Чтение онлайн

– Почему мы идём убивать пирата сегодня ночью, Питер?

Питер посмотрел на него, как на слабоумного, будто даже подумать задать такой вопрос было большой глупостью.

– Потому что он пират, Крюк.

Джеймс не понял, и присел там, не зная, что ещё сказать. Но когда Питер двинулся по направлению к кораблю, что-то отчаянно вцепилось в его внутренности, требуя остановить всю эту затею.

Он ухватился за первый попавшийся вопрос, подкинутый ему его разумом.

– Где спит капитан, Питер?

Группа мальчишек позади них начала извиваться и шуршать, растерянные, нетерпеливое бормотание поднималось в воздух.

– Нигде, -

сказал Питер сквозь зубы.
– У этих пиратов нет капитана.

Джеймс нахмурил лоб.

– Нет капитана. Это кажется подлым, убивать пиратов, у которых даже нет капитана, хотя у нас есть.

– У вас есть?

– Ну да, конечно. Ты, Питер Пэн.

Всё лицо Питера просияло от этого:

– Я Капитан. Я Капитан.

Затем он повернулся к кораблю, будто продолжение разговора не могло даже существовать, и забыл о нём.

– Питер, ты обещал, что мне не придётся убивать...
– Джеймс пошел дёрнуть Питера за рубашку, но Питер вытянул руку, чтобы остановить его.

– Тсс.

Джеймс отодвинулся назад, бросив эту борьбу за справедливость. Мимо него к Питеру прополз Чуточка, и произнёс достаточно тихо, но Джеймс услышал:

– Посмотри на вот того. Спит возле самого края. С ним будет легко справиться.

У Джеймса сжалось всё внутри. Его глаза лихорадочно метались со старого, седого пирата на Пэна, а с того - на тёмное, старое, позолоченное по борту дерево корабля, и до него начал медленно доходить весь ужас ситуации.

Питер задумался об этом на мгновение и лучезарно улыбнулся:

– Вот этот там. Я перережу ему горло, прежде чем кто-либо из них успеет схватить меня. Это будет засада. О, какой я умный.

Питер взобрался на отвесный борт корабля, будто в нём были скобы для ног, и остальные Потерянные мальчики последовали его примеру. Джеймс с ужасом понял, что ему лучше идти за ними, хотя с каждым движением ему становилось всё сложнее игнорировать пугающее предчувствие. Похоже, в этом месте приказы не обсуждались. Он последним забрался на сияющую палубу, и оказался там как раз вовремя, чтобы увидеть жуткий оскал на лице Питера.

Конечно, он слышал про план, но видеть, как Питер воплощает его в жизнь - совсем другое. Джеймс застыл в ужасе, когда Питер молча достал нож из складок одежды, перебросил его из руки в руки и сжал за рукоять. Пират продолжал мирно спать. Питер подкрался к нему и похлопал по плечу. Джеймс был слишком напуган, чтобы что-то сказать или сделать, и часть его до сих пор не верила, что всё это происходит на самом деле. Но он осознал всю серьёзность ситуации, когда пират проснулся и схватился за меч. Питер быстрым и отточенным движением полоснул его по горлу, и ярко-рыжие волосы пирата залила кровь. Глаза жертвы раскрылись шире, но смотрел он не на Пэна. Его глаза смотрели прямо на Джеймса, недоумевающие, потрясённые, полные боли. И в это мгновение Джеймс понял, почему всю эту ночь ему было не по себе.

Каким-то образом, он знал этого человека; он знал его глаза. Он был уверен, что узнал его волосы. Этот пират, этот прохвост, был одним из пиратов, о которых он всегда мечтал. Он играл тщательно продуманные роли в ночных фантазиях Джеймса. Этот корабль, эти люди, они были его.

Он так уверенно знал это, как и то, что небо голубое, а трава зеленая.

– О да. Испанский Мэйн, - говорил Питер ещё в Кенсингтоне.
– Полный неуклюжих, глупых, взрослых пиратов. Я убил, по меньшей мере, десяток из них.

Испанский Мэйн. Корабль Джеймса.

И вот они

были тут, и Питер наживался на его собственности.

Пока жизнь пирата потихоньку угасала, и кровь, пульсирующая из горла, пропитывала воротник его рубашки, Джеймс знал, что пират тоже признал его.

Было тихо на корабле, мрачная, тяжелая неподвижность, давившая на его плечи, сердце и на кончики пальцев. Раздался могучий всплеск, из-за того, что Джеймс случайно оступился и упал с корабля в воду. А высоко над ним, кукарекал Питер.

Вода была ледяной, но Джеймс и так уже окоченел, так что это не играло роли. Над ним, на корабле, начался хаос, пираты с грохотом врывались на палубу, а Питер Пэн и Потерянные мальчики убивали тех, кто подбирался слишком близко. Но Джеймс ничего не мог сделать потому, что погрузившись с головой в сверкающую, кишащую нимфами воду, он перестал что-либо слышать, наступила давящая тишина, и всё, что он мог - это смотреть, и постараться не утонуть.

Он думал о глазах. Не только о глазах пирата, но и о глазах Питера. В последнем взгляде рыжеволосого разбойника Джеймс видел мольбу и растерянность, а потом они потухли, и это было страшно. Но во взгляде Питера он увидел нечто такое, что никогда не сможет забыть. Невинный мальчик, который резвился и играл в Капитана, мечтал о вечном детстве, превратился в зловещее чудовище в тот момент, когда перерезал ножом горло пирата. В то мгновение на лице Питера читалось чистое, неподдельное торжество. Джеймса передёрнуло, и он не мог точно сказать, было это от ледяной воды или от воспоминаний. Но даже если мозг Джеймса не беспокоился, что вокруг него ледяная вода, тело уже начало замерзать. Ноги начинали неметь, и мальчик решил, что лучше обдумает ситуацию где-нибудь на берегу, подальше от Питера, и там, где его не смогут найти, чем продолжит дальше барахтаться в холодном море.

Когда Джеймс доплыл до берега, он глянул обратно на маленькие светящиеся точки, плавающие в морской пене. Это действительно были нимфы, как он и читал в мифологической энциклопедии на прошлой неделе. Но сейчас его мало заботила мифология. Он обернулся к пиратскому кораблю, наблюдая за происходящим и обдумывая собственное положение. Может, стоило попытаться вернуться на Мэйн и попасть под меч кого-нибудь из пиратов (или Потерянных мальчиков)? Возможно, если его здесь убьют, он проснётся в своей кровати и больше никогда не станет убегать в Кенсингтонские сады. Это была дельная мысль.

На корабле царили хаос и безумие; рёв, крики и лязг стали разрывали тишину ночи. Питер и Потерянные мальчики бегали, прыгали, летали то тут, то там, а растерянные и неуклюжие пираты, не имея предводителя, понятия не имели, как отбиваться. Джеймс почувствовал огромное сожаление и вынужден был отвернуться от этой бойни.

И в этот момент он заметил в полумраке одинокого пирата, тайком кравшегося прочь от места стычки. И этот пират шёл прямо на мальчика. У Джеймса даже не было сил, чтобы убежать, казалось, вода их все из него вымыла. Когда он постарался подняться, песок будто удерживал его. Джеймс сжал зубы, сражаясь с белым песком и усталостью, пересматривая свои предыдущие размышления о самоубийстве, и не спуская глаз с приближающегося пирата. Тот бежал изо всех сил прямо на Джеймса, его глаза сверкали, как светящиеся шары, золотые зубы блестели, а щетина и борода топорщились во все стороны.