доходит только до пятой.
— Пойдем, — сказал Колен. — Мы опаздываем.
Проходя по коридору, Хлоя улыбнулась своему отражению в зеркале. У нее не может быть ничего серьезного, и теперь они снова смогут гулять вместе. Колен будет экономить трублоны, у него их еще достаточно для нормальной жизни. Может быть, он будет работать.
Дверь со скрипом захлопнулась. Хлоя держала Колена под руку. Она шла маленькими легкими шажками. На каждый шаг Колена приходилось два ее шага.