Начало
Шрифт:
— Видишь ли, там куда мы едем, нас ждут друзья. Настоящие друзья, — улыбка на лице Эрика не предвещала ничего хорошего. — И мы тоже обещали им подарки. Но вот незадача… Мы долго думали над тем, что бы им подарить и так ничего и не надумали, — оба одновременно с трагическим видом покачали головами. — Понимаешь, такие уж они капризные. В общем, было бы довольно грустно, если бы не смогли порадовать наших друзей к празднику. Но к счастью, — Эрик сделал паузу, его рука легла на ручку двери, — мы вовремя вспомнили о тебе.
В руках у Дилана мелькнула камера, и ужас холодной струйкой пота пробежал по моей спине.
Я оглянулась
— Эй, куда же ты? — Сзади послышались хлопающие двери машины и веселый окрики. Они что-то кричали мне, явно забавляясь предстоящей погоней.
Ноги проваливались в снег, голые руки, пытающиеся ухватиться за еловые ветки или шершавые стволы в качестве опоры, тут же покрывались царапинами. Сумка цеплялась за все подряд и била мне по ногам, затрудняя движение, и я ее скинула. Тетрадки и ручки высыпались и утонули в снегу, но мне было не до них.
Сзади доносилось тяжелое дыхание моих преследователей. Я вдруг поняла — они все спланировали. Они узнали дату моего последнего экзамена, выследили дорогу, по которой я хожу домой, и задержались, чтобы исполнить обещанную месть. Какая же я была глупая, когда думала, что все позади.
Их смех эхом разносился по лесу. Для них это была забава, развлечение, охота. Они знали, что я далеко не убегу.
Дыхание постепенно сбилось. Бежать, ступая в мягкий, проваливающийся под ногами снег, становилось все тяжелее. Каждый шаг требовал неимоверных физических усилий. Я вся вспотела, куртка стала обузой. Мне захотелось скинуть и ее, но я боялась, что, перестав цепляться за ветви или деревья, потеряю равновесие и упаду.
Я не знала, сколько времени бежала. Но в какой-то момент их крики стали тише, а потом и вовсе замолкли.
Неужели у меня получилось?
Но обернуться я не решилась. Вместо этого помчалась вперед с удвоенной силой, как будто внутри обнаружился новый источник энергии. Они отстали! Я спасена!
Но окрыленная своим успехом, я не заметила, как твердая опора под ногами вдруг исчезла. Моя нога нащупала пустоту, и я кубарем покатилась вниз по склону. Ухватиться было не за что. Стволы деревьев мелькали рядом с угрожающей быстротой, а снег, который хоть и смягчал мое падение, но набивался в рот, застилал глаза и вскоре все вокруг превратилось в нескончаемое мелькание белого и темного. Я инстинктивно прикрыла лицо, ожидая неминуемого удара.
А потом тишина. Когда все закончилось, я не поверила, что все еще жива. Приподнявшись на локте, я посмотрела в сторону склона, по которому только что скатилась, и окончательно осознала, как мне повезло. Черные стволы, покрывающие почти каждый квадратный метр, говорили о том, что любая секунда этого ужасного полета могла стать для меня последней.
Как раз в этот момент сверху донеслись голоса. Черт, неужели они никогда не отстанут!
Я с трудом поднялась, но тут же поняла, что опасное падение все-таки не прошло для меня даром. Кажется, я слегка подвернула лодыжку.
Бежать дальше не получится. Да и Эрик с Диланом уже спускались по склону. Опустившись на снег, я потерла горящую изнутри лодыжку. Как далеко я от дороги? Есть ли вероятность, что мои крики кто-нибудь услышит?
Оба моих преследователя были совсем рядом. Эрик увидел меня первый.
— А вот и она. Ну что, недалеко убежала?
Дилан достал камеру и направил ее на меня. Я с ненавистью посмотрела на них. Как ни странно, страх
куда-то пропал, осталось лишь отвращение к ним обоим. Их лбы блестели от пота, лица стали багровыми, они тяжело дышали, крашеные белые волосы Эрика взмокли и торчали в разные стороны. Что ж, по крайней мере я заставила их попотеть.Эрик присел рядом на корточках. На меня снова пахнуло резким парфюмом, на этот раз смешанным с запахом его пота.
— Учителя об этом узнают, — сказала я, слабо надеясь, что это сработает. — Тогда вам обоим не поздоровится.
Дилан издал громкий смешок, больше похожий на хрюканье.
— Ты слышал, приятель, — Эрик не сводил с меня взгляда, хоть и обращался сейчас к Дилану, кружившему надо мной с камерой, словно коршун. — Нам не поздоровится!
Дилан снова издал тот же хрюкающий звук.
— Помнишь, что я говорил, пока ты не припустилась бежать? — Эрик наклонился ближе, и, не выдержав, я отвернулась. — Так вот, я не шутил. Это действительно подарок. Для самых близких друзей. На этот раз мы не выложим нашу маленькую забаву в чат. Никто посторонний ничего не увидит и не услышит. Доказательств нет, — он театрально развел руками, однако через секунду его взгляд сделался жестким. — К тому же ты не в том положении, чтобы нам угрожать.
Я побледнела. Вспоминая тот разговор в чате, я поняла, что эти двое громил решили воплотить в жизнь идею Камиллы и снять месть на видео. Не было сомнений, что «подарок» предназначался именно ей.
Чертова нога! Я с трудом сдерживала слезы. Если бы я ее не подвернула, то могла бы убежать, а теперь я в их власти. Мы посреди леса. Мне никто не придет на помощь, никто не услышит, если я закричу.
— Ну-ну, не надо так переживать, — Эрик вытянул руку и убрал выбившийся локон с моей щеки. Меня передернуло. — Мы всего лишь хотим, чтобы всем было весело. Верно я говорю, Дилан? — Его напарник довольно поддакнул. — Включая тебя. Будет лучше, если ты сама нам подыграешь, — его алчный взгляд скользнул по молнии на моей куртке. — Повеселимся, и никто не пострадает. Даже твоему дружку необязательно знать. Обещаю, мы ему ничего не скажем. Кстати вы с ним уже это… того?
Дилан судорожно захрюкал, а рука Эрика сползла вниз, к замочку и потеребила его. Опираясь на локти, я резко отодвинулась.
— Ну же, прояви свое знаменитое благоразумие, — произнес он строгим голосом миссис Джеймс. — Ты, наверно, недоумеваешь, почему мы все это затеяли, несмотря на то, что ты извинилась? Я тебе скажу, чтобы потом мы наконец-то смогли перейти к самому главному, — он плотоядно оскалился, а Дилан разразился противным смехом. — Тогда на построении твоя речь была очень трогательной, верно, Дил? Прям затронула меня до глубины души. Но вот что я тебе скажу — поздно, слишком поздно. Мы не умеем прощать.
— Она не предназначалась вам, придурки, — я скрипнула зубами. — Если бы у вас была бы хоть капля мозгов, то вы бы это поняли.
Камера в руках Дилана дрогнула. Лоб Эрика озадаченно сморщился — он пытался сообразить, что это означает. Было видно, что думать он не привык, и теперь прилагал к этому почти нечеловеческие усилия.
Я отползла еще дальше, чтобы быть вне его зоны досягаемости, когда до него наконец-то дойдет.
— Что она имеет ввиду, Эрик? — голос Дилана стал хныкающим. Он выглядел растерянным, его нижняя губа выпятилась как у обиженного ребенка. Столько силы, а мозгов ни на грош.