Начало
Шрифт:
Я должна была услышать ответ, а дома такой возможности может не представиться.
— Майк, — нарушила я тишину, — ты был там. Ты видел. Почему ты тогда…
Но он не дал мне договорить.
— У тебя есть платье для завтрашнего бала?
Резкая смена темы сбила меня с толку.
— Я… эээ, нет. Я хотела спросить…
— У Николь полно барахла, но все ее платья будут болтаться на тебе, как мешок, — сказал он, не обращая внимания на мои попытки задать вопрос, а может и специально игнорируя их. «Как будто его мать позволила бы мне надеть что-то из гардероба моей кузины», — подумала я. Но глядя на Майка, почему-то была уверена — еще как позволила бы. Хоть и выместила бы на
— Все магазины уже закрылись, — он словно нарочно не давал мне вставить ни слова. — Впрочем, — он оторвался от дороги и смерил взглядом мою фигуру, словно прикидывая размеры, — мисс Белл наверняка сможет помочь. Я заеду к ней завтра днем, она что-нибудь тебе подберет.
Я хотела возразить, что мне не нужно платья, и попытаться вернуться к прежней теме, но машина резко затормозила перед воротами.
— Ты знаешь, где дверь, — резко произнес он. Разговор был окончен.
Ночью мне снова приснился волк. Сон был чем-то похож на тот, который я увидела на поляне, когда узнала про Роберта.
Проснувшись утром, я твёрдо знала, что собираюсь сегодня делать. Сон был таким явным и почему-то показался мне приглашением. Волк не тронул меня уже во второй раз. Наоборот, он даже спас меня от красных. Нутром я чувствовала, что он не причинит мне вреда.
Но как выбрать удобное время? Обычно по воскресеньям они собирались за столом, а теперь я понятия не имела, чем занимаются тетя и Майк. Да еще и старая Марджи снует то по дому, то по двору, делая последние приготовления к рождеству. Хоть никакой вечеринки здесь не планировалось, в доме постоянно раздавались возмущенные вопли моей тетки, которая была недовольна абсолютно всем. Даже тем, как стоит мебель, которую, по моим наблюдениям, ни разу в жизни не двигали.
Что касается вчерашних событий, то еще до того, как мы вернулись домой, мистер Честертон позвонил и объяснил ей, что произошло недоразумение. И все же она едко проронила, что, если бы не пожелание учителя увидеться со мной на рождественском балу, то она бы непременно заперла меня в подвале «для профилактики».
В итоге я прождала до самого вечера. Когда в доме наступила тишина (Майк уехал куда-то еще днем, а тетка, утомленная собственными криками, прилегла полежать), я подошла к шкафу и вытащила теплую одежду. Благодаря мази, которую принес Майк, лодыжка полностью прошла еще вчера и больше не болела. С трудом пересилив себя, я обнажила руку и посмотрела на красные полосы. Майк оказался прав: рубцы уменьшились, но уродливые шрамы все-таки остались. С отвращением закатав назад рукав, я оделась и вылезла в окно. До бала оставалось еще пару часов. У меня было время.
Старательно заметая за собой следы на снегу, я пробралась к отверстию в заборе, вылезла наружу и зашагала в сторону леса.
Вечер выдался на редкость спокойным. Редкие снежинки в воздухе искрились и блестели, словно маленькие падающие с небес звездочки, снег мерцал на деревьях и приятно хрустел под ногами, все вокруг было пронизано таинственной тишиной. Казалось, даже мрачный лес ненадолго проникся настроением рождества.
Выйдя на поляну, я оглянулась. Как же давно я тут не была! Сугробы на поляне стали больше, но в целом она не изменилась. Только звезды светили в небе, словно россыпь самоцветов, раскиданная по небосклону чьей-то небрежной рукой. Их яркого света хватало, чтобы озарить поляну и окружающий меня лес; все вокруг светилось мягким серебристым свечением. Я восхищенно залюбовалась окружающей меня красотой, а сердце замерло в ожидании. Сегодня он придет. Я это чувствовала.
Не зная, чем заняться, я нетерпеливо пританцовывала на снегу, когда впереди замаячила белая тень. Сердце вдруг екнуло. Вот и он.
Медленно ступая по снегу, волк показался между деревьями. У меня задрожали коленки, но я мужественно заставила себя стоять на
месте, пока огромный зверь молча изучал меня издалека.Снежинки вокруг нас кружились и мягко падали на землю. Словно чувствуя мою нервозность, волк не подходил ближе, давая мне время, чтобы привыкнуть к нему. Но прежний страх уже пропал, а внутри появилась уверенность. Вздохнув, я протянула к нему руку.
Сейчас, в мягком мерцании леса, я могла в полную силу оценить его могучую силу и красоту. Казалось, сама природа решила выступить скульптором-создателем. Было в его красоте что-то первозданное, что-то чарующее, почти неземное. Я вглядывалась в его синие глаза и видела в них отражение поблескивающих сверху звезд. Загипнотизированная этим великолепием, я протянула руку и дотронулась до его шеи. Волк не двигался. Словно во сне, я с восторгом запускала пальцы в его мягкую шерсть, гладила по голове и по поджарым бокам, ощущая под пальцами стальные мышцы.
В голове снова всплыли слова мистера Честертона о волках.
— Они не правы, ты мне не враг, — поддавшись внезапному порыву, прошептала я, и мне показалось, что золотистые звездочки в его глазах мягко вспыхнули в ответ.
Не знаю, сколько времени мы простояли там на поляне. Мне не хотелось возвращаться домой, но что-то внутри подсказало, что настало время прощаться.
— Ты еще придешь? — спросила я, не в силах отпустить его.
Но волк уже сделал шаг назад и повернул в сторону леса.
— Я буду ждать, — крикнула я ему вдогонку.
«Я буду ждать», — повторила я про себя.
Только я ввалилась в комнату, как в дверь постучали.
— Секунду, — крикнула я, поспешно стягивая куртку и сапоги и запихивая их назад в шкаф.
Майк зашел в комнату. Его глаза скользнули по мокрым следам под окном, но он ничего не сказал.
Черт, про них я совершенно забыла! Пока он доставал что-то из кармана, я незаметно протерла их носком.
Кинув длинный, непромокаемый пакет на кровать, он подошел и встал напротив меня.
— Дай руку, — приказал он.
Первой реакцией было возразить, но я вовремя подумала, что лучше с ним не спорить. Он все понял. Он знает, где я была. Расскажет ли он об этом тете? Я попыталась прочитать что-нибудь по его лицу, но это было бесполезно. Никто не смог бы соревноваться с моим кузеном в выдержке.
Стараясь не смотреть на багровые шрамы, которые все еще вызывали у меня дрожь, я послушно подтянула рукав свитера и протянула ему руку. Смерив меня взглядом, Майк взял ее холодными пальцами. Затем откупорил зажатый в другой руке пузырек, похожий на тот, который я видела в кабинете мисс Белл, и несколько раз капнул серебристую, почти прозрачную жидкость на каждый шрам, пока во флаконе ничего не осталось. Маленькие капельки тут же впитались в кожу, и я почувствовала приятный холодок.
— Что это? — спросила я, широко распахнутыми глазами наблюдая, как на моих глазах рубцы начинают уменьшаться.
— Через несколько минут ничего не останется, — Майк закрыл пустой пузырек и сунул его к себе в карман. — Осталось мало времени. Прими душ и переоденься, я буду ждать внизу.
Я еще больше округлила глаза.
— Зачем?
— Я отвезу тебя на бал.
Вот это новости. За последние сутки он только и делал, что удивлял меня.
Майк направился к двери. По дороге он задержался и бросил маленький черный квадратик в камин. Языки пламени приветливо лизнули пластик, он зашипел и начал плавиться, покрываясь уродливыми пузырями, похожими на те, которые совсем недавно покрывали мою руку. Какое-то время мы молча смотрели, как чип со вчерашней записью — единственным доказательством того, что волк все-таки существует, быстро тает в огне. Майк выглядел задумчивым. Заметив, что я все еще стою рядом с ним, он показал глазами на дверь ванны, и я послушно скрылась внутри. Ну и странный он человек.