Листопад
Шрифт:
– Дела, мать, дела. Волка ноги кормят. Так и тут. Вода под лежачий камень не течет.
После ужина, не одеваясь, Костя выскочил в сени, принес зубастые капканы.
Шевлюгин повертел их в руках и, удовлетворенно крякнув, пошел в спальню.
3
Еще все спали, а Костя был уже в лесу. На пути зыбкой стеной вставали молодые осинки. С их отяжелевших крон предутренний ветерок сбивал серебристую пыль, крутил ее между стволов, гнал по белым сугробам. Костя часто останавливался.
Звонкая тишина. Скажи слово - и оно сломается, зазвенит, как разбитый хрусталь... А вокруг в разные стороны разбегались
Будто по книжке, читал Костя проделки зверей. Вот у сломанной ветром осинки собрались на пир зайцы, но, почуяв лису, разбежались. Белка спрыгнула с дерева на снежную замять, чтобы вскочить на соседнюю елку и полакомиться там шишками. У чертополоха снег мелкой строчкой прострочила ласка. Поймав полевку, она нырнула в сугроб, под корни разбитого грозой дуба.
И тут же немного поодаль Костя увидел следы волка. Они резко выделялись на снегу: крупные, глубокие. У пригорка показалось еще несколько волчьих следов. Отсюда хищники трусили друг за другом.
У леса волки пересекли лосиный след и пошли по чащобе. И, сам не зная почему, Костя тоже направил лыжи за сохатым.
Макушки сосен тронуло позолотой. Всходило солнце. Под мохнатыми зелеными елями все еще бродил сизый сумрак, и снег от него казался голубым-голубым.
Лосиные следы вели через березняк, далее должна быть поляна. Почти каждую неделю Костя в чащобе нарубал молодых осинок и, по примеру Прокудина, перетаскивал их к березовой рощице, втыкая в сугроб. Лоси начисто съедали сочные горькие ветки.
На поляне снег был притоптан, будто здесь ночевал не один лось, а целое стадо. Взгляд перехватил рдеющие, как ягоды клюквы, пятна на сугробе.
"Кровь!.." Костя приостановился у рогатого куста жимолости. Вокруг обглоданные кости. Так вот куда вела волчья тропа! Из-под можжевельника на него смотрели широко открытые мертвые глаза лося. На их блестящей, чуть влажной роговице, как в зеркале, отражалось бледное небо.
Косте показалось, что он уже видел эти глаза. Возможно, не раз их встречал на зимней лесной тропе. Это, видимо, был старый, огромный лось с большими, кустистыми рогами. Костя подошел к можжевельнику, взялся за витой отросток рога, оторвал от земли тяжелую голову. Из-под снега взметнулось мохнатое ухо.
– Не Буян ли?
– взволнованно произнес он.
Бережно опустив в сугроб лосиную голову, Костя снял шапку. Постоял немного. Потом поспешно расставил капканы, замел следы еловыми лапами. Уходя, снова взглянул на голову лося:
– Неужто Буян? Не может быть!..
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
1
"Фью-ить!.. Фью-ить!.." - звенела тонкая трель малиновки.
Маковеев вылез из кабины, прислушался. К малиновкам присоединились чечетки, и тут же их сменил посвист щеглов.
"Что за чертовщина!" - мысленно выругался Маковеев. Сказав шоферу, чтобы тот ехал к конторе Приокского лесничества, он пошел по укатанной санями дороге. Голоса лесных певчих серебряными колокольчиками звенели в сухом морозном воздухе.
За околицей поселка приостановился. У изгороди стояла незнакомая девушка. Облокотившись о жерди и запрокинув голову, с каким-то особым воодушевлением насвистывала, подражая пению птиц.
"Вот это да!..
– удивился Маковеев.
– А говорят, не бывает чудес! Снежная чародейка!.." Он разглядывал
Девушка неожиданно качнула головой и засмеялась. С сосны сорвался дятел и с неистовым криком метнулся в чащу.
Маковеев шагнул к незнакомке:
– Откуда пожаловала, фея весны!..
Она отступила назад, испуганно взглянула на него.
– Вы, наверное, не по адресу, - успокоившись, сказала незнакомка.
– Нет, по адресу. Я лесной царь.
– Почему тогда без бороды?
– засмеялась она.
– Те, что с бородой, цари сказочные. А я, как видишь, живой, - и Маковеев пристально посмотрел ей в глаза.
– Не зря тебя назвал феей. У всех лесных чародеек такие же вот голубинки в глазах.
– Я вовсе не фея, а самая обыкновенная девушка. И зовут меня просто Наташей.
– Вот видишь, а ты говоришь - обыкновенная. Все чародейки - Наташи. Разве ты не знаешь?
"Какой он смешной!
– подумала Наташа.
– А где я слышала его голос?.."
Маковеев привлек ее своим внушительным видом. Высокий, в кожаной меховой куртке и серой каракулевой шапке, он не был похож на обычного человека. В его широких плечах и размеренных движениях угадывалась мужская сила и твердая натура.
– Слушал я твое пение и удивлялся. Здорово это у тебя получается. С таким даром не часто встретишь... Теперь я понял, кто куковал...
– С малолетства в лесу.
– А я, чудак, вначале был в недоумении, почему вдруг малиновки запели зимой?
И Маковеев стал оживленно рассказывать, как однажды в погоне за раненым лосем впервые услышал свист соловья и перекличку кукушек. И тут ему показалось, что зимы уже нет, а наступила сама весна. Из чащи повеяло ароматом ландыша и свежестью молодой листвы. Это было к его несчастью. Он тогда сбился с лосиного следа и заблудился в лесу.
– Вот и хорошо!
– призналась Наташа.
– Зверей и так осталось мало, а охотники не берегут их.
– Ты, оказывается, еще и сердобольная, - заметил Маковеев. И он уловил в глазах Наташи озорные огоньки. Ему даже подумалось, что она вот-вот сорвется с места и крикнет: а ну, догони!..
Но она не крикнула "а ну, догони", а лишь взглянула на свои маленькие наручные часики и молча пошла к дороге.
Маковеева это заело.
– Только встретились и уже бежать?
– догнав ее, сказал он с видом огорчения.
– Я лесной царь. Я обязан провожать в своих владениях.
– Не тратьте зря время.
Но он настойчиво шел рядом. У поворота дороги неожиданно замедлил шаг.
– Смотрите, что там?
– спросила Наташа.
2
От дороги к Оке бежали лось и лосиха. У крутояра спустились на лед и, перескакивая через снежные заструги, помчались вдоль берега. Огромный лось, подняв горбоносую морду и закинув на спину ветвистые рога, бежал первым. У излома реки он вдруг заскользил, широко разбросив задние ноги, и, не удержавшись, с размаху грохнулся на бок, сползая в ледяную впадину. Лосиха шарахнулась в сторону, пересекла реку и скрылась в прибрежной заросли. Лось, мотнув головой, вскочил и бросился было за ней, но тут же опять поскользнулся и опять свалился на бок.