Менялы
Шрифт:
Главы промышленных фирм тоже нередко прибегали к помощи Вонга. Банкиры, издатели, кандидаты в президенты, крупные адвокаты, два или три иностранных посольства, кучка сенаторов, три губернатора и даже один из членов Верховного Суда! Не говоря уже о мафии: сам Дон, советники его и многие рангом пониже, среди которых был Тони Марино.
Своим криминальным клиентам Вонг-Чудотворец ставил железное условие: он не хотел принимать никакого участия в их делах. Он и так неплохо зарабатывал почти в рамках закона. Однако Вонг не видел смысла отказывать в услугах, поскольку само по себе помещение подслушивающего устройства куда-либо ничем особенно страшным не грозило.
Сейчас он был терзаем соблазном.
Неделю назад Вонг-Чудотворец проверял телефонную сеть в царстве Марино с целью обнаружения «клопов»— подслушивающих устройств. В эту сеть был включен и клуб «Две семерки», вызывавший особое беспокойство Тони. Обследование показало, что все было чисто, но Вонг-Чудотворец взял да и подключил магнитофон к общественному автомату, висевшему в коридоре клуба. Он проделывал это частенько и в других местах, отчасти для забавы, а отчасти считая, что из-за услуг, которые Вонг оказывал в области технической экспертизы, он имел право узнать, что говорят в учреждении, где он занимался своим делом. В подвале «Двух семерок» Чудотворец оставил на двое суток включенный магнитофон, который автоматически срабатывал при манипуляциях с трубкой.
Конечно, это было незаконно, и Чудотворец это понимал, но с другой стороны это никого не касалось, поскольку знал об этом он один. Однако когда он прослушал пленку, один из разговоров его заинтриговал.
И вот сейчас, сидя в своей лаборатории звукозаписи, он опять взял пленку и прокрутил эту часть записи еще раз.
…Вот опускается монета, набирается номер: звук набора слышен на пленке. Зуммер, только один зуммер, после чего женский голос говорит — Алло?
Мужской голос (шепотом) — Ты знаешь, кто говорит, не называй моего имени…
Женский голос — Да… Хорошо.
Первый голос (по-прежнему шепотом) — Передай нашему общему другу, что я обнаружил здесь кое-что очень важное. Вероятно, самое главное из того, что он хотел узнать. Больше я ничего не могу сейчас сказать, но завтра вечером приду к тебе сам.
Женский голос — Ладно…
Щелчок. Мужчина, звонивший из «Двух семерок», повесил трубку.
Вонг-Чудотворец был уверен, что «Медведь»-Тони заинтересуется этим разговором. Чутье его почти никогда не подводило и, как правило, отлично окупалось. Решившись, он нашел записную книжку, номер телефона и набрал его. Как выяснилось, «Медведь»-Тони мог повидаться с ним только в понедельник после обеда. Чудотворец договорился с ним о месте встречи и попытался выудить что-нибудь большее из таинственного разговора. Он перемотал пленку и проиграл ее несколько раз подряд…
•
— Святой Иуда! — прохрипел «Медведь»-Тони. Его грубое лицо исказилось от ненависти, не соответствующий внешности фальцет поднялся до визгливых тонов. — У тебя эта пленка валялась столько времени, а ты сидел и молчал! Целую неделю!
Вонг-Чудотворец смущенно сказал:
— Я технарь, мистер Марино. Мало ли что я слышу! Ведь это не мое дело… А потом я подумал и решил, что это для вас может быть важно…
Он чувствовал облегчение: по крайней мере, Тони не возмущался тем обстоятельством, что Вонг посадил «клопа» в клубе.
— В следующий раз, — прорычал Марино, —
шевели мозгами живей!Был понедельник. Они сидели в гараже грузовых машин, где у Марино была небольшая конторка. На столе перед ними стоял портативный магнитофон. Прежде чем прийти сюда, Вонг перезаписал часть пленки с разговором на другую кассету, а остальное стер.
Тони Марино в рубашке с короткими рукавами и волосатыми ручищами казался ему сегодня как-то особенно по-звериному страшным.
Вонг сказал:
— Но я не тратил время напрасно, кое-что удалось узнать.
— Ну?
— Я могу узнать номер таинственного абонента. Используя секундомер, я определил продолжительность проворотов диска, и, перезаписав все на пленке…
— К черту технику! Давай номер!
— Вот он.
Вонг передал Тони записку.
— Ты узнал, чей это номер?
— Я должен сказать, что узнать это не так-то просто. Этот номер не значится в справочнике. К счастью, у меня есть кое-какие контакты в телефонной компании…
«Медведь»-Тони взорвался. Он хлопнул кулачищем по столу:
— Кончай эти игры, ублюдок! Если знаешь, выкладывай!
— Я вам хочу пояснить, — воскликнул Чудотворец, неожиданно вспотев от страха. — Эти сведения дорого стоят. Мне же пришлось заплатить знакомому из телефонной компании…
— Не прибедняйся, ты заплатил ему заведомо меньше, чем выжмешь из меня. Говори!
Чудотворец малость успокоился, понимая, что Тони хорошо заплатит.
— …Телефон принадлежит некоей миссис Нуньес, — рассказал Вонг. — Она живет в «Форум Исте». Вот номер дома и квартиры.
Вонг дал гангстеру еще один листок бумаги. Марино взглянул на него и отложил в сторону.
— И еще у меня есть кое-что интересненькое. Из документов явствует, что телефон был установлен месяц назад, вне очереди, в срочном порядке. Обычно для получения телефона в «Форум Исте» надо год целый ждать, а этот установили мгновенно, хотя Нуньес и в списках не значилась…
Марино побагровел от нетерпения. Вонг поспешил закончить:
— Судя по всему, было оказано давление на компанию. Мой знакомый сказал, что есть записка в документах телефонной компании, свидетельствующая о том, что вмешался какой-то Ноллан Уэйнрайт, который возглавляет систему безопасности Первого Коммерческого банка. Он заявил, что телефон нужен срочно, для служебного пользования. Оплата идет за счет банка…
«Медведь»-Тони выглядел ошарашенным, но длилось это какие-то мгновения. Он взял себя в руки и лицо его стало безразличным. Правда, под этой маской угадывалось, что мозг Тони работал с бешеным напряжением, сопоставляя полученные данные с тем, что он уже знал прежде. Имя Уэйнрайта сказало ему о многом. Марино вспомнил о попытке, сделанной полгода назад, подсунуть ему парня по имени Вик, которого они ухлопали. Перед смертью Вик раскололся. Марино знал, что главный банковский детектив снискал себе отличную репутацию как следователь…
Неужели и сейчас у них работает «наседка»? Если так, то «Медведь»-Тони имел четкое представление о том, что она искала и какого рода деятельность вынюхивала в «Двух семерках». Марино решил не тратить времени на догадки. Мужской голос, записанный на пленке, был неясен, это был шепот и определить его хозяина было невозможно, зато обладательницу женского голоса они установили с точностью. Поэтому вырисовывалась задача номер один: немедленно найти эту Нуньес и взять в оборот. Он не сомневался, что эта женщина будет сотрудничать с ним. А уж если она окажется дурой, то было много средств сделать ее посговорчивей…